Чтение онлайн

Мы долго наблюдаем, Ашен обнимает меня за талию, его подбородок лежит на моем плече. Эдия слегка отстраняется, чтобы взять лицо Тайо в ладони и осыпать его кожу поцелуями, пока он не смеется. Это радостный смешок, с оттенком озорства. Он очаровывает меня.

— Она светится, — шепчу я, когда губы Ашена касаются моего плеча. — Теперь я вижу.

Нежное сияние исходит изнутри Эдии. Она никогда не была прекраснее. Я знаю, что никогда не видела ее такой улыбки, когда она поворачивается ко мне, держа руки на плечах сына. Взгляд, которым мы обмениваемся, не требует слов. Все равно я не смогла бы подобрать их. Нет языка, способного выразить счастье, переполняющее меня.

— Приветствую, дорогие друзья, — раздается низкий голос, и мы оборачиваемся к Алоросу. Его травмированная рука восстановлена, льняная туника и штаны снова безупречны, простая золотая корона украшает короткие темные волосы. Он подходит в сопровождении трех незнакомых ангелов, один из которых держит в руках белую шкатулку. Я окидываю взглядом толпу, которая постепенно собралась вокруг нас. Впервые замечаю, сколько душ и ангелов пришли посмотреть в тишине, хотя и почтительное расстояние. Эдия поднимается с дороги, вытирает лицо, другой рукой сжимая руку Тайо. Алорос останавливается перед ней с легкой улыбкой.

— Это ты устроил? — спрашивает Эдия, и он кивает. Она сглатывает, пытаясь сдержать новые слезы, но их блеск все равно виден. — Спасибо.

— Нет. Это мы благодарим тебя, — Алорос протягивает руку, и Эдия смотрит на нее неуверенно, прежде чем принять. — Ты защищала наши души. Ты удержала врата. Защитница Дома Добродетелей, мы благодарим тебя.

Толпа вокруг нас колышется, как волна, опускаясь на колени, головы склонены в уважении. Они остаются на коленях, когда снова поднимают взгляды на нее, в их глазах — надежда и благоговение.

Алорос отпускает руку Эдии и отступает, жестом подзывая ангела с шкатулкой. Когда он снова поворачивается к ней, его брови слегка сдвигаются, взгляд на мгновение опускается к камням под ногами.

— Мы потеряли многих в битве. Большинство нашего Совета погибло. Наше правление всегда делилось между кварталами Анура, и наши правители храбро сражались за свои Дома. Но остался только я, управляющий Эсагилом, — Алорос смотрит на Эдию, в его глазах — отголоски печали под проблеском надежды. — Ты была столь же храбра, как любой аннунаки, и сражалась за мир, который не был твоим. Но и этого мало — мы знаем, что ты сделала в Анфемоэссе, чтобы спасти Судьбы. — Алорос открывает шкатулку. Внутри сверкает золотая диадема, украшенная камнями, которые светятся, как звезды, вырванные из ночного неба. — Мы предлагаем тебе высшую честь. Вознесение среди аннунаков. И место в нашем Совете как королеве Дома Добродетелей.

Эдия ахает и смотрит на меня. Должно быть, я выгляжу полубезумной от восторга, потому что она хохочет, но смех затихает, когда она понимает, что Алорос серьезен. Она переводит взгляд с короны на ангела, затем на души вокруг. Сглатывает, сердце бешено колотится.

— Но… я не знаю, как управлять.

— Как и злобная вампирша, а посмотри, чего она достигла, — Алорос усмехается, ловя мой добродушный взгляд.

Мы с Эдией обмениваемся мимолетной улыбкой, но веселье в ее глазах быстро рассеивается. Она опускает взгляд на Тайо. Я знаю, она погружается в воспоминания, возвращается к годам, когда мы мстили за эту любовь, украденную у нее. Мы оставили за собой кровавый след, прежде чем Эдия нашла путь назад сквозь горечь утраты.

