Чтение онлайн

Спустившись до места, где ветхие перила отделяли реку от узенькой тропки из битого кирпича, троица повернула налево. По дороге к мосту, около старого трёхэтажного кирпичного склада, обвитого облезлыми зелёными трубами то ли водостока, то ли газопровода, им встретились две женщины, выгуливающие тоскливого большеухого пса. Девушка вежливо поздоровалась, приподняв треуголку, но те лишь кивнули в ответ, вскользь мазнув взглядом по прохожим. Похоже, встреча с человеком в одежде двухсотлетней давности им не казалась чем-то странным.

За мостом их ожидали унылые ряды одинаковых старых кирпичных домов с тусклыми слепыми окнами и крошечными пародиями на задний дворик, сплошь и рядом перекрытые верёвками с условно чистым бельём.

— Вторая улица от реки, — задумчиво произнесла Рейчел Преддек, изучая унылый пейзаж Коукворта. Запах грязной реки, который доносил ветер, нисколько не смущал ведьму. — Налево, двенадцать домов, затем направо, в тупик Прядильщиков.

— А какой номер дома? — тут же спросила Элли Киттлер.

— Тот, который закрыт магглоотвлекающим заклинанием.

— Бе! Как тут вообще можно жить?! Он же волшебник!

— В отличие от магглов, удобно устроиться волшебники могут где угодно, — негромко заметила Элли Преддек. — Не думаю, что декану Хогвартса досаждают разбитые фонари на улицах или крысы из мусорных баков.

— Всё равно, здесь противно, мокро и нету деревьев!

— Такие мысли стоит держать при себе. В конце-концов, здесь живёт профессор Снейп. А кому приятно слышать плохое о собственном доме?

Вторая улица ничем не отличалась от первой. Непоседа Эрин первой добежала до переулка под названием тупик Прядильщиков; дымящая труба крупной фабрики возвышалась над ним, будто око Саурона на иллюстрациях книг про Братство Кольца.

Лёгкие шаги сапог тёти Рейчел эхом отдавались на мокрой булыжной мостовой. Троица прошла мимо грязных, иногда прикрытых покосившимися ставнями окон и наконец остановилась в самом конце тупика. Последний дом выглядел намного обжитее соседских — дверь покрашена, стены чище и ярче, и даже занавески в окнах, хоть и выцвели, но были аккуратно подвязаны.

— Поезд профессора Снейпа прибудет через восемнадцать минут, — сообщила Рейчел, глядя на добытые из кармана серебряные часы-луковицу на тонкой цепочке. — Давайте подождём его тут.

С серого неба на землю упали первые снежинки.

Терпения у тёти оказалось намного больше, чем у девочек. Эрин успела трижды пропрыгать расчерченные на слегка припорошённой снегом мостовой классики, разгромно проиграть Элли в шарады и довести счёт в камень-ножницы-бумагу до двенадцать-девять в свою пользу, когда в переулке появилось знакомая мрачная фигура.

Хозяин дома быстрыми, размашистыми шагами приближался к визитёрам. Выражение его лица в этот момент было настолько решительным, что Эрин не решилась преградить профессору дорогу даже если бы сидела за рулём грузовика. Девочка всерьёз подозревала, что волшебник отшвырнул бы тяжёлую машину в сторону, даже не заметив.

— Оу, — коротко отметила приближение зельевара тётя Рейчел.

Судя по её глазам, она изо всех сил пыталась не улыбаться.

— Мисс Преддек! Это, знаете ли!.. — начал декан Слизерина, когда до крыльца дома оставалось ещё более сорока ярдов.

— Добрый вечер, профессор Снейп! — вежливо поклонилась Элли.

— Э-э-э… А-а-а… — зельевар несколько растерялся. Тем не менее, стремительности не утратил, всего за несколько шагов добравшись до незримой границы, отделяющей его жилище от остальной видимой магглам части улицы.

— Рада наконец посетить Ваш дом! Сердечно благодарю за приглашение!

— Да-да, мисс Пре… Мисс Элли Преддек, — профессор тяжело дышал. похоже, к пробежкам по родному городу он не был особо готов. — Я хотел обратиться к Вашей родственнице, мисс РАГГЕРГИ ПРЕДДЕК! КАКОГО ЧЁРТА!!! КАК ВЫ ПОСМЕЛИ!!! ДА ВЫ ВООБЩЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ!!! Я!!! ВСЕ ЭТИ ШКОЛЬНИКИ!!! УЧИТЕЛЯ!!! ДАЖЕ!..

— Северус Снейп! — раздался из окна чуть суховатый, будто надтреснутый женский голос. Эрин непроизвольно зажмурилась — от этих звуков у девочки почти заслезились глаза. Судя по тому, что Элли прищурилась, она испытывала схожие ощущения.

— Почему ты кричишь на всю улицу так, как будто снова уселся на разлитую кислоту?!

Наверное, это было не очень уместное замечание от выглянувшей в окно старухи, судя по тому, как разом стушевался прославленный зельевар. Но пока профессор пытался собрать мысли воедино, за него ответила тётя Рейчел.

— Добрый вечер, миссис Снейп! Позвольте представится, — девушка дождалась короткого кивка и продолжила. — Меня зовут Рейчел Преддек. Боюсь, это я вызвала столь громогласную реакцию Вашего сына своей небольшой, как мне казалось, шуткой. Прошу прощения!

Она сняла свою неизменную треуголку и широким жестом приложила ту к груди.

У вышеупомянутого Северуса Снейпа в это время чуть пар из ушей не шёл.

— Хоть у кого-то здесь имеются намёки на хорошие манеры, — проскрипела миссис Снейп. — Не соблаговолите ли зайти? На чашечку чая…

Гости, в сопровождении Снейпов, оказались в небольшой темноватой гостиной, производившей впечатление не то конторы клерка-делопроизводителя эдвардианской эпохи, не то скромной библиотеки. Полки по стенам сплошь уставлены книгами, большей частью в старинных коричневых или чёрных кожаных переплетах. Жаккардовый диван с плотным шерстяным покрывалом тёмно-синего цвета, на пару с небольшим колченогим круглым столиком стояли в круге света от свисающей с потолка древней на вид люстры со свечами. В дальнем углу, рядом с электрическим гнутым торшером — потёртое кожаное кресло. Напротив небольшого камина стояли два плетёных из ротанга кресла, застеленных аккуратными рогожками. Помещение выглядело на удивление ухоженным для столь демонстративно плюющего на свою внешность хозяина.

Впрочем, мать не сильно отличалась от сына. Эйлин Снейп оказалась невысокой женщиной довольно плотной комплекции, с глубоко посаженными тёмными глазами и вороньим гнездом из чёрных волос на голове. Она была одета в старый, чуть растянутый на локтях махровый халат синего цвета с некогда красными полосатыми вставками спереди, подпоясанный таким же кушаком. Её круглое курносое лицо в молодости, скорее всего, было довольно симпатичным, но сейчас его портили даже не столько морщины и мешки под глазами, сколько изогнутые в пренебрежительной гримасе тонкие губы, никогда не знавшие помады. Завершала образ помятая маггловская сигарета, которую ведьма не выпускала изо рта.