Чтение онлайн

— Максим Михайлович? — Деликатно поскребся в дверь человек из обслуги, привлекая внимание. — Можно вас на секундочку?

Пришлось выходить, для порядка и спокойствия конкурсантов предварительно выкинув две пачки пятисотенных на постель, а на тумбу отсчитав еще двадцать купюр.

— Да? — Вышагнул я в коридор, прикрывая крики и вопли счастья тяжелой створкой.

— К вам пришли, Максим Михайлович, — с полупоклоном ответил слуга, указывая на стоявшую рядом Нику.

А та с подозрением смотрела на дверь за моей спиной.

— Привет, — оглядел я ладную фигуру девушки в спортивном костюме, с забранными в хвост волосами. — С пробежки?

— Это на всякий случай, — все же перевела она на меня взгляд. — Готовность ко всему! Итак, сейчас утро. Я тут!

А и действительно — как-то быстро наступил новый день, почти незаметно.

— Одну минуту, — попросил я, заглянул внутрь номера и громко призвал всех закругляться.

За спиной почувствовалось сопение — сначала любопытное, потом до крайности возмущенное. Но стоило повернуться — Ника обнаружилась на прежнем месте, индифферентно смотрящей в сторону. И только легкий порыв ветра доказывал, что отпрыгнула она в последнее мгновение.

— У нас тут турнир был, — пояснил я, посторонившись и встав рядом с Никой, чтобы дать пройти девушкам, на ходу поправляющим платья после недавнего веселья и обнимания.

Дамы проходили мимо, одаривая усталыми, но признательными взглядами меня, и ревнивыми и высокомерными — Нику. Было много воздушных поцелуев, махания ладошками, а после второго десятка отчего-то почувствовалась давящая волна гнева от соседки сбоку.

— А вот и наша победительница, — улыбкой я встретил Сильвану, пожав аккуратную ладошку и терпеливо выслушав десяток «Спасибо, спасибо, спасибо!» от повисшей на шее девушки.

— И что в ней… Такого особенного? — Арктическим тоном спросила Ника.

— О! Эта ее французская комбинация, это просто нечто, — ответил я, вспоминая финальную партию и покосился на соседку.

Та озадаченно одними губами повторила эту фразу, словно запоминая. Но уловив мое внимание, тут же вернулась к холодному и отстраненному виду.

— Ну, Максим Михайлович, я эту ночь на всю жизнь запомню, — вышел крайне довольный сибиряк-победитель и с чувством пожал мне руку. — Такого удовольствия еще никогда не получал!

Рядом явственно пошатнулась Ника.

А когда за первым вышагнули еще двое и тоже стали благодарить, пусть полусонные, но счастливые — то очи девушки обрели почти идеальную круглую форму.

— Надо будет повторить! — Подытожили они.

Последней вышла Анжелика, пошатываясь и придерживая стену одной рукой — она единственная не пренебрегала шампанским весь вечер. И единственная смотрела на меня с искренней обидой.

— Такой униженной я себя еще никогда не чувствовала. Лучше бы ты меня той дсокой отш… Отшлепал. — Пробормотала и неуверенной походкой двинулась по коридору.

— Ну ты и сволочь, Максим, — уверенная в своей правоте, с чувством выдала Ника.

— А что я? Сама же ничего не умеет. Научится, вся жизнь впереди. — Пожал я плечами.

— Первостатейная сволочь. — Констатировала Ника. — Учти, если твое желание будет таким же извращенным, то я лучше себя прибью. И тебя заодно постараюсь.

— Что плохого в шахматах? — Изумился я.

— Каких еще шахматах? — Посмотрела Ника, нахмурив брови.

— Обычных шахматах, — распахнул я дверь, зашел внутрь и жестом указал на пространство комнаты, не видимое из коридора.

— Я в твой вертеп не зайду! Даже не заманивай. — Отчего-то отшагнула она подальше, глядя с опаской.

— Из коридора тогда посмотри, — пожал я плечами. — Вон, туда встань.

Девушка задумалась, словно подозревая коварный замысел, но пару шагов все же в том направлении сделала и вытянула шею, выглядывая обстановку внутри номера.

Затем замерла, пытаясь осознать увиденное. Все эти столы, заставленные шахматными досками и расставленными на них фигурами. Все эти бутылки минералки и бокалы подле… Заправленную постель… И залилась краской до самых кончиков ушей.

— А вы что подумали, смею спросить? — Строго спросил я у прячущей взгляд Ники.

— Я, просто… Ведь это же ты…

— Дочь уважаемых родителей! — Провозгласил я на весь коридор.

— Тихо ты! Пожалуйста! — Шикнула Ника, нервно озираясь.

— Аристократка в… Каком поколении, кстати?

— Все, я была неправа. Но это ты опять подстроил, чтобы я была неправа! — Гордо подняла она подбородок.

— Угу, угу, — покосился я на часы.

У меня, между прочим, экзамены еще сегодня — иностранный язык и физика. Первый относился к факультету «Мировой политики», как вчера история, оттого не сильно волновал. А вот второй был особенно важен, и помехи мне на нем были не нужны. Кстати, о помехах…

— Значит, вернемся к моему желанию. По твоей просьбе, самое страшное — шахматы — мы исключаем.

Ника вновь залилась краской, но продолжила изображать холодный и отстранённый взгляд.

— Значит, будет что попроще, — подытожил я. — Пойдем, — и первым отправился на выход из гостиницы.

Водитель со всем необходимым должен был уже ожидать на парковке. Задержавшись на пару минут, чтобы сдать ключи и выписаться из номера, мы вышли в тень внутреннего двора здания-колодца, огороженного от остального мира высоким забором и шлагбаумом, подошли к рабочей «ауди» и остановились возле задней двери.

— Желание будет таким, — потерев переносицу и отгоняя неожиданно взявшуюся сонливость, начал я. — На заднем кресле лежит чемодан. Носишь его за мной целый день. В аудитории заходить не надо, достаточно ждать в коридоре. Открывать его нельзя. Перекладывать содержимое нельзя. Пользоваться чужой помощью нельзя.

— Там героин, да? — Перебила Ника нервно.

— Нет, — терпеливо ответил я, открывая дверь и указывая на желтый кожаный чемодан, лежащий на боку, ручкой вперед.

— Взрывчатка? Краденные деньги? Человеческие органы? Боевая химия? Нейротоксин?!.. — Лихорадочно оценила девушка увиденное, не торопясь взять его в руки.

— Ника! — Осадил я ее. — Там абсолютно законное содержимое. Даю слово, ничего криминального. Полностью безопасно.

— Тогда в чем подвох?!

— Ну, оно тяжелое, — пожал я плечами.

— Не может быть, чтобы не было подвоха. — Опытным тоном произнесла она.

— Обещаю, что задание выполнимо, — поднял я очи ввысь и выдохнул. — Но если этим вечером ты будешь не рядом со мной — желание считается невыполненным. Нет, я не буду от тебя сбегать! Но и сообщать, где я — не обязан.

Ника нахмурилась, но все же взялась за ручку, осторожно потянув на себя.