Чтение онлайн

Поведение диких верблюдов существенно отличается от домашних. Хавтгаи крайне осторожны и пугливы, подозревая опасность, они начинают уходить крупным шагом уже с километрового расстояния — и это в местах, где их не тревожат или мало тревожат. Они имеют очень острое зрение. Пасущиеся животные часто прерывают жировку, выпрямляются и оглядывают окрестности. При перемещениях они идут не «гуськом», а чаще параллельно.

Домашние верблюды, напротив, очень спокойны, флегматичны. Их безо всякого пастуха свободно отпускают на пастбища. В пустыне они могут очень далеко уходить от поселений человека, но никогда не убегают от хозяина и, даже одичав, спустя много месяцев подпускают к себе людей. Эта особенность поведения создавалась столетиями в процессе доместикации (одомашнивания) верблюдов, иначе верблюдоводство в Гоби вообще было бы невозможно.

Гон у диких животных начинается с первой половины января и продолжается до конца февраля. В это время самцы с пеной у рта целыми днями находятся в движении: они отгоняют прошлогодних верблюжат от самок, собирают гаремы и, оберегая «дам» от покушения других самцов, вступают в драки с соперниками. Беременность, как и у домашних верблюдов, продолжается 13 месяцев. Молодых верблюжат наблюдали с середины апреля. Самка приносит одного детеныша один раз в 2–2,5 года.

Для спасения дикого верблюда в Заалтайской Гоби создан Большой Гобийский заповедник, ведь за пределами охраняемой территории это удивительное животное вряд ли смогло бы сохраниться в дикой природе.

Обратный путь в Улан-Батор является как бы зеркальным отражением пути в Гоби — мы проезжаем те же природные зоны, только в обратной последовательности. Вот и столица. Оставляя кусочек своего сердца в Монголии, я сажусь со своими коллегами в поезд Пекин — Москва, набитый тюками предприимчивых «челноков».

Соединенные Штаты Америки — единственная страна в мире, на территории которой присутствуют все известные на Земле экосистемы, начиная от арктических тундр (на Аляске) и заканчивая влажными тропическими лесами (на Гавайских островах). Но даже среди этого многообразия есть один штат, поражающий богатством своей природы, — недаром его сами американцы называют «Golden State» («Золотой штат»). Это — Калифорния. Необычайно богата и разнообразна ее природа: заснеженные вершины Каскадных гор и Сьерра-Невада, превышающие 4000 метров над уровнем моря, соседствуют с пышущими жаром пустынями, величественные леса покрывают пространства долины Сакраменто, полноводные реки несут свои воды в Тихий океан. Ну и, наконец, в Калифорнии произрастает секвойя вечнозеленая — одно из самых великовозрастных и самых высоких на земле деревьев. Название «секвойя» происходит от имени вождя индейцев племени чероки Се-Куо-Йя. «Они похожи больше на духов, чем на деревья. Долины, в которых они растут, напоминают заколдованные места, населенные кентаврами или богами. Деревья высятся величаво, мощно и царственно, как будто они жили здесь вечно». Так писал об этих деревьях Джон Мэйсфилд, английский поэт.

В 1992 году мне посчастливилось посетить некоторые районы Северной Калифорнии в составе группы российских экологов. Начав свой путь в одном из красивейших городов мира — Сан-Франциско, мы проехали по Тихоокеанскому побережью на север почти до границы со штатом Орегон, а затем направились в глубь континента — в Каскадные горы. Кроме того, мы побывали в двух последних прибежищах лесов из секвойи — национальном парке «Редвуд» и национальном памятнике природы «Мюирвудс». Оба они расположены на Тихоокеанском побережье, и их главная достопримечательность — величественные леса из секвойи.

Секвойя — дерево с красной древесиной — достигает гигантской высоты. В национальном парке «Редвуд» стоит самое высокое из сохранившихся в мире деревьев: его рост — 111 метров! Сравниться с секвойей по высоте могут лишь эвкалипты в Австралии. В конце 19-го столетия там стоял гигант 130-метровой высоты, но сейчас таких высоких деревьев не осталось. К тому же секвойя — один из главных долгожителей растительного царства. Правда, по продолжительности жизни она не может сравниться со своим родственником — мамонтовым деревом, растущим на отрогах Сьерра-Невады, живущем 3000 и даже 4000 лет. Секвойя погибает в возрасте «всего лишь» 1500–2000 лет.

