Чтение онлайн

— Ну что, хочешь снова стать солдатом?

— Говно вопрос.

— В смысле? — не понял Чаз.

— Ну, ты бы еще спросил, срут ли в лесу медведи.

— Зачем мне это спрашивать? — удивился его величество. — Срут, само собой.

— Вот именно.

Чаз нахмурился и почесал голову:

— Не, ну погоди, а где медведям еще срать?

— Давай ты мне еще раз задашь свой вопрос.

Чаз на мгновение задумался, потом торжественно произнес:

— Желаешь ли ты присоединиться к нашему братству революционеров, презрев свое бессмысленное, бесцельное и жалкое существование ради славы, правды, чести и…

— Атомный вес кобальта — пятьдесят восемь и девять? — перебил его я.

— «Охотники за привидениями»! — воскликнул Чаз. — Это фраза из «Охотников»!

— Именно, — кивнул я.

Чаз вскинул «узи» и дал очередь, очертив у моих ног полукруг из отверстий пуль калибра девять миллиметров.

Затем с помощью тех же самых магических сил, с помощью которых когда-то уменьшил танк «Шерман М-4», Чаз съежил меня до размеров коробки из-под хлопьев.

Мы залезли в штурмовой вертолет «черный ястреб», который поджидал нас с включенными двигателями. Поднявшийся ветер сдул с меня бейсболку с эмблемой «Чикаго Кабс». Я уселся рядом с его величеством на обтянутое парусиной сиденье и пристегнул ремень безопасности. Чаз в это время лихорадочно выкрикивал приказы во встроенный в шлем микрофон. Когда вертолет поднялся в воздух, я увидел, как моя кепка, гонимая ветром, долетела до края утеса и низринулась куда-то вниз. Тем временем мы заняли позицию ведущего в целой эскадрилье, состоящей из десятка вертолетов. На флангах слева и справа от нас летело по два грузовых «чинука», набитых вооруженными до зубов сусликами в касках и бронежилетах. На горизонте показались два штурмовика «тандерболт», на всех парах устремившихся на воссоединение с нами.

Чаз сунул мне в руки разгрузочный жилет, украденный со склада Национальной гвардии. Его карманы были набиты магазинами к винтовке М-16. На крюке в стене висела кобура с кольтом. Я нацепил ее на себя, а на плечи накинул две пулеметные ленты. Я прекрасно понимал, что со стороны выглядел так, словно и сам только что обнес оружейную кладовую, но мне было плевать. На высоте со слышимостью есть определенные проблемы, все звуки кажутся приглушенными, поэтому можно сказать, что мы летели к гольф-клубу в относительной тишине.

Под нами раскинулся город, темная, петляющая змеей река и серые селенитовые холмы. Потом наш вертолет прошел над отвесной скальной грядой, огибавшей ранчо Доры Маккой. Я увидел грузовичок бабки Доры, припаркованный рядом с амбаром. Ветер трепал сушившееся белье на веревке, которая была протянута от дома до сарая, в котором старуха держала свою чалую. Потом показалось озеро, а рядом с ним — дымящиеся руины поселения сусликов. Земля повсюду была вспахана и перекопана. Я увидел кучу крошечных мертвых тел, громоздившуюся рядом с самосвалом, кузов которого тоже был завален трупами сусликов.

Чаз постучал по моему шлему и жестами показал, чтобы я включил передатчик.

— Их жгут на окружной свалке, — пояснил он и потыкал лапой вниз.

Наша крошечная эскадрилья сделала разворот и устремилась на север.

Чаз поднес к мордашке армейский бинокль камуфляжной раскраски, с восьмикратным увеличением. Такой стоит три сотни баксов, но обойдется вам задаром, если вы знаете, где в Булл-Ривер Фолз каждую среду по вечерам паркуются на ночь грузовики с экспресс-почтой. Лапы его величества затряслись от ярости, когда перед ним предстала раскинувшаяся внизу картина.

— Эй, командир, с тобой все в порядке? — спросил я.

— Нет. Не все.

Стекло плавится при девятистах градусах, алюминий — при тысяче. Медь — при двух тысячах. Сильный лесной пожар может разогнать температуру до тысячи ста градусов. Этот пожар был сильным.

В штабе ЧС мне сунули в руки обгоревшую железку, обнаруженную возле тропы.

— Поглядите, — сказал один из ребят Гаса Карри, показав на вдавленную металлическую крышечку с резьбой. После этого он выудил из сложенной тряпицы кусочек оплавленного металла: — Это медь. Чтобы вы знали, какая там температура.

Я сел в пикап и поехал по петляющей дороге, проложенной бульдозерами. Наконец я увидел стоящий впереди транспорт: школьные автобусы, здоровенную пожарную машину, пригнанную из аэропорта, планшетные трейлеры, цистерны на колесах и зеленые внедорожники Лесной службы.

Я вспомнил о Кармен, собиравшейся наведаться в лес за архивными материалами. Она обещала сперва поставить в известность спасателей и только потом отправляться в зону возможного возгорания. По большому счету, простому смертному в заповедную зону без разрешения вход был заказан, но, принимая во внимание положение, которое занимала Руз, она могла запросто, без всяких проблем миновать КПП.

— Тебе совершенно не о чем беспокоиться, — заверила меня она, загружая скарб в свой джип, припаркованный у здания администрации округа. — Стэн, ты ведь сам сказал, что пожар в полутора километрах от хижины. Ну что ты дергаешься из-за всякой ерунды?

— Ерунды? — возмутился я. — Никто не знает, куда двинется огонь. За прошлую ночь он мог отмахать и три километра. Причем в любом направлении. И я не волнуюсь, я проявляю озабоченность.

— Если бы пожар стал сильнее, об этом бы обязательно объявили, — возразила Руз. — Ты пойми, архив очень важен для меня.

Она помахала рукой и уехала. А я остался с гнетущим ощущением надвигающейся беды.

Явившись на командный пост, я забрался в строительный вагончик, позаимствованный у компании «Золотое ущелье», и переоделся в свое снаряжение. За стройкой к небу поднималась плотная завеса дыма, напоминавшая исполинскую черную простыню. Над очагом возгорания пролетели два пожарных самолета, которые затем разошлись в разные стороны. За ними проследовала эскадрилья «черных ястребов» Национальной гвардии.

Я налил себе в вагончике кофе и попытался вспомнить, принял ли таблетку. Пошарил по себе руками, чтобы убедиться — баночка с лекарством лежит в нагрудном кармане рубахи.

Вместе с отрядом пожарных я отправился к тому месту, где экскаваторы рыли канаву. Выше на холме лесорубы валили лес. Надрывно, оглушительно ревели бензопилы.

Я присел и поглядел на топографическую карту, после чего двинулся вслед за своей группой вдоль противопожарной насыпи высотой чуть больше метра. Колени пульсировали от боли. Я вызвал по рации Гаса Карри.

— Цистерны подгонят минут через двадцать, — промолвил Гас. — А потом мы двинем на юг от вас.

— Кармен вернулась?

— Я ее не встречал, — ответил Карри. — Но ребят поспрашивал. Видели, как она ехала по грунтовке.

— Похоже, вчера ребята из Бюро землепользования дали ей зеленый свет на въезд. Лучше бы они сначала посоветовались с вами.

— Федералы, — фыркнул Карри. — Сам понимаешь, что с них взять.

Он дал отбой. Я воздел руку и принялся ждать, когда мужчина на другом конце кромки пожара поднимет свой топорик в знак того, что команда выстроилась и готова действовать. Потом события начали развиваться с удивительной скоростью.