Чтение онлайн

— Почему бы тебе не покопаться у меня в мозгу? — вопросом ответила я.

Сегодня меня не тянуло дерзить ему. Я даже не очень торопилась поскорее высвободиться из его рук.

— А что в этом забавного? — спросил Ризанд, подмигивая мне.

Я не улыбнулась.

— Сегодня не будешь бросаться в меня туфельками?

В его глазах я читала другие слова: «Давай же, поиграй со мной».

Я поспешила к лестнице, чтобы поскорее оказаться в знакомых роскошных покоях.

— Давай хоть позавтракаем вместе, — сказал он.

В его словах я уловила нечто странное и потому остановилась. Я могла бы поклясться: в них звучало отчаяние. И тревога.

Я повернулась. Бирюзовый наряд висел на мне. Я и не подозревала, что так сильно похудела за эти три недели. Даже притом, что наши отношения с Тамлином возвращались в нормальную колею.

— Неужели тебе больше нечем заняться? — спросила я.

Ризанд пожал плечами:

— Конечно же есть. Дел столько, что меня порою подмывает пройтись своей силой по всему миру и, как со школьной доски, стереть с него все. Спросишь зачем? Чтобы немного успокоиться.

Он улыбнулся, поклонившись в пояс. Упоминание о его силе, оброненное как бы ненароком, не испугало меня и не нагнало ужаса.

— Но для тебя, Фейра, я всегда найду время.

По правде говоря, я успела проголодаться. Ризанд это чувствовал, и под его самоуверенной, невозмутимой улыбкой проглядывало настоящее беспокойство за меня.

Я пошла за ним в конец зала, к веранде, где стоял уже знакомый мне стеклянный стол. Мы так и двигались на некотором расстоянии. Я ощущала безмерную усталость.

У самого стола Риз сказал:

— В минувшие недели связующие нити вдруг передали мне твой страх. Никак в удивительном Дворе весны случилось нечто, испугавшее тебя?

— Ничего особенного не случилось, — соврала я, поскольку события при Дворе весны его никак не касались.

Мельком взглянув на Риза, я уловила в его глазах уже не тревогу, а гнев. Мне показалось, что вокруг нас дрожат горы.

— Если ты сам все знаешь, к чему тогда спрашивать? — спросила я, опускаясь на стул.

Ризанд тоже сел.

— Потому что я через нити не слышу ничего, — тихо ответил он. — Тишина. Даже при твоих великолепно поставленных заслонах, которые ты научилась удерживать, я должен был бы тебя чувствовать. А я не чувствую. Иногда я дергал за нить, только чтобы убедиться, что ты по-прежнему жива.

Вокруг нас заклубилась тьма.

— Но однажды, когда у меня была очень серьезная и важная встреча, нити вдруг донесли твой страх. Даже ужас. Я мельком увидел тебя и его, и… снова тишина. Я бы хотел знать, что тебя так ужаснуло.

Я наполняла тарелку, не задумываясь, какую пищу беру и в каком количестве.

— Мы поспорили. Остальное тебя не касается.

— Не потому ли ты выглядишь так, словно горе, вина и гнев гложут тебя изнутри? Сжирают по кусочкам?

Мне не хотелось об этом говорить.

— Покинь мою голову.

— А ты меня заставь. Выгони. Утром ты опустила заслон. Туда мог бы зайти кто угодно.

Я выдержала его взгляд. Еще один вызов. Но мне… мне было наплевать. Меня сейчас не заботило, что за сила пылает внутри. Я ведь с такой же легкостью проникла в мозг Ласэна, с какой Риз пробрался в мой. И дело, быть может, не только в заслонах.

— Где Мор? — спросила я, меняя тему.

Ризанд напрягся. Я внутренне собралась, опасаясь, как бы он опять не проделал со мной какой-нибудь трюк, которых у него в запасе великое множество.

— Она далеко отсюда. У нее тоже есть дела.

Вокруг него снова заклубились тени. Я принялась за еду.

— Ваша свадьба повисла в воздухе?

— Да, — пробормотала я с полным ртом.

— Я ожидал более подробного ответа. Что-нибудь вроде: «Не задавай дурацких вопросов, раз и так знаешь ответ». Или мое самое любимое: «Убирайся в преисподнюю».

Я потянулась к блюду с тарталетками. Руки Ризанд держал на столе. Над его пальцами клубился черный дымок, придавая им сходство с когтями.

— Кстати, ты подумала над моим предложением?

Я молчала, пока не съела все, что было у меня на тарелке, и не начала нагружать ее заново.

— Я не собираюсь с тобой работать.

Ризанда окутала странная тишина, почти осязаемая, темного цвета.

— А почему, Фейра? Почему ты отказываешься со мной работать?

Я ковыряла вилкой кусочки фруктов, разглядывая каждый.

— Не хочу становиться частью войны, которая, если верить твоим словам, надвигается на Притианию. Ты говоришь, что я должна стать оружием, а не пешкой. Они, похоже, говорят то же самое. Разница лишь в том, чьи руки возьмут это оружие.

— У меня нет намерений помыкать тобою, — резко бросил мне он. — Мне нужна твоя помощь.

Всплеск его гнева заставил меня наконец поднять голову.

— Я даже знаю, зачем тебе нужна моя помощь. Это сильно разозлит Тамлина.

Тени плясали и возле плеч Ризанда, словно предвестницы крыльев.

— Замечательно, — выдохнул он. — Все, что я делал в Подгорье, — рыл могилу, собственными руками. Но мне нужна твоя помощь.

И снова я почувствовала непроизнесенное: «Спроси же меня почему. Добейся ответа».

И снова я не захотела этого делать. У меня сил не было.

— Почти пятьдесят лет я был узником ее двора, — тихо сказал Риз. — Меня били, истязали, унижали. Спросишь, как я выжил? Почему не покончил с собой? И такие мысли мелькали. Меня удерживали лишь постоянные напоминания себе о том, кто я и что должен защищать. Прошу тебя, помоги мне сделать так, чтобы это не повторилось. Не только со мной. Со всей Притианией.

Я не знала, где в моей душе уголок, который от столь откровенных слов Ризанда вдруг заболел и закровоточил.

Но ведь Тамлин пошел мне навстречу. Уменьшил число караульных. Дал больше свободы в прогулках. Он старался. Мы оба старались. И я не стану разрушать только возникшее взаимопонимание.

Я молча вернулась к еде.

Риз больше не произнес ни слова.

Обедать на веранду я не пошла.

И завтрак на следующий день принесли в мои покои.

Когда же к полудню я все же поднялась наверх, Ризанд уже ждал меня. На губах играла его всегдашняя улыбка, но не такая яркая, как прежде. Он молча повел меня к письменному столу, где были разложены книги, листы бумаги, приготовлена чернильница и перо. Мы сели по разные стороны стола.