Чтение онлайн

Однако в свёртке я обнаружила красиво сделанный кинжал и ножны. В письме Тесса писала, что это подарок для моей защиты. Меня озадачило, что похититель позволил ей отправить мне подарок, прежде чем забрать её.

Кинжал был небольшим и идеально ложился в руку. С того дня я всегда носила его на бедре под домотканым платьем. Без Тессы рядом я чувствовала себя особенно уязвимой.

Фейри прошла за несколькими кружками и уселась прямо над отцом и его партнёрами по игре, будто действительно интересовалась «Королями и Костями». Любопытно.

Я заметила её ещё прошлым летом, когда собирала фенхель в лесу, незадолго до исчезновения Тессы. Тогда она последовала за мной домой. Я звала её с ветвей, но она ни слова не ответила — только смотрела. Все фейри умеют говорить, но я начала думать, что она не может, поскольку никогда этого не делала.

С тех пор она появлялась множество раз, просто наблюдая за мной, когда я развешивала бельё за нашим трактиром или трудилась в небольшом саду. Она даже сопровождала меня от дерева к дереву, пока я искала травы в лесу.

С тех пор как Тесса ушла, мне стало легче с её молчаливой компанией. Она казалась другом, даже если никогда не говорила.

— Ещё мёда, Марга! — прогремел отец из угла, его голос звучал неразборчиво.

Сквозь западное окно косились солнечные лучи, отбрасывая тени на грубые деревянные половицы.

Кроме троих мужчин, сидевших за столом с отцом, в таверне, расположенной под огромным чёрным дубом, не было никого. Посетителями были посол из Мевии, представитель лунных фейри, и два его стражника.

— Живее, девчонка, — бросил отец, потрясая кости и камни в кубке, прежде чем рассыпать их по вырезанной на столе доске.

— Прекрасная игра, Фестис, — заметил посол. — Кажется, удача на вашей стороне.

Я сжала губы, забрала кувшин мёда из-за стойки и направилась к их столу. Отец всегда был азартным игроком. С тех пор как Тесса пропала, это стало ещё хуже.

Я налила ему ещё мёда, а затем перешла к послу, знатному мевайцу по имени Рукард. Хотя я чувствовала на себе его взгляд, я намеренно не смотрела на него, пока наполняла его кубок.

Он был примерно ровесником отца, с сединой на висках и длинными каштановыми волосами, завязанными в хвост. Его изысканная шёлковая одежда с серебряной вышивкой ясно указывала на его высокий статус. Пока я стояла рядом, он расправил свои индиговые крылья, как будто хотел произвести на меня впечатление.

Лунные фейри были единственными среди светлых фейри, кто обладал такими красивыми, переливающимися крыльями — такими, какие могли бы быть у моего настоящего отца.

Но крылья посла не впечатлили меня, как и его похотливый взгляд. Его два телохранителя, оба в сине-серебряной броне Мевии, были гораздо крупнее его самого, и их крылья были насыщенного синего цвета.

Я не могла отрицать, что их крылья вызывали у меня лёгкое восхищение. Древесные фейри считались низшей кастой, недостаточно благословлённой богами, чтобы получить дар крыльев.

Тем не менее, я хорошо знала, что мои белокурые волосы и фиалковые глаза отличали меня от других древесных фейри. Только благородная линия иссосианских лунных фейри обладала таким цветом волос и глаз, как у меня. Но они рождались с крыльями. А я — нет. Я была полукровкой.

— Почему бы нам не повысить ставки, Фестис? — предложил Рукард.

Я бросила на него сердитый взгляд, пока наполняла кубок старшему телохранителю. Рукард улыбался, но его глаза продолжали блуждать по мне.

— Теперь у меня вся сумма, — самодовольно заявил отец. — Я назначу ставку, мой лорд.

Я поставила кубок темноволосого телохранителя на стол, игнорируя его лукавую улыбку, затем обошла его и осторожно положила руку на плечо отца.

— Папа, ты и так хорошо сыграл. Ты должен отложить это на зиму…

— Уйди, Марга, — отмахнулся он от меня. — Иди убери столы после клиентов.

Я не стала говорить ему, что все столы давно чистые, потому что у нас не было посетителей с тех пор, как посол и его люди прибыли два дня назад.

Древесные фейри не любили общество лунных. Не то чтобы мы были врагами, но лунные фейри часто пытались показать своё превосходство, особенно такие, как Рукард, с титулом благородного лорда. Они заставляли других фейри чувствовать себя неловко.

Как и меня в этот самый момент.

На столе было вырезано игровое поле, состоящее из четырёх квадратов вокруг центрального круга. Каждый из квадратов представлял одну из четырёх стихий: небеса, обозначенные звёздами; океаны, отмеченные волнистыми линиями; землю с круглыми камнями и горы с острыми пиками. В центре находился круг трёх адов, разделённый на треугольные сектора. А в самом центре треугольников — трон.

Когда игрок бросал кубок, наполненный тремя камнями, шестью костями и черепом грызуна, результат броска определял очки игрока за этот раунд. Я никогда не утруждала себя изучением правил, потому что ненавидела эту игру.

Она соблазняла отца тратить деньги, которые нам были нужны, чтобы наполнять кладовую едой, а бочки — мёдом.

Я знала только то, что камни приносили больше очков, чем кости, а четыре внешних квадрата были безопаснее и давали больше очков, чем три ада. Но если что-либо оказывалось на троне, очки удваивались. А если череп грызуна приземлялся на трон, игрок сразу объявлялся победителем, независимо от результата других.

Отец сдвинул все свои монеты в пустой квадрат слева от игрового поля.

— Ставлю все, — весело заявил он.

Камень тревоги упал в глубину моего живота. Я видела это прежде — его безграничную уверенность в победе, когда всё обычно оборачивалось против него.

— Высокие ставки, — серьёзно заметил Рукард, задумчиво почесав гладко выбритый подбородок. — Но я их принимаю.

Он достал из внутреннего кармана своего расшитого серебром камзола кожаный мешочек с монетами и высыпал их на стол. Там были не только серебряные и медные монеты, но и явное мерцание золота.

Я ахнула. Отец тоже. Но не по той же причине. Пока его глаза алчно блестели, я знала, что мои сверкали от страха.

— Я добавлю и это, — с усмешкой произнёс Рукард, снимая с пальца золотое кольцо с тройкой сапфиров и кладя его поверх монет. Оно упало с тяжёлым звоном.

— Я пас, — сказал тёмноволосый стражник.

— Я тоже, — добавил второй, откинувшись на спинку стула и делая глоток мёда.

— А вы, Фестис? — спросил Рукард. — Уверен, такой человек, как вы, способен остаться в игре.