Чтение онлайн

— Лер Эйш! — Он низко поклонился. — Если бы мы знали, что вы приедете, все уже было бы готово. Такая радость!

— Хватит, — перебил его Айк. Вернулась головная боль. — Пусть приготовят ужин и ванну. Я останусь в столице на какое-то время.

— Сейчас, сейчас.

Управляющий бросился бежать. Дом ожил, захлопали двери, послышались голоса, а Айк шел вдоль запертых комнат. Он редко бывал в особняке, предпочитая оставаться в казармах, но хорошо помнил, что вот здесь находилась спальня его невестки Амелинды, а вот здесь — старшего брата. А когда в столице жила его сестра-близнец Илли, она всегда селилась на втором этаже, чтобы из окон было видно восход солнца. Илли любила солнечный свет.

Айк на миг замер. Слишком много воспоминаний осталось здесь. Счастливых воспоминаний. И если стены Эйшвила помнили лишь его поражение, то этот особняк не был свидетелем бед. Здесь стены не давили, а призраки прошлого мало беспокоили.

Впереди ждало много дел. Айк все еще не решил, как быть с Брандой. Нельзя просто прийти во дворец и убить королеву. Но увидеться с ней придется. И если бы был другой способ отвести беду, избегая кровопролития, Айк бы, несомненно, избрал именно его. Но видения не оставляли выбора. Бранда должна умереть, иначе в Литонию снова придет война. И ее последствия будут куда хуже, чем после Изельгардской.

Бранда

Нет, ну каков наглец! После обеда я влетела в свой кабинет и с силой швырнула бронзовую статуэтку в стену. Статуэтка жалобно звякнула и тяжело упала на пол, а на стене осталась едва заметная вмятина. Ненавижу! Ненавижу эту сволочь, которая смотрит на меня так, будто это он тут король и делает одолжение, разговаривая со мной. Проклятый Ник Вейс. И свалился же он на мою голову. Я заметалась по кабинету, стараясь успокоиться. Ничего, победа все равно останется за мной. Вейс недооценивает женское коварство, но при этом остается мужчиной. А значит, проиграет.

Я упала в кресло и закрыла глаза. Демоны с Вейсом. Надо что-то решать с Веранией. Действительно ли веранцы смогут помочь Литонии сбросить каблук Изельгарда? И не окажемся ли мы в еще большей кабале? И посоветоваться не с кем, никому нельзя доверять. Какое решение принять?

Время до вечера пролетело незаметно. Я работала с бумагами, отобрала часть из них на подпись королю, встречалась с министрами. А потом вспомнила, что собиралась дать Мартину Фейну одно маленькое поручение. А где лучше всего принимать мужчину? Конечно же, в спальне. Поэтому переоделась в легкое домашнее платье, распустила волосы и приказала позвать Марти. Бедияга там, наверное, скучает в карауле.

Марти явился ровно через четверть часа.

— Что-то ты не торопился, — улыбнулась я. — Или не соскучился по своей королеве?

— Ваше величество! — Марти благоговейно поднес к губам мою руку. — Простите, сегодня я в карауле.

— И завтра, и послезавтра, — капризно ответила ему. — А мне предлагаешь ждать? Нет, не желаю.

— Новый начальник отряда его величества зверствует, — пожаловался мой фаворит. — Гвардейцы говорят, что давно не видели такого чудовища.

— О да! Чудовище то еще, — ответила я. — Но и выгнать его я не могу. Брат ясно дал понять, что Ник Вейс должен остаться при дворе. Если только мы не отыщем то, что опорочит его в глазах Осмонда.

— Например? — спросил Марти.

— Да что угодно. Ты ведь не откажешь мне в маленькой услуге?

— Все, что пожелает моя королева. — Прохладные пальцы Марти сильнее сжались на запястье.

— Проследи за ним. Я хочу знать, где этот Вейс бывает, с кем разговаривает, как себя ведет. Докладывай мне обо всем, и, уверяю, награда тебе понравится.

— Благодарю, ваше величество. — Глаза Мартина вспыхнули восхищением. — Я сделаю все, что в моих силах. Вы не разочаруетесь во мне.

— Даже не сомневаюсь.

А теперь надо было поощрить дурашку. Я первая потянулась за поцелуем, запустила пальцы в мягкие светлые волосы своего любовника, заставляя его двинуться навстречу. Марти тихо выдохнул и углубил поцелуй. Я нежно провела пальчиками по его груди, расстегивая пуговицы, и вдруг услышала шум.

— Вам туда нельзя! — кричал караульный.

— Я старше тебя по званию и говорю, что мне туда можно.

Голос Вейса ни с чем не спутаешь. Я подскочила и приказала Марти:

— Поправь рубашку.

Сама же накинула на плечи шаль, надеясь, что выгляжу не слишком распущенно. Хотя, какая разница? Это моя спальня. Как хочу, так и выгляжу. И Вейс сейчас нарушает все мыслимые нормы этикета.

Дверь распахнулась. Я замерла посреди комнаты, горя возмущением, и уставилась на вошедшего. Марти часто-часто дышал за моей спиной, и это раздражало. Трус несчастный.

— Лер Вейс? — холодно сказала я. — Что вы делаете в моей спальне?

— Ищу дезертира, ваше величество. — Негодяй и бровью не повел. — Дезертира, который оставил пост и подверг опасности жизнь вашего сына.

— Не этого ли, случайно? — Я указала на побелевшего Мартина.

— Его самого, — кивнул Вейс. — Сержант Фейн, потрудитесь объяснить, по какому праву оставили пост?

— Это был мой приказ. — Я что, здесь пустое место?

— Раз уж это ваш приказ, ваше величество, — с тою же холодностью проговорил Вейс, — сержант Фейн должен был сначала доложить мне о том, что отправляется к вам, чтобы я заменил его кем-нибудь, и лишь йотом уходить. Иначе это дезертирство чистой воды.

— Не злитесь, лер Вейс, — улыбнулась я. — Мартин недавно в гвардии его величества. Поэтому, возможно, не сразу понял, как надо действовать.

— А если на вашего сына нападут, и он его не защитит, вы тоже скажете, что лер Фейн чего-то не понял? — сердито прищурившись, спросил Вейс.

И самое худшее, что этот мерзавец был прав.

— Хорошо, тогда в вашем праве назначить наказание, — ответила я спокойно, стараясь ничем не выдать бурю, клокотавшую в груди. — Только прошу учесть, что Фейн выполнял мое распоряжение.

— Еще четыре ночных дежурства, — отрывисто сказал Вейс. — И если будет новое нарушение — лично накажу плетьми. Думаю, вы меня поняли?

— Так точно, лейтенант Вейс, — испуганно ответил Марти.

— А теперь ступайте на пост.

Это что же, я теперь неделю должна выжидать, когда шпион Осмонда разрешит мне видеться с любовником? Какой вздор! Но я промолчала. Слишком уж красноречиво глядел на меня Вейс. Будто это меня тут надо отходить плетью.

— Прошу прощения, ваше величество. — Этот змей поклонился и вышел следом за Мартином, а я рассмеялась.

Как дуэнья, честное слово! Образец нравственности и морали. Ничего. В голову пришла совсем уж сумасбродная идея, но воплощу ее уже завтра. Месть хороша, когда ее подают холодной. Кажется, так пишут в книгах мудрецы?