Коротко и точно: новые правила устной и письменной коммуникации в современном мире
Шрифт:
Итак, мы взяли все наработки, полученные в ходе написания сотен тысяч историй, и создали инструмент с искусственным интеллектом, чтобы помочь другим общаться с помощью Умной краткости.
• Технология называется Axios HQ. Она помогает обучить Умной краткости всех, кто хочет значительно улучшить навыки письма и общения.
• С его помощью сотни крупных организаций, таких как NFL; компании, такие как Roku; политики, например, мэр Остина, штат Техас; школьные системы и риелторы изменили свои отношения с сотрудниками, избирателями и покупателями. Зачастую они замечают в соцсетях повышение вовлеченности в два или три раза при использовании Axios HQ. Мы поделимся несколькими примерами из практики в этой книге, чтобы помочь вам самим применить этот инструмент в действии (более подробную информацию вы найдете на сайте SmartBrevity.com).
В этой книге вы заметите периодические отклонения от формулы Умной краткости.
ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО: Это общее направление, а не жесткие правила, которые никогда нельзя нарушать.
Если вы будете жить по принципу Умной краткости, ваши коммуникации сразу же станут более запоминающимися и сильными. Но ваша цель – информировать, увлекать, мотивировать конкретную аудиторию. Так же, как человеческий разговор не всегда идет по одной и той же схеме, иногда вы можете добавить интригующее предложение перед кульминационным моментом.
• Золотым стандартом всегда будет то, что лучше для аудитории, – наиболее ясная и эффективная структура, которая работает для читателя, за чье внимание борются сразу сотни сообщений.
В ИТОГЕ: Умная краткость – это музыкальная теория – она дает вам логику и элегантность. Но эта великолепная структура оставляет место для… импровизации.
У ЦРУ была проблема.
Аналитики агентства располагали самыми интересными разведданными в мире. Но самые важные факты и информация об угрозах терялась в тумане слов.
Это было во время правления президента Трампа. Агентство знало, что у его «главного клиента» память, как у золотой рыбки. Для секретного агентства в ЦРУ трудоустроено, пожалуй, достаточно много людей, работающих с текстом, – достаточно, чтобы заполнить аудиторию, в которой Майк и оказался в 2019 году. Его попросили рассказать о его любимых приемах, позволяющих определить, что в куче данных действительно интересно.
• Его совет, который работает всегда: спросите источник информации, что в них самое интересное. Он знает и скажет вам.
• Но если вы попросите его написать об этом отчет, он либо похоронит эту информацию, либо, что более вероятно, опустит ее.
ЦРУ выпускает самый лучший информационный бюллетень – ежедневное президентское резюме, представляющее собой примерный план ежедневного брифинга для президента в Овальном кабинете от разведбюро. Филипп Дюфрейн, бывший автор этого резюме, который теперь работает у нас в Axios, применяя на практике Умную краткость, переписал бы гипотетический бюллетень ЦРУ следующим образом:
ТИЗЕР
ПЕРВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО
КОПНЕМ ПОГЛУБЖЕ
ТИЗЕР
ПЕРВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО
КОПНЕМ ПОГЛУБЖЕ
3. Путь к Умной краткости
ПОДСЧЕТ УМНОЙ КРАТКОСТИ:
1319 слов
9 минут
Признание: у нас троих сначала ни черта не получалось в Умной краткости.
ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО: Мы испытывали такие же трудности с простотой и краткостью, как и вы. Но наше путешествие показало, насколько они нужны и какие возможности успеха открываются, когда вы меняете то, как говорите, пишете, работаете и думаете.
ПРЕДЫСТОРИЯ: Журналисты – главные противники краткости. Как известно, мы измеряем свою самооценку в количестве слов и подписей под статьями. Чем больше, тем лучше.
Майк и Джим добились известности, освещая президентскую деятельность в газетах The Washington Post, The Wall Street Journal и TIME, написав сотни тысяч слов. Мы брали интервью у президентов, летали на Борту номер один, болтали на телевидении.
