Чтение онлайн

— Я не хочу одна, — заныла Аня. — Поехали со мной? Куда-нибудь на моря! Лениво поваляемся на пляже и вернемся с красивым загаром! Как тебе такое?

Лине такое было не по нраву, о чем Аня прекрасно знала, но попытки вытащить ее в отпуск никогда не оставляла, несмотря на то что в итоге ей приходилось сдаться и уматывать на курорты в одиночку.

Лина не считала, что не умеет отдыхать, и вовсе не сидела дома безвылазно, страдая от чрезмерного трудолюбия. Она не возражала против отдыха где-нибудь в дружеской обстановке. Летом она несколько раз ездила с Аней и общими знакомыми на пикник за город к свежевырытому карьеру, заполненному чистой и прохладной водой. Песок на берегу, закат, еда на костре, веселая компания — все было восхитительно. Отдых на природе — это красиво. А еще близко и, как говорится, дешево и сердито.

Путешественница умерла в душе Лины, когда ей было восемь лет. Она ткнула пальцем в энциклопедию с иллюстрациями Атлантиды, а мама с сожалением сообщила, что не во всех местах, которые нарисованы на картинках, человек имеет возможность побывать. Лина попробовала еще раз с марсианскими равнинами и горами, а позднее с планетой из фильма “Аватар” — и слегка разочаровалась.

Ладно, наверное, разочаровалась — это громко сказано, но все свое желание куда-нибудь деться с насиженного и родного местечка она растрачивала на надежды о Нарнии у себя в шкафу, когда пряталась от отца, а потом просто была рада жить подальше от него вместе с мамой и бабушкой.

По мере взросления, если у нее и возникали мысли о путешествиях, то, как правило, направленные куда-то в отдаленное будущее. Приблизить это будущее у Ани пока не получалось, но Лина безучастно верила в ее попытки. Когда-нибудь — определенно.

— Я не загораю, а варюсь, как рак — это раз, — она начала приводить доводы. — Я не умею плавать — это два. Дорого — это три.

Аня понятливо закивала, но взгляд на Лину бросила очень далекий от понимания.

— Вот мои контраргументы: есть такая штука — называется зонтик — раз. На мелководье не потонешь, а если хочешь, даже плавать научу — два. У тебя есть деньги — три! Чего ты жмотишься?

— Это на квартиру, старость и черный день.

Аня закатила глаза.

— А жить когда будешь?

— Могу съездить с тобой на моря в шестьдесят, когда закрою все цели. Будем кушать лобстеров, лежать под зонтиками сморщенным изюмом и фукать на молодежь с их дурными нравами.

— Пф! У тебя есть деньги на лобстера сейчас, а в наши шестьдесят этой же суммы на них может и не хватить. Не жмоться, Лина! — Аня взмахнула руками. — На себя-то! Как можно быть такой скрягой в двадцать четыре?

— А как можно в двадцать четыре быть такой транжирой и не думать о будущем? — отозвалась Лина.

— У меня хата есть. Своя.

Про то, что даже не одна, она заикаться не стала, но ей и не нужно было. Лина и так была в курсе, что папаша Ани родился в очень зажиточной семье румынских цыган, так что давно позаботился о том, чтобы дочурка могла в любой момент приехать на родину предков и иметь свое место еще и там.

— Ладно, уделала, — смиренно сказала Лина.

Аня встала с пола и потянулась. В своей обычной одежде: синих джинсах и черной футболке с какой-то рокерской группой — она казалась непривычно обычной. И думы ее одолевали обычные.

Судя по грустным глазам, она собиралась давить на жалость.

— Я слышала, друзья иногда проводят вместе время в отпуске… Похоже, это сказки.

Но даже этим Лину было не пронять.

— Ань. Не поеду. Не проси.

Та схватила с пола стеклянную сферу и потрясла. Внутри, вопреки любым ожиданиям, сидел обычный снеговик, а вихрь при тряске был тоже обычный — из блесток. Раньше игрушка вполне открыто стояла рядом с палочками благовоний, а более-менее реалистичная сфера для ясновидения — на комоде. Аню ничего не смущало. Ее клиентов, кажется, тоже.

— У тебя отец запил из-за финансовых трудностей? — неожиданно спросила она.

Лина поежилась от неприятной волны мурашек по спине.

— Что?..

— Что? — невинно округлила глаза Аня. — Извини, если на больное наступила.

— Ты нарочно наступила и решила потоптаться! — возмущенно выпалила Лина. — Мой отец тут ни при чем.

— Твой отец много где при чем. Страх потерять деньги и стабильность не берется из ниоткуда.

Лина вспомнила сборщика мебели Диму, который потонул в кредитах, и вздрогнула.

— Допустим.

— Не будем допускать. Твое нездоровое накопительство блокирует финансовый канал, поэтому он не расширяется, — с умным и важным видом проговорила Аня. — Как насчет того, чтобы зажечь зеленую свечку и почистить его? Посвящение ты уже прошла, учить тебя не придется, хе-хе.

Лина насупилась.

Ну да, вместо того, чтобы порадоваться, поздравить или отругать за то, что она на ходу сварганила чистку незнакомому человеку, Аня решила поиздеваться.

— Не злись, — миролюбиво сказала она. — Даю тебе время до конца года. Думай.

— Я уже все сказала. Не поеду.

Аня пошевелила пальцами над сферой со снеговиком, и под ее полуприкрытыми веками хаотично забегали белки глаз. Лина скривилась от пафосности этого представления.

— Вижу, что в этот раз твое упорство даст трещину, — предсказала Аня. — Зеленую свечу зажгу я, так уж и быть.

— Не сработает.

— Сработает. Ты же про нее теперь знаешь.

Бесполезно было сопротивляться, поэтому Лина просто махнула рукой.

— Валяй.

В тот день Аня решила остаться на ночь. Вечером она притащила в комнату Лины попкорн и чипсы и предложила смотреть ужастики.

Телевизор на стену перед кроватью Лина купила на свои первые деньги, заработанные с канала. Не такой уж она была и скрягой!

Пока шел фильм, Лина краем глаза видела, как горит на тумбочке сбоку зеленая свеча, которую Аня, разыграв еще одно представление с придуманным на ходу заклинанием, зажгла перед тем, как включить фильм.

Пусть сожжет огонь тревоги и печали.

Лина полетит со мной на Бали!

Шире денежный поток,

Ускоряется бабла приток.

Лина-малина лучше всех!

Лину-малину ждет успех!

Лина закрыла руками лицо, не в силах смотреть на эту стыдобищу, но в то же время умирая от любопытства, потому что Аня, пританцовывая, с совершенно серьезным видом старательно рожала слова своего стишка, так что пришлось все-таки раздвинуть пальцы, чтобы полюбоваться шаманским танцем и чтобы было чем дышать, пока ее скручивало от смеха.

Фильм после подобного показался вообще не страшным. Залетевшая после шуточного ритуала смешинка никуда не выветрилась ни у Лины, ни у Ани.