— Я совершала поступки, о которых сожалею. И те, о которых не жалею. Я не стала бы их отменять, даже если бы могла, — шепчет Эдия. Ее взгляд задерживается на сыне, прежде чем снова встретиться с Алоросом. — Я не идеальна.

Алорос делает шаг вперед и кладет большую ладонь ей на плечо.

— Это наша ошибка, если ты думала, что должна быть идеальной.

Тайо поворачивается, с гордостью наблюдая за лицом матери. Ангелы и души терпеливо ждут на коленях, надежда написана на их лицах. Мы с Эдией снова встречаемся взглядом. Я улыбаюсь, и она отвечает мне. Когда она смотрит на ангелов, я вижу в ее черных глазах искры далеких звезд.

— Я благодарна за предложение вознесения. Но я не готова принять его, по крайней мере сейчас. Мне нравится, кто я есть, — говорит Эдия, склоняя голову. Я замечаю, как взгляды некоторых душ вокруг падают от разочарования. — Однако… если вы все же позволите, для меня будет честью возглавить Дом Добродетелей.

Те взгляды, что упали, моментально возвращаются к Алоросу, надежда вспыхивает в глазах, когда они переключаются между ведьмой и ангелом. На мгновение его лицо ничего не выражает. А затем улыбается.

— Честь будет нашей, — говорит Алорос. Вокруг нас поднимается возбужденный шепот, когда он поворачивается к ангелу с шкатулкой. Он поднимает корону и возлагает ее на голову Эдии. Она лежит так, будто всегда должна была сиять на ней. Алорос отступает, его улыбка растет. — Да здравствует Эдия, королева Дома Добродетелей.

— Да здравствует Эдия, королева Дома Добродетелей, — повторяю я за другими, опускаясь на колено.

Толпа не может сдержать восторг дольше этого короткого момента почтительности. Ангелы и души вскакивают на ноги, аплодируют, смеются, окружают Эдию словами благодарности и приветствия. Мы стоим среди них, разделяя их радость, обнимаем Эдию и впервые знакомимся с Тайо. В груди расцветает чувство чуда и покоя, будто я любила его всю жизнь.

Были времена, когда я думала, что мое сердце не может вместить больше любви — оно уже переполнялось ею. Были моменты тьмы, когда сердце было наполнено ядом, убивающим меня с каждым ударом. Но сейчас, когда я вижу, как Эдия и Тайо, Эрикс и Коул завершают свою семью объятиями, я понимаю — нет предела тому, сколько любви может вместить сердце. Нет конца его способности исцеляться.

Высоко в небе раздается хлопок — фейерверк вспыхивает над нами. Рука Ашена ложится на мое плечо, скользит по руке, его обручальное кольцо прохладно касается кожи. Я улыбаюсь, поворачиваюсь к нему, кладу ладони на его щеки.

Ашен убирает прядь волос за мое ухо, его взгляд надолго задерживается на моих губах, прежде чем встретиться с моими глазами.

— Все в порядке, вампирша?

— Поцелуй меня и узнаешь, Жнец.

Ашен улыбается, и я не говорю ему, но он сияет.

И так мы исцеляемся.

Один момент любви за раз.

ЭПИЛОГ

Щека Лу холодна у моей груди. Если бы я сдвинул ее лицо, символ оставил бы розовый отпечаток тепла на ее коже. Но я не сдвину свою Лу. Она так крепко спит в моих объятиях.

Мы провели часы в Царстве Света. Она играла с Тайо, и они быстро сблизились, словно были друзьями всю жизнь. Они прокатились на всех аттракционах. Она смеялась и кричала от восторга. Лу сияла, как маяк для моряков. А теперь она измучена, погружена в глубокий сон. Но счастлива.

Иногда Лу разговаривает во сне. Говорит о древних ужасах, давно минувших. Огне. Горящем. Падении. Порой ее сны терзает более свежая боль. Аглаопа. Галл. Моя сестра. Тонкая нить давно похороненной надежды, которую у нее украли, когда она была в глубине темниц. В те ночи, когда она будит меня, умоляя их остановиться, я прижимаю ее к себе и бодрствую, стоя на страже против ночи.