Чтение онлайн

– Ну, будь я... я мог бы поклясться, что выписал ему чек по этому счету на следующий же день.

– Он говорил что-то о том, что чек вернули, - допустила Тананда.

– Должно быть, продержал его у себя, пока я не закрыл банковский счет. Проклятье! Я думал, у меня все улажено.

– Вы закрыли счет в банке?

Хус подмигнул ей.

– Нет, я закрыл банк. Это было, когда я укреплял свои владения.

– О! Как я говорила, если бы вы хотели установить график выплат...

Он махнул ей, прося помолчать, и открыл верх тележки с лотком. С высоты своего роста я увидел, что дно ее заполнено золотыми монетами.

– Почему бы нам просто не урегулировать это сейчас же?
– Предложил он.
– У меня есть с собой немного наличных... понимаете? Холодных наличных. Давайте посмотрим, вам понадобится какой-то процент с этого...

– Господин Хус!

Обернувшись, мы увидели шагающего к нам директора банка.

– Я думал, мы договорились, что вы будете производить свои сделки через банк! Ношение наличных - это открытое приглашение для преступных элементов, помните?

– Что за шум здесь происходит?
– Из двери позади нас появился Хорек.
– На мой взгляд, это не похоже на дружескую болтовню!

Вокруг нас начала собираться толпа, так как сюда стекались прохожие и выходящие из своих торговых точек лавочники. Все они выглядели не особенно довольными... или дружелюбными.

– Знаю, сестричка, ты хочешь управиться с этим сама, - шепнул я.
– Ты не будешь возражать, если я по крайней мере покажу клыки для оттеснения кое-кого из этого сброда? Мне тоже хочется выбраться отсюда живым.

– А ну, всем стоять!

Хус поднялся на сидение велолотка с поднятыми руками и сдерживал толпу.

– Барышня взыскивает долг по вполне законному счету. Вот и все. А теперь отчаливайте и возвращайтесь к прежним занятиям. Неужели человеку нельзя заняться небольшим делом в частном порядке?

Это, кажется, утихомирило большинство зевак, и они начали мало-помалу расходиться. Хорек и директор банка не шелохнулись.

– Дайте мне посмотреть этот счет, - потребовал директор.
– Вы помните, как сделали этот долг, господин Хус?

– Да, помню, как сделал этот долг, господин директор, - передразнил директора Хус.
– А теперь, если вы не возражаете, я просто выплачу его и делу конец.

– Ну, это не по правилам. Не понимаю, почему они не обратились по обычным каналам и не предъявили свой счет в банке.

– Мы заходили в банк, - огрызнулась Тананда.
– И не получили там ничего, кроме уклончивых ответов. Директор пригляделся к ней.

– О, да. Я помню, - протянул он.
– Вот только не припомню, чтобы вы что-то говорили о подаче требования на выплату долга. Хотя что-то упоминали насчет ограбления банка. Не так ли?

– Ты чуточку поторопилась там, сестричка, - мягко упрекнул я ее.

– Тананда, ты хочешь сказать, что действуешь по закону?
– встрял в разговор Хорек.
– Так почему же ты не сказала этого сразу?

– Сказала! Что здесь, собственно происходит, Хорек?

– Господин Хус - человек очень богатый, - сказал вместо него директор банка.
– А также очень щедрый... иногда слишком щедрый в ущерб собственному благу.

– Деньги-то мои, не так ли?
– отпарировал Хус.
– Так на чем мы остановились? Ах, да.

Он принялся сыпать в бумажный пакет пригоршни монет.

– ... Мы говорили о процентах по этому счету. Какая, по-вашему, сумма компенсирует хлопоты, вызванные моей несвоевременной уплатой?

– Понятно, что мы имеем в виду?
– указал Хорек.
– Господин Хус, любой положенный процент следовало установить во время дачи в долг. Выплачивать больше - значит отдавать свои деньги.

Директор банка слабо попробовал понимающе улыбнуться нам.

– Как видите, многие из нас в этом измерении обязаны своим благосостоянием господину Хусу, и мы взяли на себя его защиту от ненужных расходов... не говоря уж, от стремящихся злоупотреблять его щедростью.

– После того, как сами пожали плоды этой щедрости, - невинно добавил я.

Это вызвало у Хуса тихий смешок.

– Совершенно верно, Большой Парень, - согласился он.
– Но не надо судить об этих ребятах слишком сурово. Никто не сравнится в честности с перековавшимся преступником. Хотите, я расскажу вам, чем занимался директор до того, как я внес за него денежный залог?

– Я бы предпочел, чтобы вы этого не делали, - воспротивился директор, но в голос его закралась нотка мольбы.

Я снова увидел озорной блеск в глазах старикана и обнаружил, что в первый раз гадаю, а кто же в действительности слепил чернуху на Хорька как раз перед тем, как тот решил перековаться. По-моему, сестричка тоже уловила это.

– Думаю, никакие проценты не понадобятся, господин Хус, - сказала она, беря у него бумажный пакет.
– Я уверена, что мой клиент и так будет доволен выплатой.

– Вы уверены? Нельзя ли мне предложить вам какую-нибудь малость за ваши хлопоты?

– Сожалею. Политика фирмы не позволяет ее агентам брать чаевые. Хорек, ты пришлешь мне счет за ущерб твоему заведению?

– Считай, что ты его получила, милая, - отмахнулся бармен.

– Ну тогда, - Хус сунул руку в велоток, - я могу, по крайней мере, покрыть вам эти расходы.

Тананда покачала головой.

– Они включены в бюджет операции. В самом деле, господин Хус, я работаю законно. И не нуждаюсь ни в каких лишних притоках. Пошли, Корреш. Нам пора отправляться.

Помахав на прощание остальным, я занял свое место рядом с ней, когда она принялась вращаться для переброски нас к родной базе на Деве.

– Наверно, мне неследовало бы об этом упоминать, сестричка, - тихо сказал я, - но если мой наметанный на ущерб глаз не полностью отказался мне служить, то разве этот счет не будет превышать долю нашей фирмы со взысканного долга?

– Я обещала уплатить его лично, и уплачу, - пробормотала она в ответ.
– Важно, что я выполнила это задание в рекордный срок... и если скажешь что-нибудь об ущербе Банни, я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился. Мы понимаем друг друга, братец?