Чтение онлайн

 - Ничего я платить не буду!
– возмущенно засопела я.
– Я - сирота, у меня нет денег. У вас что, совсем совести нет?!

Арсит вспылил, ударив по столу. Прозвенел звонок на пару. История Йордана... Видимо, мое отношение к нему пришлось деду не по вкусу. Но он промолчал и вместо этого сказал то, что я надеялась не услышать:

 - Вы же девушка, Ризер. Разве вам больше нечего предложить мне?

 - Вы же дедушка, Цыльо. Разве вам для этого не нужны специальные таблеточки?
– ядовито отозвалась я, стремительно ринувшись к двери. Прежде чем хлопнуть ею со всем присущим мне из-за ситуации бешенством, я услышала угрозу. «Я это так не оставлю» в последний раз закончилось для меня угрозой вылета из универа.

Коридор был пуст. В копилке знакомых за эти два дня у меня только Дамир, Цэрлина и Саймон. Один запер в комнате, вторая шипит змеей, третий провожает извращенным взглядом. Он оказался третьекурсником, и весь оставшийся ХУЙ, который я теперь буду называть так и только, пялился на меня. Пока мне сплошные инкубы встречаются. Ну что за невезение!

Я тихонечко проскользнула в аудиторию, похожую на обычный школьный класс, стараясь вести себя спокойно и уравновешено. Историю Йордана вела женщина средних лет, на вид нормальная и адекватная. Она понимающе кивнула на причину опоздания в лице Цыльо, велела сесть за первую парту у окна. Меня удивило её имя - Нади. Еще чуть-чуть, и была бы еще одна Надя на эту шарашкину кантору... Арсит Нади даже интересно рассказывала. Наверное, единственный предмет, который я не буду реально халтурить, будет этот. С нами говорили на равных, нам рассказывали, как равным, понятным и легким для восприятия языком. Пожалуй, после Ризера она будет моей второй любимой учительницей. Или даже первой... мой «дядюшка» сильно обидится?

Посреди лекции дверь распахнулась, и внутрь вошел очень недовольный Фарданир. Я заметила, как сидящая на первой парте третьего ряда Цэрлина мигом активизировала свои флюиды, но наш куратор, хмуря брови, уставился на меня. Я делала вид, что ничего не понимаю, надеясь не испортить себе репутацию в глазах Нади, но следующие слова повергли меня в изумление, не смотря на то, что были ожидаемыми.

 - Инсиэрта Эспер Ризер, тебя вызывают к ректору. Встала и пошла за мной. Арсит Нади, я позже вам все объясню, - он мрачно покосился на меня, намекая собираться быстрее. Я собрала вещи и двинулась к двери, закатив глаза при ядовитом взгляде Королевской Кобры. Рано или поздно я ей врежу. Но это будет явно не моя вина.

 - Не переживай, Фарданир. У Эспер и так хорошая подготовка к моему предмету, - махнула рукой Нади.

Я слегка улыбнулась. Люблю, когда меня хвалят. Хотя это бывает очень редко. Я уже знала, что к чему, но все равно спросила у недовольно и очень злого на меня куратора.

 - В чем дело?

 - А в чем ты ко мне вчера явилась?
– гаркнул Ранзес, тормозя меня у выхода. Дверь была приоткрыта и в холл влетали большие хлопья снега. Кабинет ректора в третьем кампусе.
– И в чем ты сейчас? Где куртка?

Я закусила губу, разглядывая его парку с интересным мехом. Очень приятным мехом... и очень теплую парку...

 - На тебе, - я с усердием рассматривала носки своих кроссовок.

Мой дорогой куратор взвыл. Этот вой - вовсе не клич одинокого гордого волка на луну. Это настойчивое желание уйти в монастырь и никогда больше не связываться с женским родом, провозгласив женскую логику истинным злом.

– За что мне это, Господи...
– прошипел Ранзес, снимая с себя куртку и оставаясь в одной только черной водолазке. Мне сунули куртку, пока я все больше поддавалась вине. Ну не могу я так!

 - Ты же замерзнешь, - пряча взгляд, неуверенно сказала я. До третьего кампуса отсюда минут пять топать...

