Чтение онлайн

Я воспротивилась, но его пальцы сами по себе были оковами, и лезвие рассекло мою кожу. Идеальный разрез в форме полумесяца. Я закричала и дёрнула скованными запястьями. Но яд был быстр, и вскоре мои конечности налились свинцом. Мои крики не были услышаны, и Винн сделал ещё один надрез на дюйм выше первого. Поток боли пронзил меня, обжигая горячими волнами ноги и наполняя слезами глаза.

Снова и снова его клинок пронзал мою плоть.

Зрение плыло в череде звёзд, я молилась о темноте. Чтобы моё подсознание сломалось и потянуло меня вниз. Но когда темнота приблизилась мучительно близко, когда звёзды превратились в чёрные точки, а моё зрение превратилось в неопределимые вихри, Винн остановился.

— Я не могу допустить, чтобы ты потеряла сознание. Никто никогда не приручал бессознательную тварь.

Он вызвал Пои из своей бесконечной сети тварей. Без подсказки Пои переместился к моим ноющим ранам, и колючий язык методично покрыл каждую царапину. Закончив, Пои сел на корточки и посмотрел на Винна. Вздохнув, он снова склонился над моей ногой.

— Как только ты будешь готова, Лина.

Во второй раз было ещё хуже. Агония раздавила меня, раздробив рёбра и лишив возможности дышать без рыданий.

Голос Винна, казалось, доносился откуда-то издалека, и всё же в этот момент он был чудовищно близко.

— Почему бы нам не попробовать другую тактику? Может быть, боль ассоциируется с воспоминанием, причиной отказа от привязанности к этому миру. Как насчёт... Нока?

Его имя, произнесённое вслух, было резче лезвия на моей коже. Содрогнувшись, я попыталась вжаться в стену. Полностью исчезнуть.

Винн сделал паузу.

— Какой эгоистичный поступок он совершил.

Эгоистичный. Яд затуманил мой разум и нашёптывал о вещах, в которые я не хотела верить.

Винн снова поднял клинок. В воздухе завитал металлический привкус.

— Стоит ли оставаться здесь? С этой болью? В королевстве нет агонии. Ты же там была. Ты знаешь.

Нок. Было так неправильно и так правильно по-прежнему хотеть его, всё ещё надеяться, что у нас есть шанс.

— Оставь его, Лина, — пробормотал Винн.

Моя спина вжалась в стену. Нок. Мысленно я потянулась к нему. Говорила с тенями, затаившимися в глубине моего сознания, в надежде, что он меня услышит. Я проклинала его за то, что он волей-неволей использовал меня как разменную монету, а потом умоляла вернуться и доказать, что всё, что я видела, было неправильно. Тем не менее, в моей камере не было никаких тёмных углов, и барьеры Хайрата не позволят ему найти меня.

— Ты ведь до сих пор никогда не загадывала желания Гисс, верно? — Винн отложил клинок в сторону. — Все твои знания — это теория, а не личный опыт. Ты знаешь, что они не должны говорить загадками? Что иногда плата так же проста, как и желание?

Я попыталась отстраниться от этой насмешки, хотя и чувствовала себя вынужденной спросить:

— О чём ты говоришь?

Он подал знак своему Пои, чтобы тот занялся моими ранами. Я едва заметила, как тварь лизнула меня языком. Наклонившись ближе, Винн убрал волосы с моего лица.

— Я говорю, что есть шанс, что Нок знал, что принесёт тебя в жертву. Так же, как и я. В конце концов, это была твоя жизнь в противовес его.

Новые слёзы потекли из моих глаз, и я боролась со своей вздымающейся грудью.

— Что?

Мои мысли утекали сквозь пальцы, как вода. Я не могла держаться за твёрдое воспоминание. Он ведь обещал, что не будет использовать Гисс против меня, не так ли? Он не стал бы сознательно приносить меня в жертву.

Жужжание усилилось, и жжение в ногах поползло выше. Ничто не казалось правильным.

— Если он не убьёт тебя, то умрёт. Это магия, стоящая за клятвой Круора, — Винн сжал губы в тонкую линию. — У каждого свои планы, Лина. Некоторые просто благороднее других.

Яд густо осел в задворках моего сознания, но даже так, я могла слышать правду в словах Винна.

Нок. Он сказал мне, что клятва всё ещё должна быть исполнена, но он не сказал мне о цене. Он мог бы пожертвовать немного бит ради моей жизни, но это? Он не отдаст свою голову в обмен на мою. Я считала его опасным с того момента, как вошла в его дом. И всё же я доверяла ему, влюбилась в него и забыла, каким смертельно опасным он может быть.

— Он был всего лишь наёмным убийцей, а ты была самой лёгкой целью, которую он когда-либо получал.

Винн прикоснулся пальцами к моей груди и положил ладонь мне на сердце. Жгучий огонь паутины выползал из его пальцев, прожигая мои вены в попытке очистить саму мысль о любви.

Я закружилась. Или, может быть, это была сама комната. Потолок и стены сходились и расходились.

Винн поднял руки, чтобы обхватить моё лицо.

— Отпусти.

Реки хлынули из моих глаз, солёная вода капала на мрамор. Сломленная. Я чувствовала себя такой сломленной.

— Правильно, Лина.

Я очень стараюсь, Нок. Я хочу, чтобы он ошибался, но это звучит так правильно. Я заблудилась. Такая потерянная.

— Лина. Отпусти.

Нет.

Свет Винна вспыхнул, и мельчайшие уколы тепла зажглись в моём позвоночнике. Проблеск мира без этой сокрушительной, разрывающей боли.

Винн улыбнулся, и тьма поплыла перед моими глазами, когда потеря крови, наконец, пожалела меня. Прямо перед тем, как комната исчезла, я могла поклясться, что услышала, как Нок выкрикнул моё имя.

ГЛАВА 29

НОК

Китский лес стал для нас препятствием. Даже с тенями на нашей стороне, мы не могли избежать бдительных глаз неукротимых монстров. Их гортанные вопли были навязчивой балладой, которая никогда не кончалась, один визгливый зов, скрежещущий по кости, перетекал в другой. Призрачный туман скрывал толстые лозы, ползущие по мшистой земле. Шипы цеплялись за наши брюки, разрывая ткань и впиваясь в плоть. Никто не жаловался, но это замедляло прогресс. Темнота, которую мы обычно приветствовали, была пропитана опасностью. Лишь редкие отблески лунного света пробивались сквозь связанные верхушки деревьев, тусклое и отфильтрованное свечение.

Чем дальше на запад мы уходили от Круора, тем становилось хуже.

Кост стоял справа от меня, и странный холодок сопровождал его дыхание.

— Пока ничего.

Ничего, кроме ужасов леса и страдальческого лица Лины, преследующего меня. Я мог бы поклясться, что почувствовал её днём раньше. Ничего кроме боли, жгучей и внезапной агонии, но её присутствие было осязаемым.

Связь исчезла в мгновение ока, и ужасающее отсутствие её разрушило мой контроль. Я рванул вглубь леса и последовал за низким пульсирующим сердцебиением в надежде найти её.