Чтение онлайн

— Да, но это ненадолго. Надеюсь, — неуверенно добавил Лерой после секундной заминки.

— Что же, у твоей женщины совсем нет своей одежды? — насмешливо спросила Мэри.

— У меня там совсем нет магазинов и портных, как вы знаете, — Лерой начал понемногу злиться.

— Хорошо, хорошо, я обязательно подберу что-нибудь, — успокаивающе сказала Вера, однако в её глазах тоже можно было прочитать недоумение — что это за женщина такая у брата, не имеющая своей одежды?

— Сделай это сразу после обеда, пожалуйста. Я сегодня же еду обратно.

После обеда Лерой прошёл вслед за отцом в его кабинет. Густав Обен не спеша раскурил трубку с ароматным табаком и приготовился слушать сына. Сначала Лерой достал свёрнутую в трубочку карту пустоши Бисти и его отец скопировал свежие отметки на ней в свои записи. А потом Лерой достал и выложил перед отцом книгу иномирянки и жестом предложил тому ознакомиться с её содержимым. Попыхивая трубкой, Густав Обен некоторое время листал книгу, а потом закрыл её и посмотрел на сына.

— Значит, вчера затянуло человека? Женщину, как я понял по твоим словам за столом?

— Да, вот с этой самой книгой в руках.

— Ты понимаешь, какая это будет сенсация в обеих странах?

— Прекрасно понимаю, — поморщился Лерой, — Поднимется шумиха, которую я терпеть не могу.

Густав Обен немного помолчал, а потом спросил:

— Что она рассказывает о своём мире?

— Отец, она ничего не рассказывает, потому что мы с ней не понимаем друг друга! Она вообще не говорит по-человечески. Ну, то есть, говорит, но её речь иная, не как у нас. Мне пришлось прилепить к ней амулет подчинения, чтобы хоть она понимала смысл моих слов.

— Это ты хорошо придумал… Нужно теперь решить, что делать с ней дальше.

— Если б она понимала речь, я бы хотел её скорее отпустить, и пусть она идёт куда хочет.

— Наша семья не для того охотится в пустоши Бисти из поколения в поколение, чтобы мы просто отпускали добычу, даже не попытавшись извлечь выгоду из её появления, — хмуро сказал господин Обен-старший, — Одна вот эта книга уже стоит целое состояние.

— Эта книга как раз не принадлежит нам. Она принадлежит Ларен.

— Причём тут королева? — удивился господин Густав.

— Не "ла рен", а Ларен — это имя той женщины.

Отец Лероя покосился на книгу. Он понимал правоту сына.

— Значит, хочешь дать ей время, чтобы выучиться нашей речи?

— Да, чтобы она могла самостоятельно принять решение, куда ей пойти.

— Например, куда? — пыхнув трубкой и откинувшись на спинку стула, спросил Густав Обен.

— Да хоть в Дестру, хоть в Синистру….
– растерянно ответил Лерой, почувствовав какой-то подвох в вопросе отца.

— Замечательное решение, — с сарказмом сказал старший Обен, — Только ты забыл об одном маленьком обстоятельстве.

— О каком?

— О запрете миграции.

Лерой задумался. Когда-то давно обе страны заключили договор, по которому их граждане могли свободно перемещаться из одной страны в другую, но гражданство у них было только той страны, в которой они родились. А неграждане были ограничены в правах на территории чужой для них страны. Например, негражданину невозможно купить на своё имя недвижимость, зарегистрировать брак, получить, а главное, впервые "активировать" денежный амулет, и так далее. Конечно, существуют и разные "теневые" и преступные кланы, которые как-то обходят эти проблемы, но для семьи рода Обен, все сделки которой как под лупой рассматриваются монаршими службами обеих стран, обращение к таким кланам было бы немыслимым.

— Но тут же исключительный случай… — сказал, наконец, Лерой.

