Чтение онлайн

Обхватив девичью талию, он опустил Веру на кровать, стягивая платье и оставляя ее в одних трусиках. От предвкушения предстоящей близости в груди зарождался страх. Сбежать не получится, он не позволит. Это она понимала, наблюдая, как он рещительно расстегивает рубашку и бросает ее на пол.

— Только не говори, что ты целка, — Артем вдруг нарушил тишину.

— Ты мог бы быть поласковее, — заявила Вера, наблюдая, как ремень покидает брючные шлевки, и пряжка со звоном приземляется рядом с рубашкой. Когда спустил брюки, Вера вздохнула. Член стоял, оттягивая трусы. В памяти появились картинки прошедшего вечера. Вдруг коленки неожиданно засаднило, когда вспомнила жесткий пол гримерки.

— Таких как ты надо как следует драть, чтобы знали свое место, отбивая всякое желание постоянно скалить зубы, ну и в целях профилактики, конечно, — Артем придавил женское тело к мягкой поверхности и провел губами по шее. Вера заерзала под тяжестью, чувствуя, как по бедрам ползет липкая смазка. Подхватил ее под коленками, Артем бесстыдно развел ее ноги, наблюдая, как розовеют девичьи щеки. Никто еще не рассматривал ее так, откровенно, близко, изучая каждый миллиметр обнаженной кожи.

Когда его голова опустилась между широко разведенных бедер, Вера занервничала. Стас никогда не принимал попыток удовлетворить ее орально, может потому что не знал, как это делается или просто не хотел унижать себя как мужика в глазах друзей. Ну, знаете, как бывает, эти прозвища, лишают своеобразного авторитета в кругу таких же недалеких, которые считают своим долгом, что хаотичного тыканья достаточно. Главное кончить самому, а получила ли удовольствие партнерша, это уже дело десятое. Такой вид секса автоматически загонял любого парня «под каблук».

Когда горячий язык коснулся клитора, Вере показалось, что из глаз посыпались звезды. Это было невероятно. Она приподняла бедра, желая быть ближе к сумасшедшим ласкам.

Кто бы мог подумать, да? Верилось с трудом, что это Исаев, увлеченно вылизывал каждую складку плоти, вырывая из груди протяжные стоны. Вот что было настоящим грехопадением, а не эта ваша Библия. Исаев был змеем-искусителем, толкая Веру куда-то за грань реальности. Когда его язык вошел во внутрь, Вера закричала, сжимая коленями его голову. Бедра задергались в после оргазменных спазмах, вынуждая хозяйку сжать пальцами плед на кровати.

Плохо соображая и тяжело дыша, она следила, как он раскатывает по члену презерватив, точно и резко входит в нее до упора. Пара секунд, чтобы привыкнуть к друг другу, заставили Веру неожиданно понять, ощутить — идеальную наполненность. Как будто так было всегда.

Скользящие движения, шлепки тел друг о друга и его шепот, тихий, почти рычащий возбуждали ее еще больше. Несмотря на накрывший оргазм, тело было готово принять его снова. Осмелев, Вера закинула ноги мужчине на бедра, скрещивая лодыжки за спиной, подталкивая его и ускоряя ритм. Артем сжимал ее плечи, оставляя красные пятна, тут же целуя. Проводя рукой от самой шеи, он трогал грудь, пересчитывая пальцами выступающие ребра, а потом опустил руку туда, где их тела соединялись. Ритмично потер набухший клитор и вздрогнул, когда почувствовал ее ногти у себя на спине.

— Давай детка, уже немного осталось, — прошептал Артем, запуская руки ей под спину и прижимая к себе. Вера задыхалась, обхватывая мужскую шею и прижимаясь ближе. Тихо застонала ему на ухо, продолжая царапать плечи.

Те люди, которые говорят, что секс не главное просто никогда не кончали вместе со своим партнером. Одновременно. Когда голова начинает кружиться от переизбытка чувств. Когда слезы неожиданно начинают катиться по щекам, так противно попадая в уши. Когда уже невозможно быть еще ближе, чем есть. Когда хочется прорасти корнями в его тело, лишь бы это никогда не заканчивалось.

