Чтение онлайн

Сердце тяжело бухало, пока мой взгляд блуждал по разрушенному, окровавленному залу.

— Но ты не смогла этого сделать для меня. — Он отвел прядь волос, выбившуюся из косы. — Никто не смог. — Его голос огрубел, стал хриплым. — Никто, кроме моего брата.

Прежде чем я успела осознать его слова, он снова вонзил клыки в плоть на моем горле. Я почти не почувствовала, как они пронзили кожу, но ощутила глубокое тянущее движение в груди, когда он начал пить. Я заставляла свое тело пошевелиться, но ничего не выходило.

Я справлюсь.

Паника и страх проникали глубоко внутрь, находя ту часть, которая спряталась в тот момент, когда существо, притворявшееся Исбет, передало свое послание. Ту часть меня, которая была Поппи. Не ту версию, что носила вуаль, и не ту, что обладала божественными силами, а ту, что наконец нашла в себе мужество взглянуть правде в глаза, какой бы суровой она ни была. Ту, что научилась по-настоящему смеяться. Ту, что научилась перестать прятать свои шрамы — и видимые, и невидимые. Ту, что научилась принимать их. Поппи, которая узнала, что такое свобода. И какова любовь на вкус. Поппи, которая только начала открывать саму себя. И этот страх и паника не просто разъедали эту часть меня изнутри; они сводили на нет всё, что я сделала, чтобы стать тем человеком, которым была сегодня. И это казалось непоправимым.

Рот у моего горла внезапно прекратил свои жадные движения, и Колис напрягся. Сквозь полузакрытые глаза я увидела сущность, поднимающуюся к поверхности. Темно-багровые тени проступили под кожей его плеч и заскользили по рукам, ныряя под золотой наруч.

Он шевельнулся, и моя голова откинулась еще сильнее. Взгляд скользнул по залу—

Кое-что привлекло мое внимание. Двери Большого зала. Они были открыты. Разве раньше они не были закрыты? И Аттес… я видела лужу крови.

Но Аттеса там не было.

А теперь двери… Они были закрыты.

Слабое жужжание возникло в области талии и спины. Я чувствовала его, и ощущение быстро усиливалось, пока не стало казаться, будто меня жалят сотни разъяренных шершней. Челюсть свело, пальцы судорожно дернулись. Обжигающая боль расцвела под кожей, стягивая и пульсируя— О боги. Это была его сущность.

Дрожь сотрясла меня: я почувствовала, как кожа начинает покрываться волдырями и гореть. Я попыталась задействовать ноги, чтобы вырваться из его хватки, но ступни скользили по плитке. Я держала челюсти крепко сжатыми. Он хотел, чтобы я кричала, и один крик он от меня уже получил. И больше. Он получил мои мольбы, когда я просила его остановиться. Больше он не получит ничего.

Я справлюсь.

Я должна.

Я безучастно смотрела в пустоту, пока огненная агония ползла по коже, заставляя гореть каждый нерв. Отчаяние, подпитываемое болью и паникой, затопило чувства. Тьма вспыхивала перед глазами. Конечности дергались, будто привязанные к невидимым нитям, за которые кто-то тянул. Я не могла этого вынести. Это было слишком. Поднялся запах обугленной плоти. Я не могла дышать. Грудь сдавило. Я не могла с этим справиться.

Я хотела, чтобы всё закончилось.

Я хотела умереть.

И это было доказательством того, что я не была сильной. Что я не выросла. Всё это казалось лишь фасадом, и это осознание сокрушало само мое естество.

Я закричала.

Снова.

Я кричала, раздирая горло изнутри—

Острая, внезапная боль пронзила пылающую агонию. Она взорвалась, устремляясь вверх и расходясь по челюсти, когда Колис вырвал клыки. Хриплый, тихий стон вырвался у меня, когда он вскинул голову. Его черты были размыты — всё, кроме губ. Его перепачканных красным губ.

Колис склонил голову набок, а затем резко дернул ею в сторону. — Какого—?

Поток искрящегося серебристого эйзера пронесся над моей головой, с громким треском врезавшись в Колиса. Удар вырвал меня из его хватки. Я упала на пол; звук и свет уступили место благодатному небытию. Прошло мгновение. Может, больше. Затем я почувствовала, как сущность слабо пульсирует, вырывая меня из бездны. Звуки вернулись приглушенными обрывками криков, треском энергии, грохотом и ударами. Двери Большого зала… В них кто-то ломился. Воздух хлынул в легкие. Следом пришли ощущения. Глубокая, пульсирующая боль расцвела в горле. Жгучая боль опалила левый бок в области талии и спину. Глаза приоткрылись.

— Отойди от неё, — потребовал незнакомый голос; его богатый тембр нес в себе акцент, напоминавший Каса, но более выраженный. — Сейчас же.

— А то что? — Колис издал этот холодный, ломкий, как сухие кости, смешок. — Что ты собираешься делать, Теон?

Вдох — слишком слабый и поверхностный — замер в легких.

Теон?

Первородный бог Согласия и Войны? Неужели это тот самый Теон?

Я попыталась заставить себя пошевелиться, но застряла, лежа на жгущей огнем спине. Всё, что мне удалось, — это повернуть голову, и это усилие затуманило зрение, заставив всё поплыть. Я моргала, пока дымка не рассеялась настолько, что я смогла различить очертания высокого широкоплечего мужчины в темной одежде. Его кожа была насыщенного коричневого оттенка, а волосы заплетены в тугие косы под бронзово-черным шлемом. Глаза не могли сфокусироваться достаточно, чтобы разобрать черты лица, но я знала — это он.

Разряд серебристого эйзера дугой прорезал зал, и камень слева от меня треснул, подняв облако пыли.

— Я заставлю тебя, — сказал Теон, и клочья тумана потекли с его пальцев.

— О, на это я бы с удовольствием посмотрел.

Рука Теона метнулась вперед, и вспышка эйзера сорвалась с неё, проносясь в пространстве между мной и Колисом.

— Угадай что? Ты промахнулся. — Смех Колиса стал глубже, гуще и эхом разнесся по залу. — Хочешь знать, что еще?

— Не особо. — Теон слегка повернул голову.

Я подумала, что он, возможно, отслеживает перемещения Колиса, но не могла оторвать голову от пола, чтобы увидеть, движется ли истинный Первородный Смерти.

— Ты глупец, — сказал Колис. — Раз пришел один.

Мой взгляд скользнул по размытым очертаниям диванов и кушеток. Я ничего не видела в затененной нише.

Теон ничего не ответил.

— Ты идешь на огромный риск, выступая против меня в одиночку. Думаешь, справишься со мной? — спросил Колис, входя в поле моего зрения. — Я ожидал, что ты будешь менее безрассудным.

Я почувствовала внезапный глухой толчок осознания.

Рядом… рядом дракен.

Я не думала, что во мне осталось достаточно сущности, чтобы понять, кто это.

— Я имею в виду, посмотри на Аттеса, — продолжал Колис, его испачканные кровью белые брюки колыхались, когда он приблизился к одному из колонных входов в нишу. Темно-багровые тени извивались под кожей его живота и груди. — Не стоило почти никаких усилий вывести его из игры. — Он покрутил головой из стороны в сторону, словно разминая затекшие мышцы. — С другой стороны, он больше не Первородный Двора. Это ослабляет его. — Он сделал паузу. — Она ослабляет его. — Он хмыкнул, когда я вздрогнула. — Идиот.