Чтение онлайн

– Я помилую того из вас, – начал он, обращаясь к осуждённым, и остановился, чтоб у его подданных было время осознать, что им не послышалось, – кто сможет стать помощником палача.

Это было настолько неожиданно для всех, а особенно для Гирейдука, что Тигрус сделал ещё одну продолжительную паузу. На лице палача, похожем больше всего на неровный булыжник, скользнула-таки тень удивления. Чтоб Тигрус решил кого-то помиловать, да ещё в первую экзекуцию… Кроме того, условие, которое он выдвинул, потрясло не только Гирейдука, но и Тырка и Вырка. Нет, он, Гирейдук, всегда выполнял свою работу чётко. Не может быть, чтоб Великий усомнился в его способностях.

Тигрус изучал лица осуждённых – одного за другим. Бывший «большой» человек, дождавшись взгляда Тигруса на себе, медленно, украдкой озираясь по сторонам, поднял руку. Это тут же заметил худой – недаром он так старательно вертел головой, и его рука стрелой взметнулась вверх. Сейчас он смотрел с ещё большей тревогой по сторонам. «Надеется, что больше никто не захочет в палачи», – раскусил его Тигрус. Но желающих больше не было. Тигрус высказал свою волю ещё раз. Бывший толстый и бывший богатый отчаянно замахали руками и даже заподпрыгивали на месте, то посылая друг другу злобные взгляды, то обращая полный надежд взор Тигрусу, расплываясь в медовой улыбке.

– Почему эти двое здесь? – спросил Тигрус.

– Тот, что побольше, – лентяй и хитрец, – ответил Тырк. – Ни в поле от него никакого проку, ни в кузне, нигде. А второй – криворукий и тоже лентяй.

– А вы знаете, что ремесло палача – непростое дело? – обратился Тигрус к желающим попытать счастья на новом поприще.

– Знаю, научусь, буду стараться, – наперебой кричали они.

– Но вас двое. А нам нужен один помощник. Решим ваш спор в бою! Дайте каждому по мечу, – скомандовал Великий.

Конвоиры вывели их из строя, вложили каждому в руку меч.

– Начинайте! – скомандовал Тигрус.

Противники отчаянно ринулись друг на друга в стремлении первым пронзить врага. Это удалось обоим. Хрипя, они повалились на землю. В этот момент одно из облачков чуть прикрыло солнце, и пошёл слепой дождик. Тот, кого Тигрус определил «дурачком», задрал лицо веснушками вверх, высунул язык и с удовольствием подставил его под капли.

– Всем дать пить! – скомандовал Тигрус. – Накормить и на работу!

Чир и Керлок видели всё случившееся прямо с крыши замка. Когда всё закончилось, ворон пристально посмотрел на воробья и спросил:

– Ты уверен, что ты и я имеем к этому какое-то отношение?

– Нам нужно поспешить за Тигрусом и этими двумя! – ответил Чир. – Вероятно, я смогу услышать много интересного, если удастся подслушать, о чём они будут сейчас разговаривать. За мной! – И с этими словами воробей полетел вниз к уходящему с площади Тигрусу.

Во внутреннем дворе замка Чиру пришлось немало потрудиться, чтобы найти окна того зала, куда прошли Тигрус и его сопровождающие. Они все были закрыты. Чир зацепился коготками за ставню одного из них и постучал клювом. Его, видимо, никто не услышал. Он постучал ещё и ещё – безрезультатно. Керлок, наблюдавший за его стараниями с крыши, подлетел на помощь и постучал в окно своим мощным клювом. Все трое сразу посмотрели в сторону окна и, увидев ворона, замахали на него руками и зашикали. Ворон не улетал, а стучал и стучал в окно. Все трое встали и пошли к нему. В последний момент Керлок слетел с карниза. Ставни распахнули, и голова Тигруса высунулась наружу. Он в недоумении посмотрел вниз во двор, по сторонам, но нигде не видел ворона. Тёплый ласковый ветерок, наполненный ароматами цветущих яблонь и вишен, был приятен. И окно не стали закрывать, а, наоборот, распахнули и все остальные. Троица отправилась обратно к столу, где они сидели до этого. Чир воспользовался моментом, когда все трое увлеклись беседой, и влетел внутрь залы. Сейчас он отчётливо слышал каждое слово.

– Великий, – обратился Тырк к Тигрусу, – в этой части света осталось одно-единственное королевство, неподвластное тебе. Волен ли ты покорить и его, прежде чем мы отправимся в большой поход на юг?

