Чтение онлайн

На двух бумажках было одно и то же: её рисунок и текст с её данными.

На третьей же бумажке: Приездное. Хелья Моркет. Цель визита: краткосрочное пребывание по личным целям. Дата прибытия: 41 Краснолиста, 1033.

Выходя из комнаты Хель услышала, как Инесс с горечью в голосе тихо сказала:

– Теперь писать объяснительную на десять страниц из-за этих полок…

На улице поднялся небольшой ветер, но солнце все так же ярко светило. И хотя Хель не чувствовала жару, ходить по городу в меховой куртке было не лучшей идеей: на неё все оглядывались.

Прикинув свои денежные запасы, она заскочила в первую попавшуюся портную лавку. На манекенах висели роскошные платья, юбки, рубашки, шляпки.

Глаза разбегались от обилия одежды. Из-за одного манекена выскочил невысокий старичок, смерил взглядом девушку и задал всего один вопрос:

– Только приехали?

– М… Да. Хотела бы подобрать что-нибудь подходящее под вашу погоду.

– Ага, ясненько. Пройдите-ка за мной. Вот сюда.

Опять дверь, а за ней маленькая комнатка, но с зеркалом на всю стену. Старичок ловко снял с Хель куртку, сапоги, убрал их в сторону и выбежал обратно в зал. Через минуту он принес легкие высокие сапоги, легкие штаны из коричневой ткани, платье с короткой юбкой и перчатки. Оставил все это и вновь вышел в зал.

Расценив это как призыв к примерке, девушка быстро переоделась и взглянула на свое отражение: сапоги идеально сели на ноги, штаны плотно облегали бедра, но совершенно не мешали, платье полностью закрыло грудь и таз, перчатки заменили уже слегка порванные и поношенные. Постучав в дверь, старичок не заходя приоткрыл дверь и протянул девушке корсет и шляпу.

Корсет из черной кожи отлично дополнил белое платье, а шляпа гармонично завершила весь наряд.

Удивительно как старик так легко подобрал одежду по размеру девушки одним взглядом. А цвета скрыли сероватый оттенок кожи. Теперь Хель ничем не выделялась среди девушек города, которых она видела. Надев свой рюкзак, она последний раз взглянула в зеркало: красотища.

Старичок ждал возле двери:

– За весь костюм 137 монет. Если желаете, могу скинуть цену в обмен на ваши меха. Скажем, до 30 монет. Что скажете?

– О, отлично. Я… м… согласна, – порывшись в сумке она достала горку монет, отсчитала 30 и отдала старичку.

Отвесив ей широкий поклон, он проводил её к выходу и ускакал обратно за манекен.

– Что же. Так уже намного лучше, – сказала себе под нос девушка и двинулась дальше в глубь города.

Чем дальше она уходила в глубь города, тем богаче и роскошнее становилось окружение. Помимо камня и дерева начало появляться и золото. Витрины лавок пестрили разнообразием, таверны предлагали изысканные блюда, женщины носили все больше и больше украшений, а мужчины становились все ухоженнее. Даже паромобили были все в золоте.

И вот, спустя несколько часов блужданий, Хель добралась до самого центра города: огромный парк и еще больший замок за ним. От ближайшего дома и до замка было по меньшей мере 500 метров. Экзотические растения, фонтаны, лакеи, бегающие туда-сюда, и толпы стражи. Сам замок был высотой метров в 50, шириной в 200 а длинной… Хель не видела насколько он длинный, но несомненно, он был самой большой постройкой в королевстве. И всю эту грандиозность дополнял пейзаж на фоне – там, в дали, виднелись горы и одинокая скала, на которой много лет назад случилась катастрофа: на вершине красовался сферический кратер, с которого стекали водопады.

Сейчас на площади собиралось много людей. Очень много людей… даже слишком.

– Скоро начнется, давай быстрее, – прощебетала девушка, таща за собой парня.

– Осталось несколько минут! – Чей-то грозный шепот справа.

"Я попала на какое-то событие?" – Подумала Хель. – "Здорово…"

И действительно. Буквально через пару минут заиграла красивая музыка: протяжная мелодия, под которую хотелось взлететь как можно выше, бежать как можно быстрее, прыгать как можно дальше… и молиться как можно громче.

Ворота замка открылись и оттуда выехали всадники в золотой броне. Паладины… Возглавляла всю эту процессию женщина. В золоте. В одной руке она держала флаг с солнцем, а в другой – горящий меч. Хель узнала её. Сердце начало болеть.