140 миллионов лет назад леса из секвойи покрывали большую часть Северного полушария. Под влиянием климатических изменений новые породы деревьев появлялись и исчезали в Европе, Азии и Северной Америке. Климат становился прохладнее и суше, поэтому распространение этих гигантов приостановилось 50 миллионов лет тому назад. В настоящее время секвойя сохранилась только на Тихоокеанском побережье Калифорнии, от залива Монтеррей до границы со штатом Орегон. Этот район характеризуется теплым и очень влажным климатом со средней температурой +10–+15 °C и большим количеством осадков: 2000–2500 мм в год. Вдоль побережья зимние дожди и летние туманы обеспечивают постоянную влагу, необходимую для жизни секвойи. Туман часто конденсируется в кронах деревьев, и вода каплями стекает вниз по стволам, обильно увлажняя почву. Вдали от берега, где лето сухое, они не могут существовать; деревья теряют через хвою больше влаги, чем их корни могут впитать.

До начала XIX века большая часть долин Северной Калифорнии была покрыта лесами из секвойи. Хвойные леса простирались от залива Монтеррей до Орегона полосой, равной 700 км в длину и 20 км в ширину. Эти леса по продуктивности лучшие в мире. Рост и прирост древесины протекают весьма интенсивно. За 30 лет ствол может достичь высоты 25 метров и диаметра 40 сантиметров. Ствол секвойи заключен в толстую, волокнистую, малогорючую кору. Взрослое дерево дает множество семян, но лишь малая часть их успешно прорастает, а те, которые проросли, вынуждены бороться со слабой освещенностью. В естественных условиях такое медленное воспроизводство было бы вполне достаточным, так как деревья могут прожить до 2000 лет, но при активной эксплуатации леса молодые деревья появляются недостаточно быстро, чтобы компенсировать порубки. Секвойя дает высококачественную древесину, которая имеет самое разнообразное применение, — от использования в строительстве зданий и производстве мебели до изготовления шпал и столбов изгородей. Прямой ствол, малое количество сучьев и высокая плотность делают древесину легкой, но прочной, а комбинация масел и смол почти исключает гниение и атаки термитов и других насекомых. С этим природным сокровищем индейцы обходились очень осторожно, но белые поселенцы — золотоискатели, члены миссионерских организаций, лесорубы — нещадно его уничтожали. В конце XIX века эти деревья широко использовались и оказались под угрозой исчезновения. Сегодня сохранилась лишь 1/20 часть некогда покрытых лесами площадей. «Redwood Empire» («Империя красного дерева»), как называют эти леса американцы, с середины прошлого века сократилась до небольшого пятнышка на карте.

Парк «Мюирвудс» расположен в графстве Марин, всего в 20 километрах к северу от моста Голден Гейт (Золотые ворота), который перекинулся через пролив, соединяющий Тихий океан с заливом Сан-Францкско. Занимает парк площадь всего лишь 224 гектара. Здесь сохранились древние хвойные девственные леса из секвойи. Глубокое ощущение тени и покоя охватывает вас в этом лесу. Гигантские деревья образуют величественный шатер над ковром опавших листьев. Молодые деревца ветвятся по всей длине, но с возрастом нижние ветки опадают, и вверху формируется сомкнутый полог. Он практически не пропускает света к земле, в результате подлесок развит достаточно слабо, поскольку здесь могут расти лишь папоротники и другие тенелюбивые растения наряду с молодыми секвойями. Как правило, секвойя образует густые чистые древостои, но массивы первичных, девственных лесов в наше время почти не встречаются. Севернее и выше в горы секвойя растет вместе с дугласией, стволы которой имеют высоту около 100 метров. Здесь же встречаются крупные пихты, деревья туи гигантской, ели ситхинской, кипарисовика. В подлеске растут рододендроны, орхидные. Леса в нынешнем «Мюирвудсе» сохранились благодаря недоступности этих мест. В начале XX века конгрессмен Уильям Кент и его жена выкупили эту землю, чтобы сохранить леса, и передали ее Федеральному правительству. В 1908 году президент Рузвельт объявил эту территорию памятником природы и хотел назвать район именем Кента. Однако конгрессмен предложил назвать его в честь деятеля в области охраны природы Джона Мюира. Семья Мюира эмигрировала в XIX веке из Шотландии в Висконсин. Молодой Джон очень интересовался природой и после обучения в университете штата Висконсин занимался изучением взаимоотношений окружающей среды и человека. Мюир всячески привлекал внимание общественности к вопросам охраны природы.

Несмотря на небольшую территорию, «Мюирвудс» богат фауной. Часто здесь можно увидеть чернохвостого оленя и бурундука. Зимой, когда поднимается вода в реке Редвуд-Крик, лососевые рыбы — форель и кета — плывут из Тихого океана и пробираются вверх по течению метать икру в водах «Мюирвудса». Когда-то в этих лесах жили пума, гризли, лось, росомаха. Все они исчезли, как только цивилизация коснулась района залива Сан-Франциско.

