Чтение онлайн

Когда же Мануил вступил на крыльцо, он неожиданно подался вперед, схватился за полу одежды, заглянул в глаза и воскликнул на греческом:

— И войдут люди в Город!

— Что?! — Удивился Христоним.

— Люди в красном изгонят османов из Города[2]!

После чего нищий отпустил полы одежды Мануила и отшатнулся от него, словно бы испугался. Грек задал несколько вопросов этому нищему. Но тот всем своим видом показывал, что ничего не разумеет. Сидит, глазами хлопает и ничего больше. Что подтвердили и остальные. Митрополит Феофил помог их опросить. С их слов — это несчастный прибился к ним совсем недавно. Откуда — молчит. Но малый не злобный. И окромя русского языка иных не ведает.

Когда же Феофил с Мануилом вошли в церковь, то переглянулись.

— Люди в красном? — Задумчиво переспросил грек.

Митрополит промолчал. Сам удивленный этими словами.

В это время за окном церкви появилась рота аркебузиров, куда-то идущая. Все как один одетая в красные гербовые накидки с золотым восставшим львом. От чего оба иерарха нервно перекрестились. И Мануил, и Феофил были продуктом своего времени, обладая рационально-мистическим мышлением. Поэтому восприняли эти слова очень серьезно. Тем более, что никаких сомнений и разночтений в их словах не имелось.

Нищего же после того более никто не видел. Во всяком случае Иоанн постарался, чтобы о его маленькой шутке никто не узнал.

Опасаясь заговоров он уже пару лет как пытался развивать собственную службу безопасности. Среди прочего в рамках ее развития он держал в Москве при всех крупных церквях по нищему, которые слушали что люди болтают. Разговоры ведь там разные бывают. За денежку малую и обещание хорошего устроения после нескольких лет работы все они старались. Поэтому, узнав от своих людей о прибытии греческого посланника король решил его немного разыграть и нужным образом настроить. Ну и, по возможности, закинуть камень раздора султану в штаны.

[1] Мануил Христоним вернулся из разведывательной поездки в Москву и сменил предыдущего Патриарха, который не удержал свое место.

[2] Здесь идет отсылка к пророчеству Косьмы Этолийского, сделанного в XVIII веке, о котором слышал Иоанн. Но оно опиралось на пророчества, сделанные еще в начале IV веке Мефодия Потарского (умер в 311 году) о том, что Константинополь будет сначала захвачен у христиан, а потом ими возвращен. Это же пророчество было записано на гробнице императора Константина Великого (умер в 337 году). И так далее

1476 год — 30 июня, Полоцк

Иоанн довольно улыбнулся и потянулся, выйдя из своего шатра.

Накануне днем его армия подошла к Полоцку и уже успела разбить лагерь, обложив город со всех сторон. По правому берегу Двины шел всего один пехотный полк и рота гусар. По левому — все остальные силы. Которые, пользуясь прекрасной погодой, сумели переправиться по броду на левый берег Полоты, завершая окружение и устанавливая полную блокаду. Причем все произошло так быстро, легко и слажено, что Иоанн смог даже отдохнуть с вечера, а не бегать ошпаренным среди войск, решая различные проблемы.

К этому времени весь северо-восток Великого княжества Литовского уже подчинился ему. Вязьма, Дорогобуж, Ельня, Смоленск, Торопец, Усвят, Витебск, Стрежев и многие малые города да веси промеж них. То есть, армия Руси смогла уже полностью занять земли старых Смоленского, Торопецкого и Витебского княжеств. И теперь грызла Полоцкое, подойдя к его столице.

Куда дальше? Бог весть. Может и на само Вильно идти. Хотя Иоанн не был уверен пока. Задачу минимум — отнять Смоленск он выполнил. Задача максимум — занять Полоцк только предстояло решить. А на большее он и не рассчитывал. Раньше. Сейчас же, взглянув на укрепления Полоцка даже как-то растерялся.

Собственно, весь город состоял из детинца на замковой горе и двух посадов. Большого, что стоял к югу от детинца на левом берегу Полоты. И Заполотья — ремесленной слободы на правом берегу реки.

Детинец был обнесен земляным валом с широким и глубоким рвом перед ним. Поверх шла очень невысокая каменная кладка из крупного камня, уложенного без связующего раствора. То есть, навалом. Так что, камень здесь выступал лишь выступающим из земли фундаментом. А стена, что стояла на этих камнях, как и всюду на Руси в те годы, все еще была деревянной самого обычного вида и состояла из срубов, заполненных дубовыми плашками. Ну и с гурдициями поверх. Как без этого? Оба посада были защищены также, как и детинец, только стены их были без валов и рвов.

В общем, ничего особенного, по мнению Иоанна, укрепления из себя не представляли. Но в городе имелся крупный гарнизон, в который стеклись многие шляхтичи, приведя свои небольшие отряды. Из-за чего, волей-неволей войск в Полоцке набило прилично. И настрой у них был довольно решительный. Во всяком случае именно это сообщила разведка со слов своих людей в городе.

— Утро красит нежным светом стены древнего кремля, — произнес король, довольно улыбаясь солнышку в это совершенно безоблачное утро.

Вся предыдущая кампания выглядела легкой прогулкой. Ведь его армия сумела без боя занять все города по Смоленскому, Витебскому и Торопецкому княжествам, да и по части Полоцкого. Где-то хватало переговоров. Где-то требовалось провести устрашение и демонстративно продырявить несколько раз стенку. Но не больше. Это был первый город, который без шуток собрался сопротивляться.

Подвести батарею 20-ти фунтовых кулеврин на «ломовой бой», то есть, для выстрелов прямой наводкой — в упор было невозможно. Потому что у защитников Полоцка обнаружилось изрядно гаковниц и тюфяков разных. И они из них обстреляли парламентеров, которые предложили им сдаться. Обстреляли, но не стремились убить. Просто пали в белый свет, обозначая тот прискорбный факт, что огнестрельного оружия у них в достатке и они могут за себя постоять.

Поэтому Иоанн расположил свои осадные орудия примерно в километре, прикрыв их легким земляным бруствером. Со стены Полоцка постреливали, конечно. Но без особого успеха. Кулеврин или серпентин в городе не было. А короткоствольной местной артиллерией вести контрбатарейную борьбу на такой дистанции было крайне затруднительно. Тупо ядра не далетали.

Исходя из таблицы стрельбы, которую люди короля благоразумно составили заранее, Иоанн знал о том, как далеко бьют его кулеврины. Да, работая с километра надежды на разрушение деревянной стены не имелось. Даже призрачной. Но он решил поступить иначе.

За орудиями вырыли четыре добротные такие ямы, в пояс глубиной. Над ними поставили небольшие решетки, огороженные глиняным бортиком. Вниз же, к дну ям прокопали наклонные отверстия, приладив к ним по паре ручных мехов от горнов походных кузниц. В ямы сыпали мелко порубленные бревна и ветки, ну и дули… непрерывно дули, сменяя бойцов на этих мехах по мере их уставания. На решетках же покоились ядра. Обычные ядра, которые от жара постепенно нагревались, раскаляясь.

Тем временем готовили орудия.