Чтение онлайн

Он прислушался. Птичка пела о том, как красива земля, когда она засыпает и просыпается, о цветах и деревьях, о траве и листьях, о бескрайнем небесном просторе, в котором гоняются друг за другом облака, и о том, что надо радоваться каждому новому дню.

– Спасибо тебе, милая птичка, – сказал Петрушка, когда птичка умолкла. – Пока звучала твоя веселая песенка, я приду мал удивительную сказку, похожую на правду. Побегу к госпоже Мышке, обрадую ее.

Но госпожа Мышка совсем не обрадовалась. Наоборот, она недовольно сморщила серый носик, молитвенно сложила лапки на груди и раздраженно пропищала:

– Нам сейчас не до ваших сказок. Не до ваших… Мы так оглушены триумфальной победой на фестивале, что не можем ни о чем думать, кроме мировой славы. Мировой славы….

Госпожа Жужетта глянула на Петрушку, как на врага, который хочет похитить у них эту еще не полученную мировую славу и грозно прокричала:

– Не нужны нам чужие сказки. Мы сами будем сказки писать. Сами!

Глаза у Жужетты вылезли из орбит, сама она вся напряглась и стала раздуваться от гнева. Мышка схватилась за сердце и замахала на Петрушку руками:

– Подите прочь, прочь, господин акт… гость нашего театра. Из-за вас может произойти ужасное…

Петрушка не дослушал. Он быстро вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, которая сочувственно скрипнула:

– Как некрасиво они себя ведут. Как подло они поступают. Боюсь, что скоро они растерзают друг друга.

– Прощайте, уважаемая дверь, – сказал Петрушка и провел рукой по притолоке.

– Неужели вы больше не придете сюда? – скрипнула дверь.

– Боюсь, что мне нечего делать среди жуков, пауков, мотыльков, мышей и жаб. Прощайте.

Петрушка шел быстрым шагом по лесной дороге, петляющей среди вековых сосен. Ему было нестерпимо больно осознавать все, что произошло. Ведь он был не просто наблюдателем, он был непосредственным участником рождения мышиного театра. Он радовался первым победам, грустил от первых неудач и вот, когда на горизонте появилась радужная перспектива, ему попросту указали на дверь.

– Почему, почему, почему? – недоумевал Петрушка, спотыкаясь о корни деревьев.

– Потому что ты не такой, как они, – ухнул Филин.

– Почему же сначала никто этого не замечал?

– Потому что так им было удобно, – усмехнулся Филин.

– Что же заставило их измениться? – Петрушка поднял голову, чтобы получше рассмотреть важного Филина, который чуть выглядывал из большого дупла.

– Возможно, ты их обидел, – предположил Филин и спрятался в дупле.

– Я? Но чем? – Петрушка даже привстал на цыпочки, чтобы лучше расслышать то, что ответит ему Филин.

– Тем, что ты не такой, как они, – послышалось из дупла.

– Что же мне делать? – Петрушка горько вздохнул.

– Расскажи свою сказку ручейку, – посоветовал Филин.

– Точно! – обрадовался Петрушка. – Спасибо тебе, мудрая птица. Я побегу к ручейку и там разыграю свою сказку, которую смогут увидеть и услышать все, кто пожелает!

Воодушевленный Петрушка помчался к ручейку.

– Куда торопишься, длинноносый? – остановила его Кикиморка.

– Бегу рассказывать ручейку свою сказку, – ответил счастливый Петрушка.

– Ха-ха-ха, – рассмеялась Кикиморка. – Да зачем ручейку твоя сказка? Некогда ему твои сказки слушать, он делом занят: бежит к реке. Я тебе советую времени даром не терять, а принять мое приказание, то есть предложение…

– Нет, длинноносая в четыре раза, не смею злоупотреблять твоей безграничной добротой. Ты для меня и так уже слишком много всего сделала. Поэтому я теперь как-нибудь сам, без посторонней помощи справляться буду.

– Ну, не хочешь, как хочешь, – огрызнулась Кикиморка. – Я дважды не предлагаю.

Она топнула ножкой и исчезла.

– Апчхи!

Веселый ручеек пел свою песенку, перепрыгивая с камешка на камешек:

– Привет, непоседа! – звонко крикнул Петрушка. – Хочешь, я расскажу тебе сказку?

– Сказку? – ручеек замер на миг, а потом весело зажурчал: —Конечно, хочу. Я та-аа-кой любитель сказок, ты даже не представляешь ка-акой!

– Тогда слушай… – сказал Петрушка и начал рассказывать ручейку сказку, которую когда-то, давным-давно слышал от бродячего актера.

Сюжет сказки очень понравился Петрушке, поэтому он решил взять его за основу, и добавить в повествование новые краски и детали.

В одной деревне жил кузнец Кузьма. Он был добрым, отзывчивым и всем без исключения помогал. С раннего утра до поздней ночи в кузнице шла работа. Работал Кузьма не покладая рук.

Неподалеку от кузницы жила первая красавица Марьянка, которая только и делала, что пела песни, да собою любовалась:

– Ах, я несказанно хороша. Фигура статная. Глаза, как вишни спелые. Губы, как маков цвет, кожа, как нежный персик. Косы черные смоляные. Я – само совершенство! Нет другой такой красавицы на всем белом свете. А раз я самая красивая, то и одеваться я должна в дорогие наряды. На руках должны быть дорогие перстни, в ушах сережки, а на ногах сафьяновые сапожки.

Много женихов к Марьянке сваталось, да ни на кого она и смотреть не хотела. Еще бы, станет такая красавица время зря терять, да на деревенских парней глазеть.

– Вот если бы заморский принц прискакал на белом коне! – мечтала Марьянка. Но принц все не ехал и не ехал.

Решила тогда Марьянка заставить кузнеца Кузьму на себя работать, пообещав Кузьме, что выйдет за него замуж, если он заработает много денег.

– Да зачем тебе много денег? – никак не мог взять в толк Кузьма.

– Как зачем? – сердилась Марьянка. – Чтобы новые наряды покупать!

– Да зачем тебе новые наряды? – смеялся Кузьма. – У тебя и так всего много. Посмотри на свой сарафан, золотом расшитый, на сапожки, на кольца да сережки…

– А мне надо больше, больше, больше, – кричала Марьянка. А Кузьма только плечами пожимал.

Однажды Марьянка, ножкой топнула и приказала Кузьме:

– Иди немедленно в город, просись к царю в кузнецы, иначе не видать тебе меня, как своих ушей.

– Воля твоя, милая Марьянка. Дозволь только кузницу закрыть, – смущенно произнес Кузьма.