Чтение онлайн

обращение оперативника УСБ Маслова. «Добро» он все-таки дал с указанием поставить

на первую полосу с большой фотографией генерала, но попросил все еще раз тщательно

проверить.

Когда прошла эйфория и выпуск «Колокола» поступил в продажу, Алена со всей

серьезностью поняла, что самонадеянно села в лужу.

Весть о статье разошлась со скоростью света. Знакомые в местных органах

внутренних дел категорически отказывались от комментариев, бросая трубку. Люди в

министерстве, на которых ей удалось выйти, характеризовали Всеволода Матвеевича

Бирюка исключительно с положительной стороны и высказывали недоумение по поводу

озвученных обвинений.

Попытка найти Алексея Маслова тоже не увенчалась успехом: оперуполномоченный

уволился из органов в октябре, практически сразу после размещения обращения в сети, и

покинул ненавистный Южноморск. В настоящее время место его нахождения было

неизвестно.

Затем позвонил разъяренный Бродник, долго орал в трубку, что Алена нарушила

достигнутые с ним договоренности, тем самым, подставив и его, и родственников под

удар. На что она резонно заметила, что в статье нет ни одного упоминания его почтенной

персоны.

Но самое печальное, что она вновь оказалась в отправной точке: выплеснула все, что

знала, а неопровержимых доказательств по-прежнему не появилось. Не дай Бог, генерал

Бирюк потребует опровержения или – и того хуже – подаст в суд.

В довершение ко всему позвонил Андрей Владиленович: поздравил с несомненным

успехом – это была ирония, а затем всех собак спустил, обещал, что после того, что

Соболева с ним сделала и как поступила, ее в России ни в одну газету на работу не

возьмут даже уборщицей. Ведь это ОН ее сюда отправил (Алена считала, что сослал) для

достижения вполне конкретной цели, а она его кинула и «легла под конкурента». Он был

абсолютно уверен, что обладает эксклюзивными правами на использование материала о

коррупции в Южноморске, считая статью Дмитрия Смелова и историю генерала Бирюка

звеньями одной цепи…

Салехов вышел из своего кабинета мрачнее тучи, вовсе не разделяя праздничного

настроения сотрудников редакции:

– Звонили из приемной генерала… Губернатор срочно требует к себе с объяснениями, -

он посмотрел в на Соболеву. – Вернусь – нужны будут все документы. Наша позиция

должна оставаться незыблемой. Копай!

Глядя, как главред направляется к выходу, она тяжело вздохнула. Все это стоило

делать «до», а не «после». Страшно было подумать, что случится, если ей не удастся найти

никаких свидетельств против Бирюка?

Дальнейшая часть дня оказался необычайно плодотворной и насыщенной для

общения. Звезды ей благоволили, и к вечеру, после посещения кафе «Семь красавиц» и

ресторана «Аксакал» сформировалась вполне четкая картина событий.

Никто особо распространяться не желал и тем более опасался давать свидетельские

показания, но персонал заведений общепита в приватной беседе сообщил следующее:

1. Стрельба в кафе действительно была. Стрелял Всеволод Бирюк.

Пострадавших увезли на скорой. Прибывшие на место происшествия сотрудники полиции

в хороших погонах рекомендовали свидетелям не распространяться об увиденном, чтобы

не порочить раньше времени честь и достоинство уважаемых людей.

2. Банкет в ресторане имел место быть. Генерал отмечал шестидесятилетний

юбилей. Стол накрывали на сто персон. Подарки после празднования вывозили в

несколько заходов подчиненные Бирюка. Обязательное наличие в меню изысканных

сортов элитного алкоголя, морских гребешков с черной икрой, стейков из мраморной

говядины, ягненка с картофелем, карамелизированными баклажанами и маринованным

луком оговаривалось заказчиком заранее.

Главное, что разговоры удалось записать – как всегда тайком, «не для протокола».

Понимая, что в суде подобная запись доказательством являться не может, Алена, тем не

менее, успокоилась – у нее в руках железобетонные факты, чтобы отстаивать свою

позицию в споре с сильными мира сего.

Вечером Ринат Халикович встретил ее с серым лицом и горящими глазами.

– Что я тебе плохого сделал?

Не уловив сути вопроса, Соболева пожала плечами, а он продолжил, поясняя:

– Ты разворошила муравейник! Такой суеты в администрации я не видел давно.

Губернатор топает ногами, Бирюк китель на себе от гнева рвет, обещая сгноить меня на

Колыме, а по тебе, Алена, такими эпитетами прошелся, повторить которые даже моя

байкерская совесть не позволяет. Короче, проблем нам пообещали море. А шум уже

поднялся такой, что вышел далеко за пределы Южного федерального округа. Все ждут

реакции Москвы. Они там, – Салехов указал пальцем наверх, имея ввиду руководство края, -

бояться, что из под них мягкие кресла выбьют и по жирным задницам пендаля дадут.

– И что теперь делать?

Главред сверлил ее взглядом, задумчиво прикуривая сигарету, затем бросил на стол

перед ней пачку, предлагая присоединиться.

– И откуда ты свалилась на мою голову?.. Будем продолжать! – Он энергично хлопнул

ладонью по столу. – Пути назад у нас нет. Либо отобьемся, либо сгинем в паутине интриг.

Хотелось бы первое… Наработки есть?

Соболева отрицательно покачала головой.

– Хочу отыскать людей, с которыми конфликтовал генерал. Больше пока ничего.

Ринат кивнул головой и протянул короткий список: