Чтение онлайн

Быстрый рывок вперед.

Со стен даже пострелять толком не успели, так как все бьющее далеко уже разрядилось, пытаясь остановить подвод мины. Но в воротах, под прикрытием мантелетов, их уже ждали защитники.

Аркебузиры вышли на дистанцию действенного огня и, немедленно затеяли перестрелку. Стараясь подавить своим огнем защитников. Чтобы те даже высунуться толком не могли. Поэтому стреляли в разнобой, пятерками, но почти постоянно, непрерывно сменяя тех, кто уже разрядил свою аркебузу.

А тем времени за их спинами ставили пищали на треноги и заряжали.

— Расступись! — Проорал командир полка.

И аркебузиры прыснули в стороны от ворот.

Бум! Бум! Бум!

Почти синхронно ударили пищали, приложив небольшими фунтовыми ядрами эти мантелеты, от которых только щепки полетели в разные стороны. Аркебузиры же сразу после этого залпа, сошлись обратно и продолжили поддерживать нужную плотность огня.

Спустя полминуты вновь расступились.

И вновь пищали пробили в шести местах мантелеты. А потом еще раз. И еще. На пятый же залп половина из этих заграждений завалилась, не выдержав такого насилия над собой. И вперед пошли пикинеры с бердышами. Прямо на деморализованных защитников.

Рывок вперед. Прыжок в пролом. И колющие удары под дых вскинувшим щит защитникам. И пошло-поехало. Большие двуручные топоры в этом замесе без строя и порядке — страшная вещь!

Пара минут и у ворот все закончилось. Напор из пятисот лиц в атакующей колонне сделал свое дело. Особенно после такого деморализующего обстрела. После чего бойцы, опасаясь контратаки защитников развернули мантелеты. И перенесли ближе пищали.

И очень, надо сказать, своевременно.

Поняв, что ворота взяты, защитники пошли в большую общую контратаку. Вот тут-то их аркебузиры при поддержке пищалей и встретили. Предельно горячим приемом.

Аркебузир перехватывал свое оружие после выстрела и продувал полку. Правой же вытаскивал из поясного патронажа очередной пенал-газырь и, закусив зубами пробку, открывал его. Подсыпал немного пороха из газыря на затравочную полку. Закрывал ее. Протряхивал его в затравочное отверстие парой несильных ударов.

С подшагом перехватывал аркебузу и просыпал основной заряд в ствол, закидывая пустой пенал в подсумок. Прибивал порох тремя ударами приклада о землю. После чего тянул за края промасленной тряпочки и извлекал ее из крышки, вместе со свинцовой пулей. Закидывал пулю с тряпочкой в ствол. Прибивал все это шомполом. Кидал крышку газыря в подсумок.

Перехватывал с обратным подшагом «ствол». Обдувал, разжигая фитиль. Крепил его. Проверял ход. Брал аркебузу на изготовку. Отворял полку. И стрелял. После чего его ждала вся процедура заново.

На все про все, натренированный стрелок Иоанна тратил около тридцати секунд. Что по тем меркам — невероятно быстро. Обычно возились сильно больше. Минуты по полторы-две. Тем более, что берендейку еще не изобрели[1]. А Иоанн, использовав ее в предыдущих кампаниях, от нее отказался в пользу более компактных и удобных газырей. Ведь с ними можно было быстро восполнять расстрелянный боеприпас стрелков. Просто передав из зарядной двуколки им снаряженных газырей. Промасленная же тряпочка, не только фиксировала пулю в крышке, но и выступала изолирующей влагу прокладкой. Отчего в газырях порох не отсыревал.

Аркебузно-пищальный огонь сделал свое дело. Защитники откатились от ворот в полном беспорядке. А Иоанн, не тратя времени зря, уже отправил туда второй пехотный полк. Чтобы развить наступление. Все-таки бойцы первого устали, да и потери понесли. А тут — свежие ребята.

Защитники попытались запросить переговоров. Но Иоанн их проигнорировал. Продолжив вводить в город полк за полком, перемалывая стремительно тающее сопротивление. Всякое сопротивление. Какие-то очаги обороны возникали внутри усадеб детинца, но пищали легко открывали двери своими фунтовыми ядрами. А дальше… дальше все было быстро и мрачно.

