Чтение онлайн

С другой стороны, такой энтузиазм и рвение подруги к учебе мне даже на руку. Иначе как бы я еще смогла видеться с её братом и скрывать наши шаткие отношения?

Вот сейчас вот этот красавец поджидает меня на своем байке за углом здания, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Однако, оно и тут его нагоняет, мда, судя по алчным взглядам девиц, как раз направляющимся в сторону Гордея.

Оценив расстояние от охотниц до жертвы, мысленно прикинула свои шансы на опережение и хмыкнув, поспешила на обгон. Подскочив к улыбающемуся Королеву, смачно засосала его губы на глазах у потенциальных соперниц. Да, ревную. И таки, да, обозначаю свою территорию. На что, этот самодовольный засранец, радостно скалится, заметив мои ревностные замашки.

– Величество, тебе зубы может пересчитать, чтобы не лыбился, а? Бесишь, – прекратив показательно лобызаться, выдохнула в его губы. Признаться, ревностно-злостный поцелуй завел меня в такие зыбкие мари, что я едва держалась на ногах. Все же, вкусив однажды плотского удовольствия, теперь трудно держать себя в рамках приличия. Теперь-то я понимаю Годю, почему он так сопротивлялся навязанному монашеству. Только и успокаиваю себя тем, что либо пройдем данное испытание вместе, либо разбежимся, как в море корабли.

– Не ревнуй, бестия, – засверкал еще ярче любимый гад. – Я только твой, маленькая студенточка. Эх, жаль, что я не ректор.

– Что за фантазии, дядя? – фыркнула, усаживаясь за его спиной и покрепче обнимая за талию своего мужчину. Благо расклешенная юбка в крупную клетку позволяла присесть на железного коня.

С упоением вдохнула изысканный аромат Королёвского парфюма с нотами белого кедра, кофе, ванили и пачули. Это я еще не все компоненты перечислила, ха. Только те, что сразу же «бросались в глаза», точнее, идентифицировались, в первую очередь, моими обонятельными рецепторами. Горыныч недавно стал пользоваться этим ароматом, а получив мое одобрение и похвалу своего парфюма, теперь не использует ничего другого.

– Ну всё, всё! Не дашь даже помечтать, чертёнок, – засмеялся он, дождался пока я закреплю ремешок шлема (из-за чего, мне с великой неохотой пришлось оторваться ненадолго от любимого), а потом резко сорвался с места, унося нас прочь от своих новоявленных и явно раздосадованных поклонниц.

– А-ах! – не сдержала искреннего восторга от захвативших дух, скорости и выброса адреналина.

– Держись, Марго, – прокричал мне Змей, входя в очередной вираж.

Ветер, шум колес и гудки автомобилей, шарахающихся от нас в разные стороны, скорость и драйв. Вся эта какофония звуков и чувство полета заставили меня чувствовать невероятную эйфорию от нашей поездки. Мне было не важно, куда сейчас меня мчит этот сумасшедший. Я просто НЕ тихо млею от его близости в предвкушении очередного сюрприза.

Остановка произошла неожиданно скоро. Буквально через минут десять. Я даже не успела толком насладиться экстремальной ездой. Как оказалось, наш путь лежал до ближайшей смотровой площадки, находящейся в живописном парке на берегу реки.

– Годя, ну ты и негодяй! – слегка стукнула кулачком по богатырской спине мотоциклиста, стаскивая шлем с головы. – Я только во вкус вошла.

– А ты смотрю, бесстрашная ведьма. Тренированная, да? Много летаешь на своей метёлке, не иначе, – хохотнул брюнет, шустро перетащив мою тушку вперед себя и притянув к своей груди.

Я схватилась за отвороты его куртки, приближая своё лицо к его наглой физиономии.

– Горыныч, не пойму, чего ты добиваешься, детской неожиданности что ли? – слегка укусила его за нижнюю губу.

– Ну, не совсем, – снова издал смешок красавчик. – Думал испугаешься, кинешься в мои объятия за утешением.

– Смею тебя разочаровать, Величество. Тут твое коварство бессильно.

– Прыгнешь со мной с тарзанки? – прищурился гад.

– Не в юбке же. А так, без проблем, – смело заявила ему.

– Ловлю на слове, маленькая, не отвертишься, – углубил он поцелуй, проталкивая язык меж моих зубов, лишая меня и сопротивления, и воздуха одновременно.

– Сам только не испугайся, Годя, – все же вырвалась из плена его порочных губ. – А мне с тобой и в космос лететь не страшно.

– Я польщен, Маргоша.

– Не называй меня так, – надула губы.

– А что, Гошей, лучше? – снова ходит по лезвию провокатор.

– Тебя стукнуть что ли, чешуйчатый?

– Нравится, когда ты злишься, пупс, – усмехнулся паразит, помогая мне встать с байка. – Пошли, надо запечатлеть для истории первый день примерной студенточки Риты Маховой.

– В смысле, запечатлеть? И какой я тебе, пупс? – задала я парочку разнополярных вопросов.

– Маленький такой и милый пупсик, – продолжал меня дразнить неугомонный. – А юбочка твоя, ммм. Я не Рембрандт, картину не напишу, а вот оформить несколько памятных фоточек, мне по силам. Идем, красотка! Тебе досталась фотосессия у лучшего фотографа нашего города.

– Пф, сам себя не похвалишь, как оплёванный сидишь, – усмехнулась в ответ, смотря, как мой парень выуживает из кофра профессиональный фотоаппарат с зеркалкой. – Сама-пиар не твоя стезя.

– Сейчас договоришься, – переключился на угрозы мой новоиспечённый фотограф, – устрою тебе съёмки в стиле «ню».

– Кто о чём, а вшивый о бане, – да, я такая. Не могу не подколоть своего родимого гаденыша.

– Это намёк? Тогда и баню с парилкой тебе обеспечу, не сомневайся, – ухватился тут за идею мой герой. – Ох, и попаримся.

– ГЗМ дать?

– Что это? – озадачился Королёв.

– Механизм такой, хм…губешки закатывать.

– Иди сюда, бестия! – оскорбился мой король. – Я сейчас твои губки закатаю, чтобы помалкивала и не болтала ерунду.

– Иди в баню, Годя, – подпрыгнула я, хихикнув, вырвалась из Горыньей хватки, но далеко не убежала.

Получив свое «наказание» в виде умопомрачительного поцелуя, плюсом ещё и шлепок по заднице, но возмущаться не стала. Пусть наслаждается негодяй, что взял вверх над моей строптивостью. Я же тоже, в минусе не осталась.

– Успокоилась, чертенок? – закончил терзать мои губы Гордей.

– Годя, тебя заклинило на этом вопросе? – приподняла бровь, с усмешкой глядя на своего визави. – Работай уже! Я готова позировать, – встала в сексуальную позу, выпрямив спину.

Надолго меня, конечно, не хватило. Не могу быть серьезной, хоть плачь. Я дурачилась, строила рожицы, а этот папарацци ловил этот компромат, запечатлевая бесценные моменты в каждом кадре, не жалея сил.

– Чертенок, я от тебя в восторге, – наконец, выдохся мой фотохудожник.

– Что, Шарик, фотоохота завершена? – грустно спросила его.

– Она только начинается, – загадочно усмехнулся Королёв. – Продолжим в другом месте. За подгузниками только заскочим, – заржал Бармалей.

– Страдаешь недержанием, дорогой? – оценила его юмор.