Чтение онлайн

— Конечно, — он вздохнул. — Присядь на минуту и расскажи все, когда будешь готова.

Она держала его за руку, они сели на песок под луной. Полная луна солнцестояния отражалась в темных бушующих водах.

* * *

Мужчина с золотыми волосами стоял на коленях в тронном зале. Комнату убрали, Избранные унесли все следы трупа. Пахло мылом. Снаружи была холодная и тихая зимняя ночь. Ужасно тихо было на улицах Тамриллина.

Когда мужчина встал, он не стеснялся, а вот-вот мог улыбнуться.

— Будет честью служить вам, — сказал он. — Особенно, если я смогу покинуть этот замок. Он стал мал для меня, как и для вас. Это меня в вас восхищает.

Белая королева погладила его волосы.

— У тебя свои идеи, смертный, — сказала она. — Я это в тебе вижу. Было время, когда ты учился с моими бессмертными. Но не долго. Ты уже не в их числе.

Этерелл Лир напрягся, а потом пожал плечами.

— Надеюсь, вы примете меня таким, какой я, — сказал он. — Смертным с идеями. Я вижу преимущества бессмертного… но в этом мало радости.

Она смотрела на него, лицо ее не менялось. На ее лице не было морщин.

— Я могу дать тебе великую силу, — сказала она. — Но сначала прояви себя. Ты же охотник?

— Да, ваша светлость, — он лениво улыбнулся. — И хороший.

— Тогда смотри, — она указала на зеркало в золотой раме на стене. Там появился туман, а потом — лицо. Королева посмотрела на Этерелла Лира. — Этот смертный мой. Найди его для меня.

Он приподнял бровь.

— Он жив?

Она улыбнулась, это восторгало и тревожило.

— Он прошел сквозь огонь и множество дверей и вернулся. Он принадлежит мне. Я пыталась забрать его, даже посылала гончих, но без толку, — она опустила взгляд, будто с изумлением. Она была на голову и плечи выше него. — Может, мне не хватало тебя, маленький смертный. С твоей связью с Дорном Аррином и навыками в охоте.

— Конечно, — сказал Этерелл Лир. — Я найду его для вас.

ЧАСТЬ 3

ГЛАВА 15

В первый день зимы Миувьях Акабер вернулся домой с поля боя. Он прибыл со свитой солдат и тут же потребовал ванну. Месяц был тяжелым на передовой, но не из-за сражений — Миувьях редко сражался. Для этого были его сыновья — три наследника, которые старались проявить себя. Особенно сейчас, когда Миувьях хотел стать королем Кахиши. Их состязание было полезным, они зависели от одобрения их отца. Так было всю жизнь у них — он сделал так, чтобы они ненавидели друг друга. Так они не могли объединиться и свергнуть его.

Он сказал им еще в их детстве, что лучший станет наследником. Теперь ставки стали еще выше. Лучший унаследует трон.

Хоть он не участвовал толком в бою, Миувьяху не нравилось на передовой. Еды почти не было, как и удобств. Холод и дожди зимы еще ухудшали условия. Он решил, что сражение было в умелых руках с большой мотивацией, и оставил сыновей. Он вернулся в комфорт замка в Зиртане. Хотя Миувьях Акабер недавно назвал себя королем, он жил в роскоши все годы с тех пор, как Юсуф Эвраяд назвал его визирем Восточной провинции.

Это было честью, и Миувьях получил титул, оставив право на трон. Он не мог сравниться с Юсуфом Эвраядом. Его старший сын Элдакар был другим делом. И атаки с севера, ведущие к уничтожению Захры, дали идеальную возможность.

Замок Миувьяха был украшен знаменами Восточной провинции, серебряная газель на зеленом поле. От их вида Миувьях ощутил недовольство. Когда он будет королем Кахиши, его знамя будет включать элементы всех провинций. Он уже отдал приказ добыть ткань и придумать новые варианты. Тот, кто создаст подходящий дизайн, получит награду. Миувьях ехал по опущенному мосту и довольно улыбался. Провинций не будет, когда он покончит с Элдакаром. Это было огромной ошибкой Юсуфа Эвраяда — решить, что Кахиши мог существовать в единстве, оставаясь разделенным.

Другой ошибкой было позволить старшему сыну жениться на той шлюхе. Но это сработало на пользу Миувьяху. Шлюха теперь правила в Майдаре, и с ней скоро будет покончено, а Элдакар Эвраяд из-за нее потерял доверие и популярность.

Миувьях улыбнулся, думая о шлюхе Элдакара. Она была заманчивой. Она оказалась способной в бою, но от этого борьба была лишь слаще. Дикая кошка еще могла оказаться на коленях. Миувьях знал, что она тогда для него сделает.

Он прошел в свои покои, слуги следовали за ним. Он обрадовался там, оказавшись в своем убежище. После недель в палатке было особенно приятно быть дома. Слуги сняли с него части брони, и вес будто пропал и с души. Он был под давлением из-за боя на западе и осады Майдары. Но это давление пропадало с броней и одеждой. Он выдохнул и опустился в ванну.

Было приятно сидеть в воде, слуги лили ароматную воду на его плечи и спину. Он представлял, что сделал бы с Рихаб Бет-Сорр. Слуги молчали, что бы Миувьях не делал после таких мыслей. Они просто приносили воду, массировали его плечи и голову, мыли его волосы. Ощущения вместе с приятными мыслями радовали его.

Он был гордым, ему было плевать на то, что думали его слуги. Он был красивым, хоть и средних лет. И активным с наложницами. Аура власти, навыки в бою донесли его далеко, пока он не врезался в стену. В проклятую стену побед Юсуфа Эвраяда. И он принял титул визиря и ждал своего момента.

И момент быстро приближался. Так думал Миувьях, пока слуги вытирали его. Он застонал невольно от наслаждения, когда они надели на него шелковый халат. Как приятно было, что сыновья выросли и могли терпеть мучения войны вместо него. Он закончил, пока не наступит время обрушить все их силы на Майдару и шлюху. Он хотел сам сокрушить столицу и пройти в город. Посмотреть в лицо Рихаб Бет-Сорр, когда она опустится на колени в грязи, и в ее глазах будет смесь гордости и страха. Он уже мог это видеть. Будь он моложе, от этой мысли он снова стал бы твердым.

Говорили, Рихаб была заодно с Танцующими с огнем и ворами. Что она захватила криминальную часть города и учила их биться. Эта стратегия работала, пока силы Миувьяха были заняты Элдакаром на западе. Как только с Элдакаром будет покончено, и Миувьях обрушит все силы на город… он не простоит и недели.

Пришло время ужина, он ждал этого не меньше купания. Хотя ему давали лучшее в лагере, это было не роскошной едой. Слуги принесли тарелки под колпаками, мясо птицы и козы, пряные соусы, приготовленные, как любил Миувьях. Он закрыл глаза в предвкушении. Может, стоило уезжать, страдать какое-то время, чтобы потом наслаждаться простыми радостями.

Ему даже захотелось вызвать менестреля записать эту мысль. Но его звали еда и вино. Остальное могло подождать.

— Вам послание из Рамадуса, ваше превосходство, — сказал слуга, сидя на коленях, прижимая лоб к полу.

Это раздражало. Он пытался наслаждаться ужином.

— Я знаю, что там. Оставь и уходи.

Слуга опустил свиток в кожаном чехле с печатью двора Рамадус на серебряном подносе рядом с диваном Миувьяха. Он сделал это, опусти взгляд, попятился так от дивана до порога и только тогда развернулся уходить.