Чтение онлайн

Количество наклеек с надписью «ПРОДАНО» на рамах Аниных картин стремительно росло, и аналогичное клеймо появилось даже на одной инсталляции (из тех самых серебристых футбольных мячей), чей срок жизни, в принципе исчерпывался этим волшебным вечером.

– Смотри! – Ко мне подошла Мила и показала блокнот, где записывались имена гостей, которые приобрели мои картины.

Среди десяти имен шесть были со звездным статусом. Мила показала мне большой палец, а потом перевернула страничку, где была написана общая сумма за проданные вещи. Мои брови поползли на лоб.

– Двадцать тысяч?!! – спросила я взглядом.

Мила зажмурила глаза в знак согласия, а потом быстро скрылась в толпе, как ящерка, потому что у стола администратора, где она с достоинством заседала, появилась еще одна персона, желающая приобрести плод любви двух искусств – живописи и футбола.

«То ли еще будет!» – подумала я и, дыша счастьем, посмотрела по сторонам. Мой взгляд встретился со взглядом Андрея, в котором я прочла: «То ли еще будет!»

Все шампанское выпито, закуски съедены, футбольные нимфы со сказочным бодиартом превратились в обычных девушек в джинсах и майках, а гости выгнаны, потому что мы, русские, ничего не умеем делать столь же бесцеремонно, как оставаться в гостях допоздна.

А новоиспеченная звезда устало бродила по залам галереи, сняв туфли.

Аня поглаживала пальцами рамы своих картин, которые еще недавно были просто холстами без красок, имен и характеров. Она не верила, что ей придется расстаться со своими картинами, не успев их полюбить, как любит каждый мастер свое детище. Не верила в то, что люди с радостью купили добрую половину ее картин, тогда как она даже не надеялась, что купят хотя бы одну из них. И это вовсе не от ложной скромности, а от того, что автор всегда недооценивает свое произведение и, едва создав его, стремится взяться за что-то новое, в очередной раз предвкушая рождение шедевра.

Во всей этой суматохе я не заметила, как вместе с потоком гостей исчез и Андрей. Не знаю почему, но, поняв это, я захотела плакать, словно, превзойдя все мои надежды, он тем самым их обманул.

Да! Он обманул мои ожидания!

Я рассчитывала на любые используемые мужчинами штампы поведения.

Например, на пошлые поползновения с непременной аксиомой сексуального шантажа, которую часто используют мужчины. «Дорогая! – говорят они, сверкая полными страсти глазами. – Сегодня или никогда!» После этих слов женщина невольно думает: «Ой, а вдруг и правда потом наступит это самое НИКОГДА! Нет! Пусть все случится сегодня!»

Или, наоборот, излишне романтические подходы с непременными, даже изнурительными походами по ресторанам или театрам, когда мужчина предпочитает «часок подождать, вместо того чтобы полчаса уговаривать».

На самом деле вариантов масса, но суть дела остается прежней – поскорее провести мяч к вашим воротам и забить гол.

Царев же вел себя особенным образом. С одной стороны, я понимала, что как женщина – желанна для него, а с другой – не могла понять, почему он не переходит к решительным действиям.

Я присела на стул и поджала ноги.

Поведение Царева абсолютно нелогично – он дал мне за один только сегодняшний вечер так много, а взамен не просит ничего. Просто как добрый волшебник: прилетел, помахал волшебной палочкой и исчез.

Для большинства женщин проще отдавать, чем получать, любить самой, нежели быть любимой. Я и сама упрямо продолжаю удерживаться в этой категории, несмотря на ежедневную культивацию в себе «ментального вызова» для мужчины.

«Получается, Инна была не права? – подумала я. – Царев вовсе не собирался меня соблазнять и превращать в любовницу? – Эти мысли меня расстроили. – Просто рассмотрел во мне талант и решил помочь реализоваться? Как меценат… – пыталась я себя утешить. – Бред какой-то!

– Анюта! – Люська обняла меня сзади за плечи. – Какая же ты молодец, я так тобой горжусь!

– Да разве бы я смогла это все сделать без…

– Без его величества?

– Угу, – пробубнила я, уткнувшись губами в колени.

– Оу-оу-оу! Ты, никак, влюбилась?

– Нет, – отрезала я, – но то, что он сделал… – я взволнованно развела руками, описывая своим движением галерею. – Это великолепно!

И вдруг мне показалось, что я уснула или придумала себе то, что увидела… В зал, где сидели мы с Люськой, вошел Андрей.

Я спустила ноги со стула на пол и обулась.

– Привет! – улыбнулся он.

Андрей стоял, молча глядя на Аню, и улыбался. Трудно описать, каким был его взгляд – теплым, обволакивающим, как теплая ванна с молоком и лепестками роз, в которую хочется погрузиться с головой, а потом вынырнуть, глотнув воздуха и почувствовать, словно в этот момент ты заново родилась…

Аня тоже смотрела на него и даже не чувствовала, как затянулась пауза.

– Ну ладно, – тихо вымолвила Люся. – Мне пора, муж ждет. – Она отошла от нас на пару шагов. – Приятно познакомиться, – сказала она Андрею.

– Взаимно, – Царев отвел взгляд и кивнул Люсе. Мне даже стало как-то больно оттого, что этот обмен взглядами прекратился.

Подруга направилась к выходу, показывая мне два поднятых больших пальца.

– Могу я пригласить тебя поужинать? – спросил Андрей.

– Но ведь уже слишком поздно для ужина, – пролепетала я. – На часах уже полночь…

Царев открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его перебила:

– Если только к тебе на крышу… – Мне показалось, что в один момент я потеряла ум, честь и совесть, но мне почему-то было совсем не жаль этих вечных ценностей.

– Конечно, – Король мягко улыбнулся, и от этой улыбки мне стало именно тепло, не было ни неудобства, ни смущения от того, что я сама предлагаю себя мужчине. – Пойдем.

Я закрыла галерею и обернулась, чтобы идти за ним, и застыла на месте…

– О-о! – только и смогла произнести я.

Прямо от дверей галереи до его автомобиля вела дорожка из красных розовых лепестков.

– Красная ковровая дорожка, – прокомментировал Андрей таким голосом, словно это был обычный кусок голливудского или, на худой конец, каннского ковролина. – Для новой звезды!

Я проигнорировала свой порыв броситься ему на шею и медленно пошла по нежным, ароматным лепесткам.

Андрей открыл мне дверцу машины и сел за руль.

– А где Берримор? – удивилась я и только потом поняла, что озвучила придуманное мною прозвище его импозантного водителя. Царев даже задержал руку с ключом возле замка зажигания.