Чтение онлайн

Эванджелина внимательно всматривалась в Сирену и Элинну. Что ж, если бы они согласились сопровождать ее или, еще лучше, сами предложили бы это, Лахлану не осталось бы ничего, кроме как простить ее. Так как Сирена, женщина, закаленная в битвах, и Элинна, женщина, выросшая в будущем, не могли побороть предрассудки своих мужей, Эванджелина совершенно точно знала, что сказать, чтобы заручиться их поддержкой.

— Думаю, мы должны быть благодарны, что мужья хотят защищать нас. Хотя, должна признаться, меня возмущает, что они считают нас беспомощными дурочками, которым только и остается, что воспитывать детей.

Заметив, что Сирене ее слова не понравились, Эванджелина скривилась. Возможно, ей следовало немного больше подумать над тем, что сказать.

— Они не принимают во внимание наши способности и желание защищать наши семьи. Они уверены, что только мужчины обладают необходимыми для этого силой и храбростью.

— Ты права, Эванджелина. Мой муж, по-видимому, забыл, что я тоже воин. Возможно, я немного утратила боевое искусство, но, безусловно, могу постоять за себя. — Решительно кивнув, Сирена встала. — Я отправляюсь в Армадейл.

— И я тоже, — не менее решительно заявила Элинна, хотя ей стоило большого труда подняться со стула. — Если кого-то из них ранят, я по крайней мере буду рядом, чтобы ухаживать за ним.

— А как же Йен? — спросила Эванджелина у Элинны.

— Сейчас я мало что еще могу сделать для него, кроме того, чтобы облегчать ему боль, а это миссис Мак может делать не хуже меня. — Она посмотрела на пожилую женщину, которая неодобрительно наблюдала за плавающими в воздухе детьми. — Думаю, будет лучше, если мы не станем говорить Йену о наших планах. Рори обеспокоен, что раны не позволяют Йену чувствовать себя мужчиной, и держит его в неведении о возвращении Урсулы и Ламона.

— Как…

Настойчивый стук в массивную дубовую дверь зала не дал Эванджелине договорить.

— Мужчины хотят войти в зал, так что быстрей сними свое заклинание, — подтолкнула ее Сирена.

Эванджелина взмахнула руками, подзывая к себе шары, и, поставив их в ряд на стол, ждала, пока Сирена и миссис Мак займут свои места, чтобы взять младенцев.

— Приготовьтесь!

За ее предупреждением последовало несколько громких хлопков. Пленки исчезли, старшие дети, разочарованные, с недовольными гримасами, оказались сидящими на столе, а Сирена и миссис Мак подхватили новорожденных.

Миссис Мак с малютками на руках направилась к двери, которую Эванджелина как раз успела отпереть, а четверо вооруженных Маклаудов медленно вошли в комнату.

— Джейми, — предупредила сына Элинна, когда он уже был готов рассказать мужчинам о своем приключении, и закрыла ему рот рукой.

— Я не собирался ничего говорить, — обиделся он, сползая со стола.

Сморщившееся личико Авы не обещало ничего хорошего, и Эванджелина, будучи свидетелем предыдущего приступа гнева, решила, что пора уходить.

— Ава, у нас нет на это времени. Мы должны приготовить всех к Армадейлу, — сказала Сирена дочери.

Ее слова остановили Эванджелину на полпути, и она обернулась.

— Кого приготовить?

— Как кого? Детей, конечно.

Эванджелина застонала и заработала от подруги осуждающий взгляд.

Когда они вышли из зала, Эванджелина взглянула на свою неопрятную рубашку и решила, что ей тоже нужно подготовиться к путешествию.

К середине утра солнце сожгло последние языки тумана над озером, а Лахлан осмотрел холмы и берег Лох-Несса и не обнаружил каких-либо признаков скрывающегося там зла. Осмотр деревень и поместий между Данвеганом и Армадейлом оказался таким же бесплодным, как и остальные поиски.

— Я хочу подняться по тропинке на холмы, — сказал Лахлан, пустив коня рядом с конем брата, — и через пару часов снова встречусь с вами в Армадейле.

— Мы с Фергусом поедем с тобой.

— Пока вы трое будете там, мы с Рори расспросим моих слуг и арендаторов, — сказал Аласдэр и в ответ на болезненный стон своего зятя удивленно поднял седую бровь. — У тебя что-то заболело, мой мальчик?

— Нет.

Мрачно посмотрев на Эйдана, Рори направился в сторону сияющего белого замка, возвышавшегося на покатом холме, который спускался к озеру.

— Никаких следов, — наконец признал Лахлан после того, как несколько часов тщательно обыскивал скалистый берег и холмы.

— Ни их, ни чудовища, — пробурчал Фергус.

— Пожалуй, вернемся в Армадейл и посмотрим, удалось ли Аласдэру и Рори что-нибудь узнать, — предложил Лахлан.

— Да, Рори, сейчас нам понадобится передышка, — сказал с ухмылкой Эйдан.

— Это розыгрыш или там действительно голоса маленьких Джейми и Алекса? — нахмурился Лахлан, когда, приблизившись к Армадейлу, услышал доносящиеся из-за стены пронзительные крики!

— Это действительно чертенята, — без всякой радости подтвердил его брат.

— Если ребята здесь, то можно не сомневаться, что и их мать тоже. И если ни ее отец, ни муж не отшлепают ее за поездку в Армадейл в ее положении, то я сделаю это с огромным удовольствием, — проворчал Фергус.

— Даже если они выехали из Данвегана сразу же вслед за нами, они не должны были оказаться здесь раньше нас. Никаких колясок с младенцами. — Эйдан повернулся в седле и сердито посмотрел на Лахлана. — Это дело рук твоей жены.

— Полагаю, так.

Лахлан подбородком указал в ту сторону, где Рори бежал по двору, стараясь поймать Оливию и Аву.

Увидев отца, Ава бросилась к ним и споткнулась, но Эйдан поймал ее, не дав упасть, а Рори, схватив Оливию, зажал ее под мышкой.

— Ты что, не можешь справиться со своей женой?

Возмущенный вопрос его брата был заглушен платьем Авы, пытавшейся забраться отцу на голову.

— Могу настолько же, насколько ты справляешься с дочкой, — огрызнулся Лахлан.

Сирена, как и Лахлан, не обладала способностью к транспортации, поэтому было совершенно очевидно, что не она отвечала за появление всей семьи в Армадейле, и, естественно, их гнев должен был пасть на Эванджелину. Но это вовсе не означало, что Лахлан собирался признать это или позволить ей принять на себя всю тяжесть вины.

— Давайте просто честно признаемся, что ваши жены так же упрямы, как моя. Единственная причина, по которой Эванджелина доставила их сюда, — это их требование.

Он отлично понимал, что Сирена и Элинна были вынуждены придумать какую-то хитрость, чтобы заставить Эванджелину согласиться перенести детей.

— Да, вероятно, ты прав, — обменявшись взглядом с кузеном, признал его брат. — Именно транспортация детей беспокоит меня больше всего.

— Эви, возможно, не слишком обожает малышей, но она не станет подвергать их риску.