Чтение онлайн

Объявившийся под вечер Штейн разделил с приятелями их бурную радость, и очень скоро друзья усилили восторженное ощущение тремя бутылками портвейна.

Полученные от коммерсанта сто рублей открыли перед уставшими от безденежья художниками безбрежные просторы развлечений, и на несколько дней они погрузились в безудержное веселье — музыка, бесконечные гости и марихуановый дым снова наполняли веселую квартиру.

В кутежах и попойках прошло несколько дней, и однажды в мастерской раздался телефонный звонок. Женский голос сообщил, что документы готовы и ребят ждут в офисе с паспортами. Не откладывая эту долгожданную процедуру ни на минуту, ослепленные легкостью жизни художники устремились в логово Нагайкина. Дверь открыла полная женщина и, узнав имена и цель прихода, пригласила пройти. Кроме нее в офисе сидел и читал газету еще какой-то человек. По-хозяйски пройдя в кабинет шефа, женщина достала из стола пачку скрепленных печатями документов и дала им на ознакомление. Договор на аренду квартиры был заключен на имя Нагайкина, но все равно сам факт его наличия вызвал на лице Дениса блаженную улыбку. Отдав доброй тете свои паспорта, ребята подписали множество бумаг, некоторые из которых та почему-то тут же убрала в стол. Поставив подписи, где было указано, и получив ксерокс договора, молодые люди поблагодарили бухгалтера и собрались уходить.

— Подождите! — воскликнула женщина, странно посмотрев на светящихся радостью художников. — Это еще не все.

Зазвенев связкой ключей, она отворила старый сейф и, пробравшись руками в его набитое бумагами чрево, извлекла толстую книгу в черном переплете. Не понимая, чего еще ждать, друзья молча следили за ее манипуляциями. Женщина раскрыла учетную книгу и попросила их по очереди подойти к столу.

— Пишите прописью, — приказала она Олету. — Я, такой-то, паспорт, серия, номер, получил от Нагайкина Льва Сергеевича, так, одну тысячу пятьсот рублей. Так. Ну вот, теперь дату и подпись. Спасибо. Теперь вы.

«А, вот в чем тут дело, — подумал Олег, ослепленный вспышкой неожиданной догадки. — Жулики! Нас развели, как зябликов...»

Написавший аналогичную расписку Денис стоял и размышлял над сделанным, потерянно морща лоб. Женщина заперла книгу в сейф и, попросив подождать минуточку, выскользнула из комнаты.

— По-моему, нас кинули! — прошептал Денис. — Теперь мы должны им три тысячи. И этого Нагайкина здесь нет, чувствуешь?

— Нас подставили!

— Зачем мы паспорта отдали?

— Вот же они! На столе! — тихо вскрикнул Олег.

— Давай заберем, пока не поздно.

— Я этому Гайкину всю резьбу скручу, — с яростью прошипел Олег.

Еще не понимая до конца, что с ними произошло, он стал суетно перелистывать договор, пытаясь ухватить в нем суть обмана, жертвами которого они только что стали. Ничего не различая в плывущих строчках, он утер со лба выступившую испарину и смял листки документа в отяжелевшем кулаке. Гнев стал заливать его сознание багровой краской. Видя, что друг теряет самообладание, Денис попытался взять его за локоть. .

— Тише, Олег! Сюда идут...

Не давая молодым людям времени для перехода к аффекту, женщина вернулась, но уже не одна, а в сопровождении того двухметрового лба, который читал до этого «Советский спорт» на кухне.

— Володя, постой-ка здесь, чтобы я не волновалась, — приказным тоном потребовала она.

Лоб тут же встал у ребят за спиной.

Олег так напрягся всем телом, что решил, не дожидаясь развязки, ударить стоящего сзади Володю локтем в живот, потом вырвать у бухгалтерши паспорта и удрать. В этот момент женщина снова открыла сейф, пошарила в верхнем отделении и вытащила пачку денег размером с кирпич. При виде этого перевязанного резинками денежного брикета мрачные мысли и горечь обиды разноцветными фейерверками взорвались в головах у «обманутых». Звуки этого фейерверка разбудили всех на небе, с облаков спустились ангелы и заиграли в серебряные трубы. Не слышавшая этой музыки бухгалтерша молча распотрошила пачку, ловко зашелестела купюрами и через минуту придвинула ребятам две одинаковые стопочки фиолетового цвета

— Вот, пожалуйста, по шестьсот, — пропела она ангельским голосом.

