Чтение онлайн

Суть плана членов «Клуба» заключалась в том, чтобы на предстоящей весенней сессии парламента в Эдинбурге объединиться с якобитами, которые также согласились принять участие в выборах, и, используя недовольство депутатов-пресвитериан политикой правительства, склонить сословное представительство голосовать против вотирования денег на содержание армии. Заговорщики рассчитывали, что этот шаг приведет к возникновению политического кризиса в стране. Вильгельм III вынужден будет распустить шотландский парламент, а шотландские войска, оставшись без жалования, займут нейтральную позицию в политической борьбе. В итоге, по мысли Дж. Монтгомери и его сообщников, правительство Вильгельма Оранского, не имевшее прочной социальной и политической поддержки в Шотландии, должно было потерять последнюю опору в лице армии, в то время как на помощь заговорщикам должен был подойти генерал-майор Т. Бахан с отрядами горских якобитских кланов [1290] . Дж. Монтгомери и граф Эннандейл также намеревались, используя свое влияние среди ковенантеров, поднять на борьбу с правительством население юго-западных графств Шотландии [1291] . Заговорщики условились, что, как только к берегам Шотландии подойдет французский военный флот, они поднимут восстание: каждый — в той части страны, где лежали его владения. Общее руководство вооруженным выступлением в Шотландии было поручено графу Эррану [1292] . Одновременно английские якобиты обещали поднять восстание в Вустершире, Ланкашире и Уэстморленде [1293] . Предполагалось, что решающую поддержку вооруженному выступлению окажут десанты, направленные Людовиком XIV из Франции и Яковом II из Ирландии. Опираясь на эти силы, заговорщики собирались созвать в Эдинбурге новый парламент, в котором сторонники низложенного Стюарта составили бы большинство, и провозгласить его законным монархом Шотландии [1294] .

В первой половине 1690 г. заговорщики начали готовиться к реализации своего плана. Шотландские магнаты начали тайно вооружать своих вассалов [1295] . В марте по подозрению в подготовке реставрации Якова II был арестован якобит лорд Олифант и несколько его сообщников [1296] .

В то же время следует отметить, что по мере подготовки государственного переворота на первый план начали выступать внутренние противоречия между заговорщиками. В частности, обнаружилось, что расхождения в политических взглядах между якобитами и радикальными пресвитерианами были столь велики, что Дж. Монтгомери длительное время был вынужден скрывать от большинства своих соратников факт объединения с партией Якова II [1297] . Важную роль сыграли также этнические и личные противоречия. В частности, из-под контроля Джеймса Монтгомери и его шотландских союзников вышли английские якобиты. Фактически в Лондоне возник самостоятельный заговор.

В английской столице якобитами был создан заговорщический комитет, в который вошли граф Кларендон, родной брат виконта Престона полковник Джеймс Грэм, графиня Дорчестер, квакеры У. Пенн и Ф. Греймс [1298] . В своих показаниях М. Кроун сообщал, что на собраниях лондонских якобитов присутствовали агенты Якова II из Дублина и Сен-Жермена [1299] .

Членами лондонского комитета был разработан собственный план переворота с целью реставрации низложенного Стюарта, в котором центральное место отводилось Англии. Предполагалось, что как только Вильгельм III транспортирует свои войска в Ирландию, Яков II должен будет немедленно высадиться со своей ирландской армией в Шотландии или на западном побережье Англии [1300] . После успешного завершения этой операции французский военный флот, на который якобитским комитетом возлагалась задача переброски войск низложенного Стюарта из Ирландии, должен был встать в Ирландском море и отрезать таким образом Вильгельма Оранского с его армией от Британии. Согласно планам заговорщиков, после высадки Якову II надлежало как можно скорее прибыть в Лондон и немедленно объявить всеобщую амнистию, дабы успокоить население, после чего созвать парламент и «облечь себя королевскими полномочиями, дабы ни один гарнизон в Англии не мог более сопротивляться его власти» [1301] .

Обсуждение этого плана вызвало серьезные разногласия среди лондонских якобитов. Супруга одного из главных заговорщиков миссис Оглторп выступила против предложения ирландского десанта в Англии, предлагаемого большинством участников конспирации. Узнав, что два якобитских агента с соответствующей резолюцией лондонского комитета отправляются ко двору низложенного Стюарта в Дублине, леди Оглторп решила опередить их и отправилась в Ирландию, чтобы добиться личной аудиенции у Якова II. Однако в результате интриг полковника Ф. Греймса и миссис Клиффорд она была задержана английскими властями в Честере и посажена под арест [1302] .

Несмотря на внутренние противоречия среди якобитов, реставрационный заговор приобрел угрожающие для правительства масштабы. Источники свидетельствуют, что нити якобитской конспирации пронизывали важные политические институты Англии: парламент, государственную церковь, армию. Согласно данным следственных материалов, граф Кларендон и другие заговорщики вошли в сношение с бывшими соратниками Якова II герцогами Бьюфортом и Ньюкаслом, графами Рочестером и Эйлсбери, епископами англиканской церкви и членами парламента. М. Кроун сообщал на судебном процессе, что к заговору был причастен известный торийский лидер Эдуард Сеймур. Якобиты установили контакты со вдовствующей королевой — матерью Якова II [1303] .

