Чтение онлайн

– Нам пора собираться.

– Но я хочу остаться у Тары!

Одинокая слезинка скатилась по щеке Лу и Эва тут же убрала её большим пальцем, а затем склонилась и поцеловала дочь в лоб.

– Я знаю. Мы вернёмся к ней, я обещаю. Но сейчас нас ждут приключения, совсем как принцессу Алию.

Женщина ободряюще улыбнулась дочери и поднялась с кровати.

Впервые за эти годы Эва подумала о том, что она невероятно устала, и что сдаться было бы очень приятно. Возможно выпей её до дна сегодня, Лу бы оставили в покое.

Силы возвращались постепенно, желание жить, хотя бы ради дочери, снова окружило её приятным теплом. Она будет бороться до тех пор, пока её не сломают, а может быть даже и после, ради Лу.

Тем временем где-то за гранью далеко на севере.

– Ирэн, гляди, дождь уже не льёт. Давай-ка, вынеси ведро во двор, поближе к лесу, дышать нечем! Как вернёшься, промнёшь и протопчешь сыромятку, не всю ж мне работу самой делать.

Седая, но ещё крепкая старуха отвесила мальчишке подзатыльник, помешивая в котле крепкий отвар из костей для кожной пропитки. Мальчишка насупился, но мигом подхватил ведро, он бы не посмел ослушаться эту женщину, иначе она заставит его ночевать в хлеву со свиньями, а не на лежанке у очага.

У грубо сколоченного забора из тонких брёвен ошивалась орава местных оборванцев. Самым старшим было около десяти, всего-то тремя годами старше Ирэна, но эти, за свою недолгую жизнь, уже успели многого понатворить. Поэтому мальчишка, скривив рот, наскоро перевернул ведро и опасливо попятился к дому.

– Эй! – окрикнул его главарь шайки Медведь. В свои десять он уже перерос любого, возрастом до семнадцати, и оставалось лишь гадать до каких высот когда-нибудь вымахает.

– Эй, ты, сопляк! – снова позвал его Медведь, а затем хлопнул по забору ладонью и тот закачался, грозясь вот-вот порушиться.

Ирэн покосился на него, но продолжал осторожно двигаться к дому. Он был напуган, ведь поговаривают, что этот парень со своей шайкой промышляют под началом здешних головорезов, что обучают их как своих преемников.

За спиной мальчишки послышалась возня, а затем треск древесины. Он остановился и испуганно обернулся.

Медведь проломил забор и перелез через пробоину. Следом за ним, неуклюже зацепившись за бревно, ступил другой парень, куда более щуплый и тут же повалился прямиком в грязь, ещё не успевшую застыть после проливного дождя.

– Вот же чёрт! – прохрипел он, скользя в грязи, но не бросая попыток подняться.

Не дав тому до конца встать, Медведь толкнул его снова в грязь, а затем с силой впечатал слишком крупную, для десятилетки, ступню мальчишке в спину.

– Червяк! Всё время по земле ползаешь!

– Ты,– Медведь снова посмотрел на Ирэна – как тебя зовут?

Мальчик решил, что лучше ему ответить, чем промолчать.

– Рэн.– Сказал он, задирая подбородок. Ему казалось, что так будет менее видно как ему страшно.

– Слышал?– Медведь рассмеялся, склоняясь к придавленному в грязи мальчику – Рэн, а не то что ты, Артур. Кто дал тебе это имя, а? Как будто ты у нас маленький королёк, а не обычный подкидыш.

Мальчик захныкал, когда Медведь надавил сильнее. Ирэн сделал шаг вперёд, мама учила его не стоять в стороне, когда другим нужна помощь, но что он мог?

– Ты же убьёшь его! – не удержавшись, выкрикнул он и тут же закрыл рот, сталкиваюсь с гневным взглядом Медведя.

Другие мальчишки выпячивали подбородки и угрожающе поглядывали по сторонам. Рэн подумал, что он умрёт лишь от того, что не вовремя вышел вынести горшок.

Внезапно что-то изменилось, небо затянуло тёмными тучами, грязь под ногами, казалось, почернела.

Из леса повеяло холодом, и все мальчишки повернулись в ту сторону.

Сердца каждого из них бились одно быстрее другого, потому как все они знали, что значит холод, приходящий из леса не в пору.

Ирэн никогда прежде не видел ни теней, ни кошмаров, что водятся в чаще. Но он о них слышал и этого ему хватило чтобы понять, умрёт не он один, сейчас погибнут они все.

Медведь зарычал совсем как зверь, перемещая ногу со спины Артура на землю и поворачиваясь к лесу лицом.

Ирэн неспешно подобрался к Артуру и потянул за руку, помогая встать. Остальные оборванцы разбегались кто куда, однако все знали, если тень тебя почуяла, то уже не сбежать. Надежда была лишь на Охотников, только они могли побороть любую тварь из леса.

Медведь, не долго думая, выдрал длинный кусок необтесанного бревна из забора и поднял над головой, словно то был меч, занесённый для сокрушительного удара.

Артур заскулил и ткнул пальцем в деревья слева.

Ирэн с Медведем посмотрели туда же.

В этот же миг время замедлилось, оставляя лишь видение существа, молчаливо наблюдающего за ними из-за мощных ветвей десятиствольника.

Тёмный силуэт размывался, не давая разглядеть подлинной сути, тени обтекали голову, оставляя открытыми лишь яркие жёлтые глаза.

Медведь обернулся к парням, а затем кинул брёвнышко в грязь и понёсся прочь, стремясь как можно скорее унести ноги.

Ирэн не мог себе такого позволить, здесь его дом. И пусть старуха иногда и бывала к нему жестока, но она была матерью его матери, а значит он не сбежит, оставив её умирать.

Артур схватил Ирэна за руку и затряс её.

– Бежим, Рэн!– зашептал он ему на ухо, так, словно они были давным-давно знакомы.

– Я не могу!– ответил Ирэн, подхватывая из грязи бревно, брошенное Медведем.

Артур снова заскулил, но остался стоять на месте, дрожа всем своим хилым телом. Его рыжие волосы потемнели от грязи и налипли на лоб.

Ирэн взмолился богу вечной тьмы, чтобы это не было последним, что он видел в своей короткой жизни.

Внезапно тень оказалась за спиной Артура, как будто появилась там из воздуха. Ирэн вскрикнул и мальчик тут же осел на землю, будто поняв его без слов.

Не задумываясь, Рэн замахнулся бревном, но тень лишь размылась в воздухе.

– Сзади!– Закричал Артур.

Рэн в развороте взметнул деревяшку, но и в этот раз она просквозила в воздухе, а тень исчезла.

Внезапно она появилась прямо перед Ирэном, жёлтые глаза сверкали, глядя прямиком вглубь него.

Закричав тьме прямо в её безликое лицо, мальчик ударил снова, и в этот раз он собрал всю свою храбрость в одном простом движении.

Внезапно палка почернела и достигнув цели не прошла по воздуху как прежде, а столкнулась с чем-то твёрдым, тут же отрекошетив.