Чтение онлайн

– По-моему они чаще доставляют тех, кто на паром не успел. Или подростков после вечеринок. Все в этом духе.

Фреда этот ответ не устроил. Он махнул рукой и сам пошел за своим стаканом. Лора проводила его взглядом. Ей не хотелось расстраивать Фреда, но у него было столько же шансов раскрыть громкое преступление, сколько у нее – получить Пулитцеровскую премию.

За столик Фред вернулся с Роджерсом. Роджерс когда-то учился с Лорой в одной школе. Он был на год старше – красавчик и звезда местной футбольной команды. Девчонки от него с ума сходили. Лора из тех лет помнила лишь, что Роджерс был удивительно скромен и вежлив, а поступлению в колледж предпочел семейную мастерскую. Теперь в его далекий школьный успех было сложно поверить – он казался старше своих лет из-за внушительных залысин и животика, на котором едва сходилась старая кожаная куртка.

Зимой Роджерс был самым востребованным ремонтником на острове. Во-первых, потому что мог починить почти что угодно. А во-вторых, потому что почти никогда не пил. Раньше он работал в мастерской вместе с отцом, но два года назад Роджерс старший умер – замерз по дороге из Чайки, заснув на бульваре. С тех пор остров мог рассчитывать только на одного Роджерса и он не подводил. Только сделался еще более тихим, чем прежде.

– Значит, мисс Каплан наведывалась к тебе сегодня? – спросил Роджерс, улыбаясь. У него всегда был этот странный, добродушно-насмешливый тон, словно каждая его фраза была шуткой «для своих».

Лора тоже улыбнулась и подвинула посуду, чтобы он смог поставить на стол свою чашку. Фред снова закурил.

– Да, вроде того. Ты уже был в пансионате?

– Нет, мисс Каплан звонила вчера вечером. Мы договорились, что я приеду взглянуть на котел завтра. Она показалась весьма собранной особой. Ее так расстроила твоя статья?

Фред вскинул брови, маскируя смешок кашлем. Лора закатила глаза.

– Расстроила – это очень деликатно выражаясь. Думаю, мне стоило спросить ее, – прибавила она слегка смущенно. Роджерс кивнул, делая глоток чаю. Его удивительно холодные серые глаза внимательно следили за ее лицом. Лора поерзала.

– Я просто надеялась, если все будут знать, что это за девчонка живет у леса, ей не станут надоедать и интерес как-то утихнет, – призналась Лора. – В битве слухов выигрывает тот, кто успевает высказаться первым.

Фред глубокомысленно кивнул.

Лора наконец покончила со своим супом и обнаружила, что чай почти остыл. Поискала глазами Патрика, но тот говорил с большой компанией мужчин, и Лора не стала его окликать.

– Вы знаете, кто был в той лодке? Что перевернулась, – спросила Лора, чтобы переменить тему. – Нам береговая охрана сказала только, что никто не пострадал.

– Некто О’Брайан, – оживился Фред. – Он с материка, у него есть лицензия на рыбалку, ею он и прикрывается.

– Думаешь, занимается чем-то незаконным? – подал голос Роджерс. Фред только и ждал этого вопроса. С самым многозначительным видом он сообщил о тайне следствия, а затем принялся рассуждать о том, что возят все эти маленькие лодочки, что шныряют по заливу до самых льдов. Лора молча слушала. За окном снова начался дождь.

Когда они с Фредом вышли на улицу, асфальт блестел от влаги. Было совсем темно, в лужах отражался оранжевый свет фонарей.

– Ты что, оставила машину возле редакции? – протянул Фред, когда Лора миновала парковку.

– Свежий воздух пойдет тебе на пользу.

Он поморщился, но пошел следом, зябко пряча руки в карманы. Эхо далеко разносило их шаги – единственный звук в тишине пустынной улицы.

– Поехали завтра, постреляем, – предложила Лора, когда Фред нагнал ее возле запертого на зиму книжного магазина.

Фред испустил тяжелый вздох.

– Завтра куча бумажной работы, малышка. Кроме того, я собираюсь проверить информацию об этой Каплан.

– Я думала, это была шутка.

– Никаких шуток. Думаешь, девчонка не может быть опасным преступником?

– Ну, статистически, шансов на это не так много.

Фред поджал губы. Лора похлопала его по руке.

– Ладно, безопасность на острове – твоя задача. Расскажи, если найдешь что-то любопытное.

Они подошли к припаркованному у редакции автомобилю. В ее окнах было темно, как и в большинстве домов вокруг.

– А ты не заходи далеко в лес. И будь осторожна, – строго велел Фред. Лора закатила глаза и села за руль. Режим строгого дяди страшно ее раздражал. Тем более дядей его можно было назвать с натяжкой: брат отчима – родство не очень близкое. Впрочем, других родственников у нее на острове не осталось.

– Про лес я больше тебя знаю. Не строй из себя строгого папочку, Моран.

– Я скорее волнуюсь, как бы ты случайно не пристрелила эту Каплан, – буркнул Фред. Он закурил, не торопясь усаживаться в машину.

– Ха-ха. Ей-то что делать в лесу?

– Откуда я знаю? Но эта городская наверняка вечно лезет, куда не нужно.

– В лес даже городская не полезет. Тем более в этот сезон.

В лесу она встретила Каплан.

С тех пор, как исчезла Ева, Лора никогда не заходила дальше опушки, если выбиралась в лес одна. Да, у нее в карманах всегда лежала рябина, соль или железо, но даже в надетых наизнанку носках в холодный сезон соваться в лес не стоило.

Этого не стоило делать и летом, но они с Евой не раз пробирались почти в самую чащу, туда, где из земли выступали древние развалины. В самом высоком месте они едва достигали двух футов и выглядели не слишком впечатляюще. Под плотной подушкой мха тут и там виднелись старые раковины, вросшие в камень. Ева любила трогать их, усаживаясь на мшистый край. Если бы не эти раковины, Лора бы низачто не поверила, что развалины такие уж старые. В них не было ничего особенного. И понять, чем они были прежде чем их поглотило море, было совершенно невозможно.

Когда исчезла Ева, Лора пыталась найти что-нибудь о развалинах в библиотеке и интернете, но все, что получила – подборку мифов и легенд разной степени бредовости. Впрочем, это было главной пищей острова – мифы, слухи и городские легенды. Кто-то шутил над ними, кто-то шикал и не произносил даже имени добрых соседей, но после осеннего равноденствия никто не спускался к воде, не отпускал детей на улицу после заката и никогда не входил в лес в одиночку.

Выезжая пострелять, Лора всегда оставляла машину у обочины и шла к Лазурному. Там, за границей обширного заднего двора, было несколько сухих деревьев. Одно из них служило ей мишенью. Это был старый необхватных размеров вяз. Когда-то молния выжгла его нутро, но вяз продолжал стоять, вытянув к небу узловатые ветви. В боку у него была расщелина, в которой без труда мог бы спрятаться десятилетний ребенок. Осенью ветер забивал ее листьями и протяжно гудел в полом стволе.

Хорнам до вяза не было никакого дела, но когда пансионатом завладела Нортон, избавиться от дерева стало для нее навязчивой идеей. Она никак не могла взять в толк, почему никто, совершенно никто на всем острове не готов взяться за эту работу. Нортон тоже была с большой земли. Она не понимала, почему не стоит отнимать у леса ни единого дерева.

Вяз удалось отстоять до весны. По возвращении Нортон обещала привезти работника с материка или лично срубить чертово дерево, даже если это займет все лето.