Чтение онлайн

– Я знаю. Мне Тема сообщил.

– Тема?
– Андрей посмотрел куда-то за Маринкину спину.
– Он как раз к нам идет.

Маринка изменилась в лице.

– Ох, я тогда побегу. Не хочется с ним объясняться. Удачи вам.

Он начал что-то говорить, но Маринка уже открывала дверь. Очутившись на улице, она припустила бегом через всю площадь. Если Андрей и Тема увидят, гнаться за ней они точно не будут. А уж что подумают... честное слово, неважно. Она больше никогда ни того, ни другого не увидит.

Но все равно обидно, что она даже имя свое Андрею не назвала.

– Молодчина ты, Маринка!
– с чувством воскликнул Антонио, когда вечером они собрались послушать ее отчет о событиях сегодняшнего дня.

Кое о чем, конечно, пришлось умолчать. О теплой улыбке Андрея, например, или о том, как жаль было так внезапно убегать от него, лишая себя шанса на новую встречу.

– А вы представляете, что было бы, если бы Добрышевский засек ее в кабинете?
– возмутилась Галина.
– Разве можно было так рисковать? Неужели не смогли ничего поумнее придумать?

– У нас не было другого выхода, Галь, - примирительно сказал Денис.

– Могли бы со мной посоветоваться. Мы одна команда или нет? Или я гожусь только на то, чтобы перед клиентами комедию ломать и мужиков спаивать?

– Галочка, у нас просто не было времени.
– Антонио сел на ручку Галининого кресла и погладил ее по спине.

Недовольство Галины объяснялось легко. Пока Маринка, Денис и Антонио изображали из себя Бондов и Борнов, Галкин вклад в дело ограничился контактом с подвыпившим работником СЭС, который выехал на вызов в Белый дом. Мужичка надо было задержать любой ценой, чтобы он не помешал маскараду фальшивых инспекторов, и госпожа Кристиана на время перевоплотилась в любительницу горячительных напитков и сомнительных знакомств.

Она прекрасно справилась с заданием, но с тех пор затаила на коллег злобу.

– У вас никогда нет на меня времени. Отстань!
– Галина в раздражении отодвинулась.

Это было поразительно. Галка, по уши влюбленная в Антонио, ревнующая его даже к собственной маме, отмахивается от него как от назойливой мухи. И все из-за того, что они с Денисом заставили Маринку залезть в кабинет Добрышевского.

Маринка была тронута до слез.

– Галь, да забудь ты об этом. Ничего страшного не случилось. Давайте лучше подумаем, как передать запись Кошмарикову.

Две пары темных мужских глаз воззрились на Маринку с одинаковым странным выражением.

– Что? В чем дело? Вы же сами все прекрасно слышали.

– Понимаешь, Мариночка, одной записи недостаточно...
– начал Денис.

– Мы уже думали над этим, - подхватил Антонио.
– Запись, сделанная противозаконно, не может быть доказательством.

– И что это значит?
– спросила Маринка, предчувствуя недоброе.

Денис и Антонио переглянулись.

– Что тебе нужно еще раз зайти в кабинет мэра и сфотографировать документы, о которых он говорил.

Маринка онемела.

– Нет, вы точно рехнулись!
– Галина энергично покрутила пальцем у виска.

– Никуда я не пойду!
– воскликнула Маринка.
– Ноги моей больше не будет в Белом доме!

– Но у нас нет другого выхода, - развел руками Денис.
– У тебя одной есть беспрепятственный доступ в здание.

Маринка вскочила с кушетки.

– Вы еще после крысы обещали, что больше никаких заданий не будет! Я... я не могу рисковать каждый день!

В комнате стало тихо. Антонио и Денис избегали смотреть Маринке в глаза, Галка хмурилась.

– Может быть, мне попытаться залезть в этот кабинет?
– предложила она.
– Я бы могла переодеться... скажем, уборщицей.

– Тебя охрана на первом этаже не пропустит, - буркнула Маринка.
– Там у каждой уборщицы пропуск.

– Тогда мне придется идти с дополнительной проверкой после травли грызунов, - вздохнул Антонио.

– Второй раз это может и не сработать, - сказал Денис.

Отчаяние захлестнуло Маринку с головой. Деваться некуда. Никто, кроме нее, не доберется до кабинета Добрышевского. Значит, ей снова придется терпеть нравоучения Елены Валерьевны, объясняться с Темой и разыгрывать из себя шпионку.

– Меня обязательно застукают, - обреченно сказала Маринка.
– Я чувствую.

– А ты не думай о плохом, - расцвел Антонио.
– Ты же умница. Ты справишься.

– К тому же мы будем в курсе того, что происходит, и подстрахуем тебя, - добавил Денис.

В четверг, как Маринка и предвидела, Тема набросился на нее с обвинениями. Он ревновал, сомневался и был оскорблен до глубины души. Маринка не знала, как от него отделаться. На дне ее сумочки был спрятан миниатюрный фотоаппарат, управляться с которым она практиковалась вчера до двух ночи, и ей не терпелось побыстрее забраться в кабинет Добрышевского, сделать нужные снимки и покинуть Белый дом на этот раз навсегда.

Но у помощницы мэра были свои планы на практикантов, и весь день Маринка с Темой провели, разбирая завалы бумаг в архивах.

Они вышли из подвала в половине шестого, еле живые от усталости. Тема заикнулся было о прогулке, но Маринка даже не ответила. Ей нужно было решить один важный вопрос: стоит ли пытаться осуществить свой план сегодня или лучше отложить его до завтра. Пятница - последний день практики, и если у нее ничего не получится, второго шанса не будет. Но, с другой стороны, сейчас она настолько устала, что уснет прямо в кабинете Добрышевского.

– Если завтра Елена нас опять в подвал отправит, я ее придушу, - пробормотал Тема.

– Никуда она нас не отправит.

– Почему? Завтра последний день практики. Она обязательно захочет поиздеваться над нами напоследок.

Маринка скрипнула зубами.

– Никуда она нас не отправит, - повторила она.
– Потому что я так хочу.

Они вышли на улицу в объятия по-настоящему теплого весеннего вечера, и Маринка вдруг подумала, что было бы здорово увидеть Андрея. Почему бы ему не прийти к Белому дому, чтобы рассказать о том, как прошла его встреча с Родионом или просто поблагодарить за совет? Ее так и подмывало расспросить Тему об Андрее, но он о своем соседе не заикался, и она из какого-то непонятного чувства стыдливости тоже молчала.

Маринка обвела взглядом площадь и вздрогнула от неожиданности. Владимир Добрышевский, только что вынырнувший из блестящей черной «ауди», быстрым шагом шел к ней.

– Мариночка, как я рад вас видеть! Я как раз о вас думал. Как ваша практика?
– Он протянул ей обе руки и сжал ее ладонь между своих.

– Неплохо, Владимир Григорьевич, спасибо. Завтра последний день, - сказала Маринка, краем глаза замечая искреннее изумление на лице Темы.

– Уже завтра?
– нахмурился Добрышевский.
– Как время бежит. А я ведь так и не уделил вам время.