– Сегодня, в день Явления Лика, мы приносим свои сердца и молитвы нашей великой Богине Свет! Мы отдаем ей свою плоть и кровь, свою душу, свое естество, а она дарит нам свою любовь! Мы падаем на колени, бичуем себя, просим её о прощении! Ведь только она может спасти нас от великой тьмы, что окружает нас! Эти демоно-поклонники, еретики, эти… чужаки! Они корень всех бед, что напали на нас! Они приходят из других мест, столь скверных, столь прогнивших, что даже упоминать их нельзя, приходят к нам, в Великую столицу Хайграунд, и оскверняют эти стены! Попрошайничают, воруют, убивают, лгут! Мы терпим их, но терпение наше не безгранично. Мы умоляем их, но тщетны наши просьбы, ибо они слепы и глухи. Но к счастью, не все чужаки столь скверны, столь слепы и жестоки! Нет, нет и нет! Те же, кто проливает свою кровь ради Великой Свет, достоин прощения! Они осознали свою извращенную сущность, поняли низменность своих желаний, свою дикость! Они пришли в наши храмы и окропили себя святою водой! Они склонили головы и прочитали наши молитвы. И сегодня они пришли сюда, к нам, дабы предстать пред ликом Богини! Да принесем же мы дары нашей Богине! Да воздадим ей свои молитвы и души! El ta deu! – с последними словами все паладины слезли с коней и опустились на колени, достали небольшие ножи и порезали себе ладони. И в следующий миг случилось странное. Все люди, что собрались на площади, упали на колени и начали бормотать бессвязный бред. Солнце начало светить ещё ярче, ослепляя и обжигая. И только Хель и ещё пара человек не упали на колени, а продолжили стоять. Женщина-паладин посмотрела Хель прямо в глаза и безумно улыбнулась:

– Грешники сами пришли на суд Божий.

Девушку схватили за руки.

Сопротивляться было бесполезно: все тело так ослабло, что она с трудом стояла на ногах. О способностях можно было и вовсе забыть. Не было и шанса, что эта женщина не узнала её. Хель глянула на остальных, кто стоял на ногах – их тоже схватили.

Затем ей надели мешок на голову и куда-то потащили. Несколько ударов по спине и коленям, чувство полета и глухой удар об камень. Звук закрывшихся дверей, долгая тряска, звук открывающихся дверей, опять её куда-то волокут и наконец-то снимают мешок с головы.

Они оказались в большом просторном зале. На потолке фрески с изображением молодой, красивой девушки, c кожей желтого цвета, которая излучает свет вокруг себя. "Видимо, это и есть их Богиня", – промелькнула мысль у Хель. Стены все в картинах, изображающих разнообразие мук и пыток. Причем, все кого пытают, показаны с черной кожей, а те, кто пытает – с обычной.

"Изгнание демонов Тьмы из сосуда плоти" – подпись у одной из самых отвратительных картин, где бедолагу лишили головы и сожгли тело.

– Душа находится в голове, в то время как демоны захватывают тело. Только так можно спасти душу грешника, когда остальное не помогло, – огромный мужчина в золотой рясе проследил за взглядом Хель, – такая молодая, а уже пала жертвой скверны… ничего, дитя моё, мы спасем твою душу.

Он схватил её за подбородок и подтянул к себе. Оказавшись впритык к её лицу он широко улыбнулся и прошептал:

– Не бойся, дитя, Свет с тобой.

Её раздели наголо. Осматривая содержимое рюкзака, жрецы очень удивились найденным там кинжалам, на что главный из них сказал: "Видите, эта чужая так и жаждет убить всех нас!", вместе с одеждой запихнули всё обратно и куда-то унесли. Вид шрамов на теле не произвел особого впечатления, разве что жрец, который раздевал её, недовольно сморщился. А затем девушку отвели в камеру и закрыли решетку на несколько замков. Кроме неё, в камере лежал худощавый мужчина в набедренной повязке. Хель же такой роскоши не досталось. Как смогла она прикрылась тряпкой, которая лежала на полу и села в дальнем углу. Мужчина спал.

"Замечательно… Великолепно… Тьма их раздери! И что мне теперь делать?! Сижу в камере, неизвестно где, ожидая пыток или что они там уготовили мне… Ещё и голая, рядом с каким-то мужиком…" – слезы потекли по щекам. Она забилась в угол. Вскоре послышались её тихие всхлипы, а затем Хель уснула.

Неизвестно, сколько часов прошло, день сейчас или ночь. В камере не было и намека на окно или какой-либо свет вообще, кроме свечи на стене в коридоре. Мужчина закряхтел и пошевелил рукой: он проснулся. Медленно встав, он подошел к противоположному от Хель углу и помочился там. А затем его взгляд упал на спящую девушку в углу. Спящую и голую. Он был недалекого ума и в его голову пришла мысль, столь замечательная, как он решил: почему бы не изнасиловать её? Такой шанс бывает раз в жизни.