• Мы хвастались перед боссами, когда находили тему настолько стоящую, что могли написать о ней тысячи слов. Мы никогда не задумывались: это вообще кто-нибудь читает? Должен ли кто-нибудь это читать?
Затем появился интернет. Матерь божья, какой это был сигнал к пробуждению. У интернета было то, чего никогда не было у газет: фактические данные о том, кто что читает на самом деле. Данные обладают забавным умением приводить в чувство. Они оставили нас беззащитными перед лицом правды: большую часть написанного нами никто не читал. Мы заполняли дыры в газетах, но это были черные дыры, засасывающие наше время и энергию. И ваши тоже.
Николас Джонстон руководил фабрикой краткости собственного изготовления в Bloomberg, создавая вашингтонский филиал их быстродействующей новостной службы FirstWord. Она предоставляла трейдерам с Уолл-стрит и вашингтонским инсайдерам короткие насыщенные информацией сообщения, сводки, аналитику и контекст.
• Они пользовались бешеной популярностью у состоятельных читателей в Нью-Йорке и Вашингтоне, которые хотели знать только то, что им было нужно, без всяких пустяков и предысторий, которые вставляются в обычные новостные материалы.
• Ник любил рассказывать историю (возможно, вымышленную) об указании, которое он дал одному из своих репортеров, когда сенатор Гарри Рид, бывший лидер демократов, объявил о своей отставке. «Мне все равно, каким будет пятое слово в сообщении, – сказал он. – Если только первые четыре будут “Рид не будет баллотироваться”».
Идея заключалась в том, что занятым и хорошо информированным читателям Bloomberg не нужна лишняя информация о том, где вырос Рид, какие законопроекты он поддерживал или как он работал офицером полиции Капитолия во время учебы в юридическом. Все это они уже знали, возможно, от самого Рида. Им просто нужно было знать, что он уходит в отставку. И еще – знаем ли мы, кто его заменит (Шумер), и именно этому должны были быть посвящены пятое, шестое и седьмое слова в сообщении.
Ник перешел из Bloomberg в наш отдел новостей и быстро стал язвительным евангелистом, нацарапав на наших стенах проповеди типа: «Имейте смелость убрать руки от клавиатуры» и «Кучи текста заставляют глаза грустить».
• Большинство людей читали наши заголовки, а некоторые – первые несколько абзацев. Но часто только друзья и члены семьи читали статью целиком. Унизительно? Еще бы. Представьте себе, что вы успешный певец и узнаете, что никто на самом деле не слушает ваши песни.
Рой занимался похожей деятельностью в мире консалтинга. Он помогал создавать длинные презентации в PowerPoint и стратегические отчеты, которые мало кто читал. Получая степень MBA, он удивлялся, почему никто не учит его общаться или писать так, чтобы сэкономить людям время. Но когда его карьера пошла в гору, он перестал задавать вопросы и начал делать то, что делали все остальные. Мы все – послушный офисный планктон.
СИТУАЦИЯ В ЦЕЛОМ: Интернет открыл мир новых возможностей. Мы просто не успеваем реагировать на изменения.
• Из-за интернета Майк и Джим ушли из TIME и The Washington Post, чтобы основать Politico. Джим до сих пор помнит, как Дон Грэм, легендарный владелец The Washington Post, затащил его в свой кабинет и предупредил своим сиплым голосом: «Ты совершаешь катастрофи-и-ическую ошибку». Мы были не согласны. Нам не нужна была бумага для печати или крупное учреждение, чтобы получить передозировку слов. Мы могли сделать это сами.
• Мы создали большой цифровой медиа-стартап – новую фабрику по производству еще большего количества слов. Жена Джима дала ему идеальное название: Politico. Мы соединили интернет с кабельным телевидением и ненасытным аппетитом публики к политике, и вуаля!
• По многим показателям это был большой успех. Мы стали соорганизаторами президентских дебатов, наняли сотни сотрудников и изменили то, как люди читают и думают о политике. Рой, который работал в Gallup – международной фирме по проведению опросов и консалтингу, – присоединился к нам, чтобы превратить наш маленький шумный стартап в гараже в настоящий бизнес.