Следующий мы посетили охраняемый участок секвойных лесов — национальный парк «Редвуд», имеющий площадь 36 783 гектара. Он находится в 500 километрах к северу от Сан-Франциско, в графствах Дель-Норте и Гумбольдт. Занимает протяженный участок побережья и прибрежного Берегового хребта, входящего в систему Кордильер (от кромки океана до высоты 1000 м над уровнем моря), длиной 80 километров и шириной 14 километров — это самый большой участок лесов из секвойи. Благодаря этому «Редвуд» включен ЮНЕСКО в список «Объектов Всемирного Наследия» — территорий, подлежащих всемерной охране. Богатейшие леса из секвойи в «Редвуде» населяет множество животных — пума, красная рысь, черный медведь, лось, чернохвостый олень.

Мягкий и влажный климат, характерный для этого района, способствует произрастанию здесь секвойи. С другой стороны, их шишки во влажной среде разбухают и закрываются так плотно, что уже не могут освободить семя. И тут на помощь приходят естественные пожары, возникающие из-за удара молнии. Они очень важны для омолаживания лесов. От жары шишки раскрываются, а кроме того, огонь оставляет после себя свободные площади, где семена могут вызревать в удобренной золой почве. Немногие породы деревьев обладают такой способностью противостоять пожарам, как секвойя. Ее древесина насыщена влагой, и нет в стволах и коре смолистого вещества, как у других хвойных деревьев. Тем не менее лесорубы вовсе не хотят, чтобы драгоценная древесина просто так пропадала в огне, поэтому они вступают в борьбу с лесными пожарами, но тем самым препятствуют естественному омолаживанию леса и одновременно способствуют распространению чуждых видов растений, прежде выжигавшихся огнем. Таким образом, не только тщательная охрана, но и тонкое знание природных процессов будет способствовать сохранению этого «живого ископаемого».

Попасть в Австралию — заветная мечта всех зоологов и просто любителей животных. Вызвано это не столько богатством, разнообразием и красочностью животного мира страны, сколько его музейной уникальностью. Когда 300 лет назад в Австралию прибыли первые поселенцы из Англии, они с изумлением обнаружили, что многие живые существа здесь совершенно не похожи на тех, что остались на родине. Гигантская птица эму не могла летать, лебеди были черные, почти все млекопитающие вынашивали детенышей в сумках на животе, а некоторые из них откладывали яйца. Своеобразие австралийской фауны объясняется прежде всего изолированным положением этого материка. Так как Австралия была отрезана морями от всего мира с начала третичного периода, здесь отсутствуют многие группы животных, но зато сохранились те, которые в других районах земли погибли из-за конкуренции с более молодыми формами, в Австралию не попавшими. Благодаря изоляции многие примитивные формы жизни сохранились в виде «живых ископаемых». Среди них откладывающие яйца млекопитающие (утконос и ехидна), сумчатые млекопитающие, двоякодышащие рыбы. Австралию можно назвать страной сумчатых, хотя опоссумы есть и в Америке. Однако здесь сумчатые заняли большинство экологических ниш, продемонстрировав тем самым результат успешной адаптивной радиации. Их в этой стране более 150 видов, начиная с гигантского кенгуру длиной 3 метра и кончая крошечной сумчатой мышью (10 см в длину). Основное отличие сумчатых от всех остальных млекопитающих — это особенности их размножения. Новорожденные у них — крошки, по сути дела, еще эмбрионы, но заползают в сумку самостоятельно, без материнской помощи. Там они накрепко присасываются к соскам молочных желез, этому способствует развитие утолщения на конце соска. Питание происходит пассивно: молоко впрыскивается в рот детеныша благодаря сокращению специальной мышцы. Дальнейшее развитие протекает в защищенной сумке, пока малыш не оказывается в состоянии временно или навсегда покинуть ее. Миллионы лет назад сумчатые населяли весь мир, включая Европу. В более позднюю эпоху сухопутный мост между Австралией и Юго-Восточной Азией ушел под воду. Острова нынешней Индонезии — его остатки. Но вот появились быстрые и проворные плацентарные млекопитающие, которым удалось вытеснить или истребить сравнительно примитивных сумчатых. В Евразии сумчатые погибли, не выдержав конкуренции, в Австралию же плацентарные млекопитающие не успели проникнуть до ее изоляции, и сумчатые, не испытывая конкуренции, образовали здесь многочисленные формы, конвергентные многим плацентарным млекопитающим.