– А почему я должен оставлять за кем-то право жить не под моей властью? – ответил вопросом Тигрус. В голосе его слышалось раздражение.

– Это королевство ничтожно мало, Великий, и я не был уверен, достойно ли оно твоего внимания. Прости мне мою глупость, – извинялся Тырк. – Нам, разумеется, нужно занять все территории и сделать каждого человека твоим слугой или рабом!

– На север пойдём осенью, – заявил Тигрус. – Я понимаю, что вы и, скорее всего, большинство из наших военачальников хотели бы поскорее покончить с этим королевством-карликом и выступить в поход на юг. Но мы подождём, пока люди Пацетера соберут урожай. А потом отправим туда две-три тысячи солдат. Возьмём у них, что будет, и ещё до наступления холодов двинем на юг.

Вырк, с пониманием дела и одобрением, молча выслушал повелителя. Тырк почтенно склонил голову и сказал:

– Ты – Великий! Тебе решать!

– Я так решил, – обрезал Тигрус.

Тырк и Вырк, прекрасно знавшие повелителя, поняли, что совет закончен. Они встали, поклонились и вышли вон.

Чир тоже покинул своё укромное местечко и вылетел на улицу. Керлока он нашёл на крыше.

– Всё, дружище, дело сделано! Теперь нам домой!

До того, как сегодня утром Лиса пришла к Рокору на крышу башни, он занимался тем, что внимательно осматривал местность вокруг. Отсюда было видно добрую половину всего королевства. Холм, на котором стоял город, значительно возвышался над долиной. А замок был расположен на самой его вершине. С севера, востока и запада равнина была окружена высокими горами. Сейчас они картинно сияли на фоне пронзительно синего неба ещё не сошедшим с их вершин снегом. От основного хребта, напоминающего по форме идеальную подкову, внутрь долины отходили отроги. На юго-западе и юго-востоке они были короткими и обрывались крутыми скалами. На севере – длинными и пологими, поросшими густыми лесами, с широкими распадками. Там собиралась вода в речки, которые, в свою очередь, питали одну главную – Большую. С крыши башни Рокор видел, как она подходила к городу с севера, облизывала его по западной стороне и резко уходила вправо. Перед самым Западным хребтом река снова поворачивала к югу.

Сразу после совета за завтраком Рокор отправился исследовать южные пределы королевства – места, откуда следовало ожидать Тигруса. Из-за огромного роста Рокору приходилось везде ходить пешком – просто не нашлась ещё лошадь, способная его снести. Последний раз он ездил верхом, будучи ещё мальчиком. Но и пешком Рокор мог проходить за один день расстояния большие, чем конник, если тот двигался шагом. Рокор не раз соревновался со всадниками в скорости. Шагом он был быстрее. Если лошадь шла рысью, а Рокор бежал, то он всё равно обгонял её. Только если всадник пускал лошадь в галоп, Рокор начинал отставать.

Первым делом Рокор пошёл к старой башне, которую заметил при въезде в королевство. Башня была частью оборонительной стены, когда-то перекрывавшей узкий перешеек между последним отрогом Восточного хребта и излучиной реки. Это место называли Воротами. Именно там проходил путь из королевства в остальной мир. Раньше там действительно были ворота. Но стена давно уже развалилась, а вместе с ней и ворота от того, что под ними просел грунт. Возможно, вода реки подмыла его. Башня же чудом устояла, даже не треснув, хотя и немного накренилась.

Рокор добрался до башни после полудня. По винтовой лестнице он сразу поднялся наверх и огляделся. Река Большая ровной широкой полосой блистала в лучах послеобеденного солнца. Северный её берег обрывался крутым песчаным яром, а южный, плоский, уходил бескрайним зелёным морем низкорослого березняка аж до самого горизонта. Судя по всему, там простиралось огромное болото. Рокор глянул вниз, прикидывая, можно ли прыгнуть с башни прямо в реку. Расстояние было немалым, но если очень постараться, то, наверное, получится, заключил он. Нужно только ещё проверить, насколько глубоко там. Рокор сбежал по лестнице вниз и спустился под обрыв прямо к реке. Недолго думая, он разделся и ступил в ледяную воду. Вплавь перебравшись на другой берег, Рокор быстро убедился в том, что там действительно было болото. Комары и мошкара уже проснулись и с жадностью накинулись на него так, что думать о том, чтоб немного отогреться здесь на солнышке, не приходилось. Ничего не поделаешь, надо было снова лезть в студеную воду. Течение снесло его намного ниже того места, где лежала одежда. Но Рокор был только рад пробежаться – от холода у него уже зуб на зуб не попадал.