 - Мерз я, когда ты вчера оставила меня без одеяла, - он забрал у меня куртку, несложными манипуляциями сам натягивая её на мое податливое тело.
– Так что прекращай делать вид, что у тебя есть совесть, и рассказывай, почему Цыльо потребовал для тебя изоляцию в катакомбах на сутки.

 - Что он потребовал?!
– возмущенно засопела я, вцепившись, как клещ, в Ранзеса, лишь бы опять не грохнуться в сугроб из-за гололеда.

 - Ты мне думаешь рассказывать, что твоя бессовестная натура ему сделала?
– спросил парень, с явным осуждением поглядывая на мои кроссовки и голые щиколотки. Я в свою очередь молча взяла его покрасневшую от холода руку и попыталась укрыть её под курткой.

 - Обними меня за поясницу и не мерзни, - снисходительно скомандовала я. Тот закатил глаза, но все же пригрелся, вторую руку засунув мне в рукав куртки. Вот так мы обнимались. Я - цеплялась, он - грелся.

 - Я решила, что в моей комнате в случае чего меня быстро найдут, поэтому пошла спать в комнату Дамира. А тот запер меня и не разбудил. В итоге, я проспала и пришла аж на середине Устава. Цыльо притормозил меня в конце лекции и совсем не прозрачно потребовал дать ему три тысячи йордов в качестве компенсации.

Ранзес хмурился. Чуть не поскользнувшись, я вцепилась в него еще сильнее, чтобы не упасть. Нельзя быть таким непростительно теплым в такой мороз! И идти так быстро! Только этим я и вывела его из раздумий.

 - Я так понимаю, ты не согласилась...
– останавливаясь и притягивая меня ближе, когда я снова чуть не поскользнулась, уточнил куратор.

 - Конечно! Даже будь у меня такие деньги, шиш бы он получил! А этот старый маразматик взялся в ответ намекать, что дать ему как девушка я могу еще кое-что...
– и ядовито улыбнулась.
– И я могу! Могу дать в морду, а могу по яйцам. Предлагаю взять лопату и угасить его посреди ночи! А потом мы сбросим его с лестницы и скажем, что так и было: сам навернулся...

Он расслабился и даже начал идти медленнее. Возле большого дерева у четвертого кампуса, вместо того, чтобы свернуть на дорожку к третьему, Ранзес резко подхватил меня на руки и вброд, пользуясь тем, что был в нормальных зимних ботинках, понес меня коротким путем к гостевым домикам. Пока я кусала губы от детского восторга и смотрела на падающие снежинки, мы, видимо, двигались к дому Ризера. На нормальной дорожке меня вскоре сгрузили, и мы стучали в дверь моего «дядюшки».

 - Мы же вроде срочно к ректору?
– тихо уточнила я, радуюсь вдруг наступившему детству. Ладно, не так уж все и плохо у меня в жизни... я даже не жалею, что невесть как и кому продала душу за такое счастье.

 - Возможно, после этого к нему не будет нужды идти, - Ранзес улыбнулся, пытаясь дыханием согреть руки. Я свои спрятала в карманах курточки и не жаловалась. Из-под капюшона выглядывала не Надя, а какое-то чучело-мяучело, чистый эскимос. Только пальцев ног почти не чувствовала.

 - Я еще вчера вас думал позвать, - заявил Ризер, пока я сидела с чаем у камина и грелась чаем.

 - А купить ей теплую одежду и обувь ты не думал?
– рассматривая какую-то навороченную пушку, как бы невзначай уточнил куратор.

 - Она надеялась присвоить твою, - хохотнул Ризер, играясь с интересным ножиком.

 - А ботинки она тоже мои собиралась присвоить?
– намекнул он на огромную разницу в размерах.

 - Наша упертая Наденька ни в какую не хотела, чтобы я покупал ей обувь без неё, так что мы передвигались катакомбами. Все равно ходили только на полигон, всего-то пройтись. Пусть привыкает к суровости этого мира!

Я поперхнулась чаем. Суровый? Этот мир? Ха! Пожили бы вы на троещине с зарплатой кассира или бедного библиотекаря! Зимой...