— А исключительные случаи требуют специального межгосударственного урегулирования, как ты знаешь, — ответил ему отец, — А ещё ты знаешь, сколько времени занимают такие урегулирования, даже если нет никакого спора между странами. И это при том, что вопрос гражданства этой женщины как раз и породит такой спор, это уж наверняка. Ей самой выбрать страну для проживания никто не позволит.

— И что же ей теперь делать? — вконец растерялся Лерой.

— Вопрос неверный. Что нам делать, — сказал Густав Обен, выделив голосом слово "нам", — вот о чём мы должны подумать.

— Мне пора уже возвращаться обратно — сказал младший Обен, — Нужно ещё закупить продукты по дороге.

— Езжай, учи эту женщину нашей речи, а я буду думать, — ответил его отец, с сожалением глядя на то, как сын забирает у него со стола диковинную книгу, — И никому пока о ней не рассказывай.

"А ещё я буду думать, как оставить эту женщину под влиянием нашей семьи", продолжил мысленно Густав Обен, "И как обернуть на пользу нашему роду тот огромный интерес, который она из себя представляет для разных учёных в обеих странах".

После завтрака, состоявшего из яичницы с зеленью и какого-то не то отвара, не то местного варианта чая, Лора решила выйти из дома и осмотреться. Домовой вышел за ней во двор, но по его поднятым плечам и скованной походке было видно, что ему не по себе на открытом воздухе.

— Фаня, иди в дом, я не буду отходить далеко.

Тот ушёл с ворчанием:

— Во полях безводнех жаждеют веселия.

Лора осторожно обходила двор и заглядывала в постройки во дворе, сложенные из камней и закрывающиеся деревянными дверьми со щеколдами снаружи. Вскоре она набрела на подобие душевой кабины с возвышающейся рядом большой ёмкостью для воды с расширенным верхом и сужающимся низом. К этой кабине примыкал отсек с предметами, явно предназначенными для бритья. Там она заметила расчёску и небольшое висящее зеркало. Сразу почувствовав необходимость расчесать волосы, она приблизилась к зеркалу и взглянула на себя.

— А это что ещё такое?!

Лора увидела, что в центре её лба находится какой-то металлический кружок, прилипший к коже, и которого она почему-то на себе не ощущала. Она стала пытаться отцепить этот кружок, но только расцарапала свой лоб вокруг него. Наконец, она смутно вспомнила, что Лерой дотрагивался до её лба, когда она только попала в этот мир. Наверное, он нацепил тогда на неё это украшение, и он же знал, как избавить её от него. Снова взглянув на себя в зеркало и оценив собственную внешность, Лора резюмировала:

— Красота — страшная сила.

Торчащие в разные стороны спутанные волосы и металлическая блямба во лбу в ореоле покрасневшей расцарапанной кожи вызывали ассоциации с какими-то анимешными ведьмами. "И как меня ещё домовой не испугался?" Рассчесав волосы чужим предметом личной гигиены, Лора двинулась по двору дальше.

Следующая постройка содержала просторное внутреннее помещение с земляным полом, покрытым опилками, а на его стене висели кожаные сиденья и скрепленные между собой ремни. Возле дальней стены была невысокая загородка, за которой послышалась какая-то возня. Лора на цыпочках подошла туда и заглянула поверх загородки. И сразу отпрыгнула назад. Потом немного постояла, унимая бьющееся в испуге сердце, и заглянула снова. Полутораметровое чёрное тело существа, имеющего по четыре сравнительно коротких лапы с каждого бока, венчалось с одной стороны головой с большими, похожими на фасеточные, глазами, а с другой — раздвоенным хвостом. Этот "восьминогий двоехвост" посмотрел на Лору и высунул изо рта длинный узкий язык. Лора испуганно продолжала его разглядывать. А потом это существо приблизилось и приподняло переднюю половину тела, встав почти вровень с загородкой. Лора с писком выбежала из помещения и торопливо закрыла дверь на щеколду.