Этот быстрый ритм сменяющихся настроений привел к тому, что, увидев перед собой пачки денег, Олег, по счастью неуспевший треснуть Володю, неожиданно и громко засмеялся. Расценив этот нервный смех как природное жизнелюбие или чудаковатость художника, охранник и сам улыбнулся.

— Лев Сергеевич просил вас позвонить ему, — доверительно сообщила бухгалтер. — Он послезавтра приезжает из Москвы. До свидания.

Молодые люди не вышли, а выплыли из офиса Их покачивало при ходьбе, и где-то в самом центре мозга, в том его участочке, который ведает наслаждением, пережитое вызвало бурную реакцию. Сжимая в руках пачки денег, они молча прошли по улице метров триста, прежде чем смогли сказать друг другу первое слово.

Это первое слово с эйфорическим наслаждением произнес Денис:

— Нереалка!

Денис остановился и попытался вынуть из стиснутой руки друга мятые остатки договора Продолжая улыбаться, Олег с трудом разомкнул взмокшие пальцы и стал помогать другу расправлять бесценные листочки. Вид у них был Довольно странный: красные от волнений, они остекленело глядели на мятые листы бумаги и пачки денег в своих Руках.

— Я не понимаю. Так все получилось? — спросил потрясенный Денис.

Олег шмыгнул носом. На его лицо мало-помалу стало возвращаться привычное одушевленное выражение. Он достал из пачки двадцатипятирублевую купюру и принялся разглядывать ее на свет.

— Может, этот хмырь их сам шлепает? У него же типография!

— Послушай, Олег! Какого черта? Давай зайдем в магазин и что-нибудь купим. Если деньги левые, будет крик. Если нет — мы в космосе!

Через пять минут они были в большом гастрономе. Передав на всякий случай свою долю другу, Олег подошел к кассе с подозрительным четвертаком.

— Шампанское, пожалуйста, полусухое, — тихо сказал он в стеклянное окошко.

Женщина в синей безрукавке приняла купюру, повертела в руках и положила под металлическую тарелочку для сдачи. Когда, набрав полные легкие, кассирша собралась закричать, Олег затравленно обернулся и послал Денису безнадежный взгляд.

— Люба! — заорала кассирша. — У нас полусухое осталось?

— Да!

— Восемь семьдесят пять, молодой человек. Возьмите спичек, сдачи нет.

Это был последний удар. С той стороны, за порогом, в дверь громко стучало счастье. Двери даже не распахнулись, они вывалились, рассыпались под его напором, и, ослепляя художников, счастье вознесло их на вершину блаженства. Винная бутылка в руках Олега выстрелила пробкой еще в магазине. Шипящая пена потекла на бетонный пол. Заливаясь неестественным смехом и обливаясь игристым вином, молодые люди выбежали на улицу. Когда сияющее облако счастья вылетело из гастронома, его еще долго судил кипящий ненавистью пенсионерский трибунал.

Через три дня в дверь квартиры в Свечном переулке кто-то требовательно постучал. Штейн пошел открывать, и довольно скоро в комнату ворвалась шумная группа представителей власти. Бархатные портьеры не пропускали яркий день в изрезанную тенями гостиную, в камине пылал огонь, а на круглом столике стояли несколько бутылок вина и огромное блюдо с заморскими фруктами. В комнате играла классическая музыка, блаженствующие художники сидели на диванчике и играли в шахматы.

— Здравствуйте, — поприветствовал гостей Олег. — Добрый день — или вечер. Извините, нет часов, — прибавил он, наблюдая за тем, как начинает закипать усатый капитан. И верно, не выдержав глумления тунеядцев, капитан махнул подручным, и молодые сержантики приготовились к задержанию.

— Одну минуточку, — точно рассчитав драматургию момента, надменно произнес Денис.

— Включите свет! — истерически заверещала женщина.

— Ваши документы! — засуетились сержанты.

— С этим надо заканчивать! Валерий Петрович, примите меры!

— Так, всех в отделение!

— Ознакомьтесь с договором, — хладнокровно закончил Денис.

В наступившей тишине он раскрыл картонную папку и выложил на стол несколько мятых листков.

— Вот, пожалуйста. Эта квартира арендована фирмой «Кредо», сотрудниками которой мы все являемся.