Чтение онлайн

Нескольких лордов, ближайших союзников кронпринца, лишили титула и бросили в темницу, а сам Артур был приговорен к казни через повешение. Его последняя выходка, покушение на Рэндалла, лишь усугубила его положение. Король Алан официально объявил преемником Арона, а Калеб отказался от должности десницы и вернулся в свое имение к семье. Тристан назвал ему место, где прятали его возлюбленную, – так бы поступил Рэндалл.

Два дня назад Тристан получил известие о том, что младший брат пришел в себя. В его памяти несмываемыми чернилами отпечатался тот миг, когда Рэндалл рухнул на колени перед Авророй с торчащим из спины ножом, от которого по ткани камзола стремительно растекалось кровавое пятно.

Артур давно перешел черту, а на Совете это только доказал.

Случившееся за последние три месяца казалось Тристану страшным утомительным сном. Возвращение Рэндалла, похищение Авроры, гибель Уилла, покушение на него самого и постоянные преследования. Теперь все было позади. Кроме последнего. Тристан до сих пор не знал, кто объявил на него охоту.

По возвращении в Фортис он сразу получил послание – конверт с увядшей розой с поломанным стеблем. Предупреждение и угроза.

Тристан с раздражением швырнул конверт на стол и прошел к кровати с темно-зелеными покрывалом и балдахином. Он снял рубашку и осмотрел рану на боку. Та почти затянулась, но все еще болела от резких движений.

Он снова мысленно вернулся к Рэндаллу. Его ранение было гораздо серьезнее и могло стоить жизни. Ему придется провести в Аталасе еще несколько недель, прежде чем он сможет вернуться в Арден.

Тристан лег на кровать и попытался выкинуть все из головы.

Волнения улягутся не скоро, и Арон уже готовился к возможным восстаниям и бунту союзников Артура после предстоящей казни. Эта мысль заставила Тристана судорожно выдохнуть и запустить пальцы в волосы.

Он смотрел в потолок пустым взглядом, а перед глазами всплывали призраки прошлого. Прошлого, в котором Тристан был наивным глупым мальчишкой и верил, что братские узы – это самая прочная связь.

* * *

17 лет назад

«Ненавижу этот день! Ненавижу гостей! Ненавижу Гидеона Эльмо и ненавижу отца!» – без остановки крутилось в голове Тристана, пока он, прихрамывая, шел в сторону библиотеки. По его щекам текли слезы, бедро болело из-за раскрывшейся раны, из-за чего светлые штаны пропитались кровью, но ему не хотелось возвращаться в покои и звать лекаря. Тристан знал, что матушка наверняка ждет его там и будет читать нотации, что обзывать кузена смердящим куском лошадиного дерьма – верх невоспитанности, и он повел себя неподобающе принцу. Но как еще можно назвать того, кто поступил так подло?

С каждым шагом болезненная пульсация в бедре усиливалась, но Тристан плакал не из-за боли, а из-за поганого чувства предательства и несправедливости, переполнявшей его жгучей обиды.

Он с трудом доковылял до библиотеки и спрятался в самой дальней нише в углу между книжными стеллажами. Судорожный всхлип сорвался с его губ и сотряс грудь. Он сполз на пол, обхватил ноги руками и, спрятав лицо в коленях, горько расплакался.

«Ты опять меня опозорил. Беспомощный, никчемный слабак! Лучше бы вместо тебя родилась дочь. Единственное, что в тебе есть выдающегося – это красивое личико. Будь ты девчонкой, был бы хоть шанс удачно выдать тебя замуж».

Отцовский голос до сих пор звенел у него в ушах. Но самое обидное в том, что он высказал это, прекрасно зная, что Гидеон подслушивает их. Отец прилюдно унизил его.

– Ненавижу! – процедил Тристан сквозь стиснутые зубы.

Он был намерен просидеть здесь до самой ночи, пока наставник или слуги не хватятся его. К тому же в библиотеку редко кто заходил, особенно в секцию, где были собраны книги на наречиях соседних королевств. Однако он снова ошибся.

Спустя несколько минут Тристан услышал шаркающие шаги и стук трости. Он сразу понял, кто это.

– Тристан, что ты здесь делаешь?

В нишу заглянул старший брат, которого при дворе прозвали Артуром Немощным из-за недуга, поразившего его еще во младенчестве. Еще несколько лет назад он практически не вставал с постели и редко передвигался по замку самостоятельно, но в прошлом году матушка отыскала старого лекаря, который сумел поднять принца на ноги и даже помог ему избавиться от заикания и постоянных одышек. Теперь Артур часами пропадал в библиотеке и на тренировочной арене.

– Иди, куда шел! – злобно пробурчал Тристан, не поднимая головы.

Но Артур никуда не ушел. Наоборот, приблизился к Тристану и сел на пол рядом.

– Я твой старший брат и имею право знать, кто тебя обидел.

Тристан удивленно посмотрел на Артура. Он был худым и бледным, но выглядел гораздо лучше, чем несколько месяцев назад. Казалось, даже в весе набрал, а на руках появились очертания мышц.

– С каких пор ты печешься о своих братьях? – недовольно спросил Тристан.

– С тех самых, как перестал страдать от ежеминутной боли. Хотя мои братья как не замечали меня, так и не замечают. – Артур хмыкнул. – Ну ничего, настанет время, когда всем придется меня заметить.

В любое другое время Тристан бы закатил глаза и цокнул, но сейчас ему хотелось просто остаться наедине со своими обидами.

– Так чего ты тут сопли развесил?

– Иди в пекло!

Артур тяжело вздохнул.

– Дай угадаю, тебя обидел наш кузен Гидеон?

– Ничего он меня не обидел. Я его еще заставлю помучиться. Гадкий слизняк! – Гнев вспыхнул в груди Тристана от одного упоминания этого мерзавца.

– Значит, я верно угадал, – хмыкнул Артур и откинул голову на стеллаж. – Что он сделал?

Тристан понимал, что поздно отнекиваться. Он выдал себя с потрохами.

– Как всегда, ничего хорошего! Отец решил, что это отличная идея – устроить поединок между мной и этим придурком, хотя он на четыре года старше!

– Ему пятнадцать? – перебил Артур. – Ничего себе, я думал, этот гигант мой ровесник.

– Так а я о чем? – возбужденно подхватил Тристан. – Он мог составить пару в поединке тебе, Арону или хотя бы Калебу, но отец приказал выйти на арену мне!

– И ты ему проиграл?

Тристан насупился.

– Гидеон дрался нечестно! Он знал, что на днях во время игры я свалился с дерева и рассек бедро, и пару раз ударил прямо по ране! Он дрался не по правилам! А отец…

Тристан снова вспомнил слова отца и резко умолк.

– Все ясно.

– Чего тебе ясно?!

Артур поджал губы, а потом криво ухмыльнулся:

– Отец облил тебя ушатом помоев и даже не попытался сделать это наедине? Это тебя ранило больше всего?

Тристан поник.

– Это несправедливо.