Чтение онлайн

Моя жизнь, тщательно выстроенный фасад власти и контроля, теперь балансирует на краю этой фарфоровой пропасти. Григорий с его пронзительным взглядом и опасными обещаниями, Роман, чье обаяние и сладкие слова могли бы соблазнить самого дьявола, или Лука, загадочный и напряженный, — каждый из них способен либо спасти меня, либо утащить под воду.

Я закрываю глаза и глубоко дышу. В воздухе чувствуется тяжелый аромат жасмина, оставшийся после моего последнего купания, он призван успокаивать, но вместо этого кажется, что он издевается своим сладким спокойствием.

Три минуты. Это все, что нужно, чтобы узнать. Три минуты, чтобы решить, нужно ли мне готовиться к войне или к еще более коварному миру. У каждого своя империя, свои планы, если станет известно о ребенке — моем ребенке — баланс изменится, и не обязательно в мою пользу.

Положительно. Две розовые линии смотрят на меня с гребаной палки.

— Черт.

Тест выскальзывает из моих пальцев, ударяясь о стойку, словно в знак солидарности с моим внезапным онемением. Тяжело опираясь на раковину, я смотрю на себя в зеркало. Цвет исчез с моего лица, оставив меня бледной, даже призрачной. В моих глазах нет тепла, только зарождающееся осознание шаткости своего положения.

Стук в дверь нарушает мою задумчивость, слишком мягкий, чтобы быть одним из них. Должно быть, это Джулс.

Выйдя из ванной, я вдруг чувствую, что весь мир словно обрушился на мои плечи. Джулия стоит там, ее глаза расширены от беспокойства. Ей не нужно спрашивать: один взгляд на мое лицо — и она знает. Черт возьми, она слишком хорошо меня знает.

Ее голос мягкий, осторожный, когда она заводит тему, о которой мы обе думаем.

— Что ты будешь делать, Лана? Есть варианты… оставить его, отдать на усыновление или… ну, ты знаешь.

Я опускаюсь на стул, реальность ситуации обрушивается на меня, как товарный поезд.

— У меня нет ни малейшего понятия, Джулс.

Джулия не вздрагивает, не осуждает. Это не в ее стиле. Вместо этого она просто ждет, давая мне возможность собраться с мыслями и придумать следующий шаг.

— В смысле, как мне вообще начать разбираться с этим? — Я продолжаю, в голове проносятся сценарии, которые я даже не представляла, что мне придется рассматривать. — Любой из них… это все меняет. И не только для меня.

Джулия кивает:

— Прежде всего, нам нужно подтвердить беременность у врача. Получить реальные ответы, прежде чем принимать какие-либо решения.

Это логично, практично, и я цепляюсь за это, как за спасательный круг. Это что-то осязаемое, что я могу сделать, вместо того чтобы погружаться в мысли о "что-если".

— Для начала, визит к врачу.

— Но мы должны быть осторожны, — добавляет она, ее глаза теперь остры от стратегии. — Мы не можем просто пойти в любую клинику, тебя узнают, а ты не хочешь, чтобы кто-то узнал об этом, пока ты не будешь готова.

— Осторожность — это главное, — бормочу я, прекрасно зная, насколько порочной может быть мельница слухов.

Джулия достает свой телефон, ее большие пальцы быстро танцуют по экрану.

— Я знаю кое-кого, кто может помочь. Она осторожна и обязана мне услугой. — Она смотрит на меня, в ее чертах вырисовывается решимость. — Она примет тебя инкогнито.

Облегчение нахлынуло на меня неожиданной волной. Это не так уж и много, но на данный момент этого достаточно — это путь вперед,

— Спасибо.

— Мы вместе, Лана. Всегда были вместе.

Я наблюдаю за ней, пока она продолжает набирать текст на своем телефоне, приводя все в движение со сноровкой, которая заставляет меня удивляться, как мне вообще повезло, что она оказалась рядом со мной. Наконец она поднимает глаза, и на ее лице появляется маска спокойствия, не соответствующая тем стремительным действиям, которые она совершила мгновение назад.

— Теперь, когда проблема решена, у тебя сегодня встреча. Политик, — напоминает она мне, ее тон приобретает более профессиональный оттенок, — он хочет поговорить о новых мерах безопасности. Хочет убедиться, что поставки нелегальных товаров из твоего синдиката невозможно отследить. Чтобы избежать инцидентов, подобных… этой ночи.

Я приостанавливаюсь, на середине движения сбрасывая дневную броню ради ночного утешения.

— Ты уже слышала об этом? — С тяжелым вздохом я добавляю: — под этой крышей никогда ничего не остается в секрете. — Ткань моего платья спадает, сменяясь мягкими объятиями пижамы.

Выражение лица Джулии становится серьезным, а ее следующие слова несут в себе вес серьезного предупреждения.

— Именно поэтому мы должны держать твою беременность в секрете. Ты даже не представляешь, сколько такие люди, как Перес, готовы заплатить за подобную информацию.

— Ты права, — признаю я, и борьба на время утихает. — Мы оставим это в секрете.

Пока я лежу на кровати, мой разум отказывается отключаться. Образы Григория, Романа и Луки мелькают передо мной, каждый из них по-своему привлекателен и опасен.

Кто из них поддержит меня, когда правда выйдет наружу? Или, что еще страшнее, кто попытается использовать этого ребенка в качестве рычага давления?

Ночью сценарии разыгрываются, как сцены из шпионского триллера: тайные визиты к врачу, разговоры шепотом в тенистых углах, внезапные предательства. Сон неуловим, каждый скрип и шепот в доме заставляет меня быть начеку.

В темноте я прикасаюсь к своему животу, не в силах соединиться с реальностью, растущей внутри меня. Этот ребенок еще не знает об этом, но он уже в центре бури. Пешка или благословение — я еще не решила, что именно.

ГРИГОРИЙ

Солнце еще не успело полностью показаться, как мы снова оказались в гуще событий. Лана, выглядящая как королева, сидела напротив политика, чье имя не стоит и воздуха, чтобы его произносить. А я? Я просто тень на стене, молчаливая, наблюдающая.

Я всегда наблюдаю.

Политик, человек, у которого слишком много пота и недостаточно позвоночника, начинает свою речь:

— Мисс Лана, нам нужно обеспечить… непрерывность наших операций. Не привлекая внимания.

Лана откидывается назад, ее скука едва скрывается фасадом интереса.

— И вы думаете, я не в курсе? — Ее голос холодный, отстраненный. — Скажите мне, что именно вы предлагаете?

Он переминается с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно под ее взглядом.

— Возможно, новые маршруты. Более… скрытные методы работы. Мы не можем позволить себе еще один промах.