Чтение онлайн

Граф Мор ухитрился задать этот вопрос так участливо, что она вдруг с горечью сказала:

— Не стоит благородным господам умирать вместе со мной. Я жду королевский полк, дабы умереть с честью. Говорят, его ведет безжалостный граф Иртон, так что вряд-ли мне придется ждать долго.

— Мадам, — осторожно заметил рослый красавец-брюнет, сверкнув васильковыми глазами. — Я не слышал, чтобы граф Иртон воевал с женщинами…

— Действительно, баронесса. — продолжил его друг. Не удостоите ли Вы нас беседы? В качестве скромной платы за это, наши мечи будут вам защитой, если только дыхание наше не оскорбит Вас…

Бригитта Суассен даже сама не поняла почему, но этот зеленоглазый стройный блондин вызвал у нее безотчетное доверие и она вывалила на него все свои страхи и глупости последних месяцев.

Бароны Суассен были вассалами Норделов. Несмотря на то, что указы последних Эдоардов превратили эту связь в формальность, ее свекор, упрямый старик умерший девять лет назад, придерживался старых правил. Пока он был в силах, каждый год он отправлялся на службу, как будто кому-то были еще нужны эти двадцать дней.

Впрочем, польза от этого была — потому, что собрать щитовые деньги для них было бы едва ли не сложнее. За его рыжего недалекого сына дочь небогатого дворянина, Бригитта вышла по давнему сговору родителей — ну уж больно прекрасно соседствовали их земли.

Барон Ройс Суассен был неплохим мужем. Наверное. Он вполне уважал жену, только вот, к сожалению, был немного наивным и безвольным. Но, в конце концов, он подарил ей двух сыновей и титул — чего ей было еще хотеть? Она на свой лад любила его — как глуповатого щенка. Он вечно ввязывался в авантюрные дела, надеясь наконец сделать поместье более прибыльным. Она только вздыхала.

Семь лет назад она осторожно предложила ему построить мельницу. Конечно, им пришлось экономить на всем, конечно поиски жернова превратились в два года трудов, но два года назад им все-таки удалось начать получать прибыль.

А два месяца назад взмыленный герцогский гонец потребовал либо щитовые — либо присутствия мужа. Можно было бы потянуть время, все так делали — но Ройс… его очень задевало, что именно идея жены начала приносить деньги. И он решил последовать примеру отца.

Как примерная жена, она проводила его на службу. А неделю назад местный судья сообщил ей, что не будет принимать ее жалоб на арендаторов, ибо муж ее подозревается в участии в незаконном походе, о чем имеется указание Его Величества. И поход этот нарушает оммаж, и таким образом она лишена королевской защиты.

— Граф Молле, наш сосед… Его управляющий уже попытался оттяпать нашу мельницу. А у меня нет сил ее защитить.

— Мадам, — спросил красавец-шевалье, — Но как же ваша война с целым полком защитит вас, ваших детей и поместье?

— Собираетесь сдаться? — спросил его более проницательный друг.

— Скорее, собираюсь умереть в рокоше — грустно улыбнулась Бригитта. — Тогда до совершеннолетия моего старшего сына, как не участвующего в мятеже, Его Величество будет должен принять домен под свою руку. И, если кто-то из моих деток выживет, он унаследует майорат. Надеюсь, церковь не сожгут. А кроме майората у нас все равно ничего нет.

— В плане есть рациональное зерно — задумчиво отметил граф… Кстати, — вдруг подумалось Бригитта — а что тут делает авестерский дворянин?

— Но скорее всего, — продолжил он. — Рокош не получится. Королевские полки имеют приказ не понимать таких тонкостей.

— Я могу только попытаться… — она рассеянно погладила огромную черную морду. Настоящий дестриер, такой большой. Дороже ее мельницы, кстати. Морда тихонько фыркнула и покосилась на шевалье черным лукавым глазом. Хитрый, пролез и не заметили. Странно, разве это его конь, не графа?

— Мадам, мы можем выступить парламентерами и по-крайней мере Его Величество вас выслушает.

— Его Величество здесь?!

— Он следует с полком…

Бригитта совсем перепугалась. Соседский управляющий был злом — но злом понятным и близким. Король же был чем-то далеким и грозным, и вдруг оказался рядом.

— Едемте, сударыня. Вы не груз для Стобеда, а путь тут недолгий.

— Но, господа, я же даже не знаю как себя вести!

— Точно так же, как с нами. — отрезал граф Мор.

— Да, — поддержал его хозяин коня. — Вы точно понравитесь королю.

— О, Альдонай, я же замужем! — баронесса залилась краской.

— Он не в этом смысле! — сказал блондин глядя прямо на брюнета.

— О да, конечно, — с жаром поддержал шевалье Спарроу — никто не знает мыслей Его Величества лучше моего друга…

— Шевалье преувеличивает. Едемте, мадам. А то скоро начнет темнеть.

Шевалье знаком подозвал оруженосца, который и подставил ей руки.

За спиной баронессы "шевалье" показал кулак Ройсу, который пялился на маленькую плотненькую брюнетку в скромном суконном платье уже совершенно неприлично. Затем он сунул ему меч Бригитты.

По дороге Бригитта пыталась как-то привести в порядок свои мысли. Сидеть на попоне без седла было не очень удобно — но не трудно. Широкая спина коня по кличке Стобед почти не колыхалась, он удивительно ровно и спокойно нес ее вперед — явно не напрягаясь.

— Господа, а как я узнаю короля?

— Ну, — глубокомысленно заметил ей шевалье Спарроу. — Он сядет на походный трон — на самом-то деле просто кресло, за спиной его встанут гвардейцы, возложит он корону на чело свое…

— … и ошую его встанет верный коннетабль его, граф Иртон Безжалостный…

— Почему это "ошую"?!

— Ибо десницею Величества, — нравоучительно заметил граф — долженствует быть мудрость. А не безжалостность.

— Какая жалость. Одесную может быть сквозняк.

— Трудна стезя королевская. Полна испытаний.

За такими-то разговорами, через час они добрались до временной стоянки. Их удивленно приветствовали, но никто не пытался ни остановить, ни окликнуть. Кони, возы, оружие и сотни, буквально сотни людей. Военная перекличка — господь Альдонай, как же жалко выглядело ее "войско" по сравнению с настоящим полком!

Они остановились у специально очищенной полянки на опушке, на которой поставили не очень уместное в лесочке кресло без спинки.

Граф и шевалье помогли ей спешиться. Шевалье остался рядом с ней, а граф прошел вперед и сел в кресло. Невысокий пожилой сержант поднес ему продолговатый ящик и принял его шляпу. Граф взял из ящика корону и одел на себя. По сторонам кресла встали два огромных кирасира с мечами наголо.

Рука Джека стала вдруг совершенно железной, и упасть она не смогла. Второй сын Имоджин Авестерской. Он даже представился.