Артем лег на спину, переводя дыхание. Вера, совершенно обезоружено пялилась на мужчину, раскрыв губы.

— Еще никогда не занимался сексом в детской. Поначалу, даже как-то неловко было, — неожиданно выдал Артем, пытаясь, дотянутся до валяющихся брюк на полу и достать сигареты.

— Это не детская, — упрямо заявила девушка, укладываясь у него на груди.

— Я так и подумал, — он ухмыльнулся, переводя взгляд на мягкие игрушки на подоконнике. Вера проследила за его взглядом и засмеялась, пряча лицо.

— Останешься? — поинтересовалась девушка, пододвигая ему кружку, стоявшую на тумбочке.

— Твоя кровать явно не предназначена для двоих, — он улыбнулся и стряхнув пепел в предложенную «пепельницу», погладил ее по голове.

Действительно, Верина кровать-полуторка была слишком маленькой для них двоих. Одна она неплохо чувствовала себя, но ему явно было тесновато.

— Ну, если ты не будешь ворочаться во сне, проспишь до утра и не окажешься на полу. И вообще, я сейчас коплю деньги для ремонта, может быть когда-нибудь здесь будет новая кровать, так что… — она пожала плечами, касаясь пальцами его лица.

— Мне кажется или это выглядит как приглашение? — Артем вскинул брови, опуская тяжелую ладонь на ее поясницу, непринужденно поглаживая.

— Все будет зависеть от того, как будешь себя вести, — посмеиваясь, ответила девушка.

Мужчина молчал, внимательно изучая ее лицо. Она даже немного смутилась, отводя глаза.

— Забавная, ты, Рыжая, — Артем развернул ее и прижался животом к ее спине.

— Эй! — девушка заерзала, пытаясь вывернуться, но его рука не позволила.

— Спать, — безапелляционно заявил он, чувствуя, как девушка продолжает попытки освобождения, — Иначе накажу. Мне вообще-то завтра на работу, — он хлопнул ее по попе, накрывая обоих пледом.

Вера поудобнее расположилась в кровати, впервые за долгое время, засыпая с мужчиной. Наказания не хотелось — еще одного она сегодня уже не выдержит. Но как-то неосознанно потерлась об мужское тело задницей.

— Я сказал спать, — снова шикнул Исаев, и сжал в руке грудь, вызывая у девушки смешок.

Утром Вера проснулась одна. Дернулась, глядя на время — 9:37, его половина кровати уже остыла. Потянувшись, она развалилась посередине, отмечая, как ноет внутренняя поверхность бедер. Как после урока физкультуры. Конечно, если учесть, в каком шпагате пол ночи ее растягивал Исаев. От мысли о нем, Вера замерла, тут же сев в кровати и осмотревшись. Ничего. Вещей понятное дело нет, но он даже записку никакую не оставил.

Накинув халат, вышла в коридор. В ванне шумела вода. Нахмурившись, девушка с надеждой открыла дверь.

— Чего ломишься, Верка? Подождать не можешь? Поди, не обоссышься, — дядя Гриша в приятном трезвом состоянии чистил зубы, поглядывая на племянницу через зеркало.

— Это вы, — расстроено ответила девушка, затягивая потуже пояс халата.

— А кто ж еще? Или ты что же, мужиков домой таскать начала? Я, Верка, если узнаю, такого пропиздона вставлю и тебе и твоему хахалю, — приосанившись, дядя Гриша посмотрел в зеркало, попутно смывая зубную пасту.

«Сомневаюсь, кто кому еще вставит».

— Ты бы поаккуратнее со словами, дядь Гриш, а то как бы за базар не подтянули, — вспоминая слова Артема, улыбнувшись, ответила Вера.

— Ты меня не стращай, ссыкуха, а то сейчас как дам в лоб, — родственник покачал кулаком в воздухе, размазывая пену для бритья по лицу.

— Просто сказала, — она пожала плечами, — А куда это ты собираешься? Бриться взялся, зубы чистишь. Ты зубы не чистил лет 10.

— Молчи, дурная и не неси чепуху. Не твое это дело, — дядя Гриша деловито елозил тупой бритвой по лицу.