Чтение онлайн

Валерия все это время тоже не скучала. Она оставалась в ротонде вдвоем со служанкой совсем недолго. Эта замужняя женщина тоже ждала встречи с мужчиной, но ее герой не был ей любовником: он разделял ее увлечение. Девушка в очередной раз встречалась с младшим из семьи Клавдиев – Константином. Он любил стихи и поэмы и сам сочинял их.

Мужчина подошел неуверенной походкой и вручил девушке цветок белой розы.

– Доброе утро, Валерия! Как ваше настроение сегодня? – поинтересовался он.

Константин казался ей немного зажатым и смущенным, тем не менее он, несмотря на робость, каждый раз пристально разглядывал Валерию с головы до пят, будто увидел впервые. Впрочем, может, он и вправду все еще изучает ее, ведь они встречаются в парке всего четвертый раз.

– У меня утро всегда доброе! – улыбнулась она в ответ.

Девушка старалась улыбкой скрасить впечатление от размолвки. В прошлый раз они сильно поспорили: Константин рассказал о новом эпосе поэта Ювенала и о тайном смысле, подтексте, заложенном в поэме. Но Валерия ничего такого там не увидела, ей все казалось предельно ясным и понятным. Она высказала свое мнение, Константин не согласился, они приводили аргументы, но каждый стоял на своем. Тогда они расстались раздосадованные, даже толком не попрощавшись, и сейчас старались загладить свою резкость.

– Вы, как всегда, свежи и прекрасны!

– Вы льстец, Константин! «Свежи», «прекрасны» – к чему эти слова? Я же вас просила: не смущайте меня похвалами.

Мужчина замешкался и попытался исправить ситуацию.

– Как прошла ночь? Надеюсь, вас никто не побеспокоил… – спросил он и вмиг понял, что такие вопросы вообще некорректны.

– Моя ночь? – удивленно спросила Валерия. – Я замужем и страстно люблю своего мужа. И хочу напомнить: мы с вами общаемся только как друзья. Пожалуйста, обойдемся без этих ваших сладких дифирамбов и займемся чтением!

– Разумеется… – покраснел Константин и сменил тему. – Зачем нам читать чужие сочинения? Я жду ваших новых строк. Вы что-нибудь написали за те дни, что мы не виделись?

– Вы хотите моих новых стихов? Так слушайте!

И Валерия начала читать:

Люблю тебя осенним утром

И ночью темною люблю.

Пусть ты не думаешь об этом,

Я все равно тебя люблю!

Константин застыл в удивлении:

– Как это приятно слышать!

– Не обольщайтесь! – снисходительно улыбнулась Валерия – Это не о вас. Эти строки я написала, думая о своем богоподобном муже!

И начинающая поэтесса продолжила:

В твоих очах я вижу солнце,

А на устах – сиянье звезд…

«О Венера! Какая же она простодушная и нежная», – подумал Константин, продолжая с умным видом внимать наивному творчеству Валерии.

В суете и излишествах императорской жизни Анастасия ощущала, что ей нужен глоток другого воздуха, иная атмосфера. Она ждала Маркуса со дня на день, но до его возвращения Ане захотелось хоть на секунду сбежать в Нью-Йорк, поговорить с отцом. Она надела венец, сосредоточилась, воспроизвела в памяти место назначения и прикоснулась к нужным точкам…

Отец встретил Ану в гостиной. Из новехоньких колонок «Мартин Логан» звучал томный блюз. Головка винилового проигрывателя, словно по волнам океана, плыла по черной поверхности пластинки. Стеклянный стол аппарата выглядел массивно, а его желтая подсветка придавала «ламповости» сему процессу воспроизведения музыки. Тонкий ременной привод передавал крутящий момент со шпинделя двигателя на тяжелый полированный опорный диск. Всё это завораживало магией механического движения.

В целом обстановка отцовского дома походила на жилье британского денди. Ана удивлялась тому, что в свои уже немолодые годы отец сумел сохранить интерес к жизни – к красивым вещам, авторитетным людям, общественным событиям. Музыка, театр, кино, общение – его увлекало всё!

После смерти жены Роберт второй раз так и не женился. Нет, он не стал отшельником, его жизнь была насыщена сексуальными победами, но он старался не привязываться к женщинам и не строить серьезных отношений. Анастасии импонировал такой подход: она не представляла себе жизнь в новой семье – с мачехой и, возможно, сводными братьями и сестрами.

– Милая моя доченька, как же я соскучился! Садись. Выпьешь что-нибудь? – спросил отец.

– Да, хочу выдержанного виски! Знаю, у тебя в запасниках есть самый-самый лучший.

Роберт достал из большого бара коллекционную бутылку, откупорил ее и налил янтарную жидкость в граненые хрустальные стаканы.

– Детка, неужели есть повод что-то отметить? Может, успехи в наших поисках?

– Нет, папочка, просто хочется чего-то из того, что недоступно мне там, в моем мире.

– В твоем мире? – удивился отец. – С каких пор тот мир стал твоим? Не пойму, почему ты так привязалась к римской культуре? Она тебе еще не наскучила?

– Папа, ты, о чем? Я девять лет своей жизни посвятила Риму, там мой второй дом, семья, близкие люди. Все уже завязано в один узел!

– Но, может, попробуем еще раз совершить прыжок, но только уже в другое, более раннее время? А вдруг там нам больше повезет, и мы найдем образец чистого атлантума?

– Может, найдем, а может, и нет! – возразила Ана.

– Начнешь все сначала… – продолжил развивать эту тему Роберт.

– Только ради этих эфемерных поисков менять устоявшуюся жизнь? Я не буду обустраиваться снова на другом месте.

– Да, ты права, дочка! – согласился отец. – Как всегда, права.

Ана понимала его идею отыскать атлантум с меньшим риском, в дальнем прошлом. Ведь каждый прыжок отнимал здоровье, энергию и годы жизни. Без вливаний атлантума, джамперы во времени, были обречены семимильными шагами идти к саморазрушению.

– Прости! Зря я затеял этот разговор… не хотел говорить о нашем деле, но, к сожалению, мы не можем забыть о нем ни на минуту! – запнулся Роберт и замолчал.

Возникла пауза и Ана поспешила сменить тему разговора.

– Пап, представляешь, у меня был контакт с одним крепким наездником. И я вдруг подумала, что он тоже может быть «птенцом». Этот поиск как маниакальный психоз, одержимость. Теперь я ищу «птенцов» даже в тех людях, которые меня окружают!

– Вау, такими темпами ты скоро весь древний мир, всех его жителей превратишь в подопытных кроликов! – рассмеялся профессор и долил виски в стаканы; он понимал опасения дочери, но держался спокойно и уверенно. – И как проявил себя «крепкий наездник»? Почему ты решила исследовать именно его?

– Не знаю. Но его сила и мощь – это что-то нечеловеческое! – рассмеялась Анастасия.

– А ты не думала больше времени проводить здесь, дома? Познакомиться с хорошим парнем, завести детей и семью? В Риме все отлично работает и без нашего участия, ты могла бы там уйти в тень, – предложил отец.

От удивления Анастасия растерялась, но взяла себя в руки:

– Нет и еще раз нет! Сейчас у меня назревает что-то особенное, какое-то событие. Я это чувствую! Как я могу все пустить на самотек? Я там живу, там я императрица. А кто я здесь? Заурядный исследователь в семейной компании? Нет уж! Когда-нибудь я вернусь сюда навсегда, но позже. У меня огромная ответственность перед римским народом, перед историей и даже перед мужем.