Наиболее многочисленные сведения сохранились о заговоре в вооруженных силах. Один из заговорщиков полковник Т. Оглторп сообщал У. Пенну, что «даже в личной гвардии короля Вильгельма есть люди, которые при первой возможности готовы снести ему голову» [1304] . Якобиты надеялись поставить под свой контроль часть британской армии и флота. С этой целью лондонский комитет по указанию королевы Марии Моденской назначил командующим военно-морскими силами, оставшимися верными Якову II, адмирала барона Дартмута, известного своими якобитскими симпатиями, а сухопутными силами — генералов Дж. Фенуика и Э. Сэквилла, а также полковника Т. Оглторпа [1305] .

Во Франции Мария Моденская готовила в порту Дюнкерк корабли с грузом оружия и боеприпасов, которые по первому сигналу Дж. Монтгомери должны были отправиться в Шотландию. Кроме того, супруге низложенного Стюарта удалось собрать 6 тыс. ливров для оплаты военной службы повстанческой армии генерал-майора Т. Бахана, которая должна была поддержать заговорщиков в Эдинбурге [1306] .

Сам Яков II, узнав о масштабах якобитской конспирации в Британии, потребовал от своих сторонников поставить под свой контроль два крупнейших южных порта Англии — Плимут и Портсмут [1307] . Свергнутый монарх и его ближайшее окружение в Ирландии полагали, что единственным средством избежать разгрома в столкновении с армией Вильгельма III в предстоящей военной кампании в Ирландии является превентивное вторжение в Англию. Однако для осуществления этой операции Якову II были необходимы французские регулярные части (его ирландские войска по-прежнему находились в крайне плачевном состоянии) и поддержка французского военного флота. В своей корреспонденции лидер ирландских якобитов герцог Тирконнел отмечал, что достаточно только французскому флоту войти в Ирландское море, чтобы «Яков получил шанс» [1308] . Таким образом, вопрос оставался в том, согласится ли Людовик XIV оказать своему кузену Якову II помощь в столь рискованной операции.

Зимой-весной 1690 г. якобиты по всем каналам начали оказывать давление на французское правительство. Яков II требовал от своего посла во Франции виконта Довера, чтобы тот добился у Людовика XIV предоставления «оружия, боеприпасов, флота и войск, дабы вторгнуться в Англию и сделать диверсию в Шотландии» [1309] . Герцог Тирконнел писал находившимся во Франции своим знакомцам — дипломатам Полю де Баррийону и графу д'Аво. Супруга Якова II королева Мария Моденская пыталась действовать через французского министра маркиза де Сеньеле, ведавшего французским военно-морским флотом [1310] .

Однако в то время главным фаворитом Людовика XIV был государственный секретарь по военным делам маркиз де Лувуа, который ввиду полного контроля британским и нидерландским флотом пролива Ла-Манш считал невозможным оказать помощь Якову II в масштабах необходимых для осуществления вторжения из Ирландии. Кроме того, мнение французского монарха о положении дел на Британских островах усугубили пессимистические отчеты о своих миссиях дипломата графа д'Аво и французских офицеров, вернувшихся из Ирландии. В итоге, к началу 1690 г. Людовик XIV потерял надежду на то, что в Англии может подняться массовое восстание в пользу Якова II, а без твердых гарантий успеха французский король был не намерен оказывать масштабную помощь своему кузену [1311] . Поэтому в ответных посланиях низложенному британскому монарху Бурбон советовал ему оставить мысли о каких-либо предприятиях в Англии и Шотландии и сосредоточиться на обороне Ирландии [1312] .

Между тем без масштабной иностранной военной помощи заговор Дж. Монтгомери был обречен на провал. Уже в январе-феврале 1690 г. среди высших чинов Шотландии начали возникать подозрения об объединении якобитов и радикальных вигов во главе с Дж. Монтгомери [1313] . Министры Вильгельма III были столь напуганы масштабами антиправительственной конспирации, что долгое время не решались открыть сессию парламента [1314] . Все же в мае 1690 г. сословное представительство собралось в Эдинбурге [1315] . При подготовке к борьбе со сторонниками правительства в парламенте Джеймс Монтгомери допустил существенный просчет. Как и большинство представителей оппозиции, он ожидал, что поведение правительства на новой парламентской сессии будет таким же, как и на предыдущей в 1689 г., когда половинчатая политика королевского комиссионера герцога Хэмилтона вызвала бурную реакцию со стороны пресвитериан. Однако Вильгельм III, уезжая в Ирландию, назначил королевским комиссионером вместо Хэмилтона более дипломатичного лорда Мелвилла — сторонника умеренного курса в религиозной политике. Новый комиссионер удовлетворил основные требования пресвитериан, и в итоге «Клуб» оказался лишенным своего главного козыря [1316] . Оражистам также удалось усилить свои ряды в парламенте путем обещания отдельным представителям оппозиции государственных постов, а также прямым подкупом [1317] .

Пытаясь спасти положение, Дж. Монтгомери предпринял отчаянный шаг. Надеясь мобилизовать крайних вигов, он выступил на заседании парламента с пламенной речью, в которой призвал установить в Шотландии республику. Однако этот ход привел лишь к тому, что окончательно расстроил организованный Джеймсом Монтгомери политический союз: якобиты были шокированы выпадами против монархии, а виги окончательно потеряли к нему доверие и предпочли поддержать Джорджа Мелвилла [1318] . Узнав, что лидеры «Клуба» тайно вели переговоры с Яковом II о передаче в их руки всех высших государственных постов в Шотландии, якобиты окончательно отошли от поддержки Дж. Монтгомери, и единая оппозиция правительству Вильгельма III распалась [1319] .