Чтение онлайн

– А как мне стать незаменимой по работе? Там все так отлажено, что выпадение такого винтика, как офис-менеджер процесс не стопорит. Этот винтик там больше для красоты нужен, – заметила Маша.

– Если на тебя должностной инструкцией не возложили ничего важного, возложи на себя сама! – посоветовала Рената.

– Звучит так, будто про коронацию говоришь, ну, будто корону на себя возложить предлагаешь, – хмыкнула Маша.

– Ну, возложить не только корону можно, – рассмеялась Рената. – И обязанности на себя возложить – это тебе не ноги раздвинуть: тоже вроде как под босса лечь, но никакого тебе за это удовольствия. Зато и не стыдно, и надежно.

– А конкретизировать не можешь, что мне на себя взять, чтоб потом никто не смог меня заменить? – поинтересовалась Маша.

– Сходу и не скажешь, – задумалась Рената. – Предложение внеси по координации сотрудников, что ли. Вот, например, тех же сценариста, костюмера, гримера и реквизитора предложи в отдел объединить под твоим началом. Только не скромничай, скажи, что справишься. Или вот еще: создать кадровый резерв из молодых актеров на тот случай, если кто-то из аниматоров уволится или в декрет уйдет. Кастинг там организуй. Но координаты резерва не давай никому, у себя держи. Новым клиентам для связи не корпоративный, а свой телефон давай. Да ты сама умная – придумаешь!

– Хорошо, попробую, – согласилась Маша. – Прямо сейчас сяду таблицу рацпредложений составлять.

– Не сейчас, а после обеда! – остановила подругу Рената. – Я такое кафе недавно нашла – зашатаешься. Кошачье!

– Не, спасибо, я лучше дома перекушу. Я кошачий корм как-то не очень люблю, – испугалась Маша.

– А ты что, пробовала? – уставилась на подругу Рената.

– Не пробовала, – призналась Маша. – Верю, что он вкусный и полезный, но побороть себя не могу. Не смогу я это есть, Ренат, прости.

– А я что, заставляю?! – засмеялась Рената. – Кошачье кафе для людей. Рыбные блюда там – пальчики оближешь. Просто там кошки живут и гостей встречают, как родных: мурлычут, о ноги трутся. Или ты кошек не любишь?

– Отчего же, кошек люблю, – облегченно вздохнула Маша.

– А рыбную солянку пробовала когда-нибудь? – спросила подруга.

– Нет, – призналась Маша.

– Вот как раз попробуешь! – обрадовалась Рената. – И с котиками пообщаешься заодно. Будет тебе и обед, и кототерапия!

После обеда Маша занялась работой. Она была, в общем-то, творческой, так что удалось немного отвлечься от личных проблем, хотя заноза в сердце ощущалась постоянно.

Из непрочного душевного равновесия Машу вывел звонок Виктора.

– Привет! Ты чего звонила? С чего взяла, что я плохой отец и безбородый сатир? – начал муж с наезда.

– С того, что ты каждое утро бреешься! – не задумываясь, ответила Маша. – Или зарос уже за неделю без меня?

– Бреюсь, – сообщил Виктор, – хоть времени по утрам стало меньше. Ты ж и дом, и Симу на меня сбросила. Даже не вспоминаешь, смотрю, душа за дочку не болит, да?

– Это ты меня при Симе сейчас грязью поливаешь? – процедила Маша. – Хочешь дочку против меня настроить? Не выйдет! Она все равно знает, что я ее люблю!

– Симы дома нет – это во-первых, – ответил Виктор. – А кто ее по-настоящему любит, отец или мать, она быстро разберется. Это во-вторых. А в третьих, о какой любви может говорить женщина, бросившая ребенка накануне учебного года и даже не интересующаяся, как у него идут дела?!

– Как нет дома? – заволновалась Маша, пропустив вторую часть высказывания Виктора мимо ушей. – Ей нельзя одной гулять – это опасно!

– Она не одна и не гуляет, она в гостях у подруги, – успокоил жену Виктор.

– Уж не у Вольских ли?! – догадалась Маша. – К любовнице своей мою дочку отправил, чтобы тебе никто не мешал с Надькой в нашей квартире кувыркаться?!

– Что ты несешь?! Надя мне не любовница, мы с ней только позавчера познакомились!

– А кто тогда ей в подарок яйца из Питера привез? Не ты, скажешь?! – попыталась подловить мужа Маша.

– Какие еще яйца?

– Розовые! Будто сам не знаешь какие!

– Зачем мне везти соседке из Питера крашеные яйца? Я даже не на Пасху туда ездил и не на Троицу, – пробормотал Виктор.

– Не прикидывайся идиотом, Королев – я говорю про яйца Фаберже, – прошипела Маша. – В виде них сережки, скажешь, Наде не привозил?

– Не привозил, конечно, я Наде никаких сережек. Говорю же тебе: позавчера только познакомились, – раздраженно напомнил Виктор.

– Два дня знакомы и уже переспали?! Ну, ты и скор, Королев!

– Да не спал я с ней – что зря наговариваешь!

– Не надо ля-ля, а то би-би задавит! – сквозь зубы бросила Маша. – Я ее сережку на подушке нашла, а на столе – заколку!

– Заколку Надя Симе подарила, – пояснил Виктор.

– А сережку?

– Тоже, наверное. Нет у меня любовницы! – ответил Королев, заметно нервничая.

Уверенности в его голосе Маша не услышала. Но поняла, что правду муж ей не скажет. Однако мучиться его заставить хотелось. Если не угрызениями совести, то хотя бы страхом.

– А ты знаешь, что Надя замужем? И муж у нее уголовник? Одного ее любовника он уже убил, убьет и второго. А он вот-вот выйти должен. Об этом Вольская тебя, конечно, не предупредила? Смотри, Королев, с огнем играешь. Узнает Надькин муж, что ты с ней шуры-муры крутил, вмиг в асфальт закатает!

– Что за бред! – неуверенно воскликнул Виктор.

– А ты у нее сам спроси! – посоветовала Маша. – Хотя она разве скажет? Лучше у соседей поспрашивай. Впрочем, теперь тебе уже поздняк метаться. Береги яйца, Королев!

На этом пожелании Маша прервала разговор и разрыдалась.

Муж не перезвонил.

На работу Маша пришла намного раньше, чем требовалось. Петровского еще не было. Ожидала его помощница с нетерпением. Думала: «Уволит – так уволит, только быстрей бы уже все решилось!»

Босс пришел в начале одиннадцатого. Поздоровался, как будто ничего не случилось, и прошел в свой кабинет. Минут через пять попросил сварить ему кофе.

«Вот сейчас и скажет, что я уволена», – решила Маша, занося в директорский кабинет поднос с чашкой ароматного напитка.

– Почему чашка одна? Я думал, ты составишь мне компанию, – произнес приветливо.

– Про вторую чашку Вы ничего не сказали, – начала оправдываться Маша.

– Мы же давно перешли на «ты», – напомнил шеф. – Иди готовь себе кофе и возвращайся, посидишь со мной.