— Государь, — осторожно спросил на латыни представитель Людовика XI при его ставке. Какой-то виконт, имя коего король никак не мог запомнить. — Отчего ты не захотел говорить с их парламентерами?

— Они стреляли в моих парламентеров.

— Но они сдаются.

— Не слышу.

— Сир, они сдаются, — вновь попытался чуть громче произнести виконт.

Иоанн обернулся к нему. Внимательно посмотрел ему в глаза и повторил:

— Не слышу. И слышать не желаю. У того, кто стреляет в парламентеров нет чести и нет будущего.

После чего отвернулся и вновь погрузился в свои мысли.

Впрочем, ненадолго. Окружающие его аристократы попытались воззвать к его гуманизму и человеколюбию. Дескать, не по-рыцарски убивать того, кто сдается. Не благородно это. И вообще — так только злодеи поступают.

— Людовик XI так перебил всех Арманьяков, — пожав плечами возразил Иоанн на очередной пассаж виконта.

— Нет! Он не отдавал этого приказал! — Воскликнул виконт. Я был при Лектуре. — Мой руа уже покарал того бесчестного человека, что совершил это злодеяние!

— Вот как? — Повел бровью король. — Ну хорошо. Уговорили. Передайте в полки, чтобы прекратили бойню. Давайте поговорим с выжившими.

Штурм производился атакой сразу на детинец с западного направления вдоль Двины. Поэтому оба посада не пострадали. А основная резня пришлась на детинец, известный также, как Верхний замок. Тот самый, где селилась всякая местная аристократия и наиболее богатые люди города.

Вот им-то от штурма и досталось. Ремесленная же часть Полоцка не только выжила, но и даже отделалась легким испугом. Эти люди Иоанну были нужны. Поэтому он и не стал предпринимать штурм сначала посадов. Мог бы. Но не стал, посчитав, что более рискованная стратегия в данном случае лучше. Да, у жителей Полоцка могли оказаться кулеврины и тогда они бы поставили его наступающие войска в два огня, нехило навешивая с флангов. Да и с обычных «стволов», работая с северной стены Большого посада можно было дел наделать. Но руководство обороной города посчитало иначе. Они вообще в серьез не рассматривали эту осаду. Дескать, подойдут, постреляют и тяжело вздохнув, отойдут. Ведь долго подводить кулеврины на ломовую дистанцию Иоанн не мог. Где-то уже недалеко находился Казимир со своим войском. И зависать под Полоцком надолго королю было не с руки. А быстро взять этот город? Да там никто о том и помыслить не мог. Слишком внушительными и удачно расположенными выглядели укрепления. Наш герой же был иного мнения…

[1] В оригинальной истории она появилась в конце XVI веке в Саксонии.

1476 год — 5 августе, Вильно

Завершив решать вопросы в Полоцком княжестве Иоанн решился-таки отправиться в гости к Вильно — столице Великого княжества Литовского. Это было единственным логичным продолжением похода.

Он мог, конечно, и отвернуть на юг, чтобы отправиться брать города левобережья Днепра. Но зачем? Татары там и так все разорили, что ужас. Крупных городов в тех краях не было[1], а заниматься освоением полей мелюзги король не видел смысла. Грабить особенно нечего, а после заключения мира их придется отдать, наверное, может быть. Во всяком случае, очень высока была вероятность именно такого сценария.

А Вильно, это совсем другое дело. Даже по сравнению с весьма выдающимся по местным реалиям Полоцком.

Этот город стоял на искусственном острове в месте слияния рек Нерис и Вильня. То есть, с двух сторон его омывали воды рек, а с третьей — обводненный ров. Что само по себе резко повышало его защищенность. Не всего города, конечно, а только его укрепленной части. Потому что посады, раскинувшиеся за пределами этого искусственного острова, лежали беззащитными. Когда-то их прикрывали стены, но их разрушили в самом конце XIV века крестоносцы, да с тех пор и не восстанавливали.