Чтение онлайн

во-первых, нуждаются в подробной регламентации многочисленных аспектов своей деятельности, отношений с государственными (контролирующими) органами;

во-вторых, будучи самостоятельными и ответственными за результаты своей деятельности, могут сами определять ее направления и разрабатывать для себя и своих сотрудников внутренние правила поведения (которые ряд исследователей ошибочно определяет как корпоративные нормы).

В то же время можно говорить о том, что «внутрикорпоративные» нормы или правила в совокупности с нормами, регулирующими отношения корпораций между собой и с государственными органами, постепенно формируют новый межотраслевой правовой институт – корпоративное право.

Термин корпоративное право , не существовавший ни в советском обществе, ни в первые годы «постсоветского периода», представляет собой новое явление в нашей жизни. Относительно его содержания ведутся достаточно бурные дискуссии. В трактовке самого понятия «корпоративное право» обнаруживаются серьезные разночтения. Это обусловлено, как представляется, очень скудным количеством литературы, посвященной данному вопросу [44] .

Детального рассмотрения заслуживают различные (зачастую диаметрально противоположные, несмотря на их немногочисленность) подходы к определению места корпоративного права в системе правовых наук.

Особого внимания заслуживает понимание (достаточно узкое) корпоративного права как права акционерного. В частности, в современной правовой литературе можно встретить такое высказывание: «В настоящее время в России есть все основания вести речь о возникновении и оформлении акционерного права. Его можно рассматривать как подотрасль гражданского права, содержащую целостную систему норм, регулирующих деятельность акционерных обществ» [45] . Иными словами, авторы отождествляют корпоративное и акционерное право.

Этот подход отчасти небезоснователен, ибо исторически был заимствован из англосаксонского права. В некоторых англоязычных странах (США, Канаде и др.) корпоративное право традиционно приравнивалось к праву акционерному, т. е. к системе правил поведения, регулирующих отношения, складывающиеся внутри акционерного общества – предприятия, уставный капитал которого разделен на акции. На такой же позиции стоят и некоторые российские исследователи [46] , которые объединяют или смешивают понятия «корпоративное право» и «акционерное право», ставят между ними знак равенства.

Действительно, в названных англоязычных странах в силу значительной концентрации капитала более чем где-либо распространены крупные корпорации (это в основном акционерные общества). В эпоху технологической революции акционерные общества заняли доминирующее положение в ряду предприятий разных видов по причине отнюдь не численного преобладания, а эффективности их деятельности. Создание предприятий, основанных на государственной форме собственности, не характерно для стран Запада: по оценкам специалистов, в государственном секторе занято всего лишь до 10 % общей численности лиц наемного труда. Объясняется этот феномен довольно просто: лишь очень немногие государственные предприятия приносят прибыль, хотя полностью этот сектор ликвидировать нельзя, поскольку он охватывает оборонную промышленность, строительство дорог, дамб, мостов, систем канализации, сбор мусора, почтовые услуги, борьбу с преступностью, публичные библиотеки и др.

«В России же, – как справедливо отмечает Т.В. Кашанина, – отличающейся изначально специфическим географическим положением, постоянно существовала озабоченность властей военным делом, что требовало весомости налоговой массы, гарантированности и оперативности ее сбора. Для этой цели государство предпочитало создавать казенные предприятия, которые в общей массе промышленных предприятий занимали весьма существенное место. В России советского периода государственная собственность, процесс разгосударствления которой в настоящее время завершается, была практически единственной и безальтернативной формой собственности. Среди организаций, самостоятельно регулирующих свои внутриорганизационные вопросы, в Российской Федерации можно встретить самые различные: хозяйственные общества, товарищества, унитарные предприятия, кооперативы, научные и учебные учреждения» [47] . Соответственно потребность в корпоративном регулировании не у всех организаций одинакова. Как отмечают некоторые исследователи, «в наиболее детальном и объемном юридическом корпоративном регулировании нуждаются акционерные общества, объединяющие многих и многих людей, причем на основе весьма значимых для них финансовых интересов» [48] . Тем не менее узкое понимание корпоративного права как права акционерного вряд ли приемлемо для России, как, впрочем, и для многих других европейских стран.

Вполне обоснованным будет признать существование акционерного права в качестве одной из подотраслей предпринимательского права. В целом же акционерное право можно представить как систему норм, регулирующих деятельность исключительно акционерных обществ как юридических лиц особой организационно-правовой формы.

Проводя разграничение понятий «корпоративное право» и «акционерное право», Т.В. Кашанина предлагает ряд достаточно убедительных аргументов. В частности, подчеркивается, что «акционерное право есть единство следующих элементов:

нормы, издаваемые самими акционерными обществами и регулирующие их внутреннюю жизнь (акционерные корпоративные нормы);

нормы, издаваемые государственными органами и упорядочивающие деятельность акционерных обществ (централизованные нормы);

нормы, содержащиеся в организационных (предпринимательских) договорах, т. е. договорах, направленных на установление деловых связей» [49] .

Именно подобные аргументы позволяют сделать вывод о том, что акционерное и корпоративное право – это понятия несовпадающие. Далее автором четко формулируются и перечисляются непосредственно различия, присущие корпоративному и акционерному праву.

Первое различие заключается в том, что корпоративное право помимо внутренней деятельности акционерных обществ регулирует и внутриорганизационные отношения, складывающиеся в других корпорациях.

В качестве второго различия справедливо отмечается, что акционерное право состоит не только из корпоративных акционерных норм. В него включаются и акционерные организационно-договорные нормы, а также акционерные централизованные нормы, число которых в перспективе будет все возрастать.

Возвращаясь к рассмотрению научных подходов к проблеме корпоративного права и его места в системе правовых наук, нельзя не выделить и еще одно, в соответствии с которым корпоративное право рассматривается как подотрасль гражданского права, чьи нормы направлены на урегулирование отношений по организации и деятельности предприятий и организаций, выступающих субъектами гражданского права [50] . Безусловно, названная точка зрения имеет под собой серьезные основания. Действительно, нельзя забывать о том, что этот институт отпочковался от гражданского права и в определенном смысле также несет в себе проявления данной отрасли права. Не случайно в данной связи в некоторых исследованиях отмечается, что корпоративные отношения в коммерческих организациях «органично входят в предмет гражданского права» [51] . Вместе с тем при более глубоком подходе становится понятно, что многогранная и многоплановая корпоративная деятельность должна регулироваться нормами не только гражданского, но и административного, финансового, а также других отраслей права.

Таким образом, можно говорить, что корпоративное право представляет собой межотраслевой правовой институт.

Корпоративное право есть ядро предпринимательского права, и оно органично входит в предмет последнего. Данная позиция основывается на том, что «центральное и доминирующее место в предмете предпринимательского права занимают корпоративные или внутрифирменные отношения, т. е. прежде всего разнообразные отношения внутри корпорации как единого и целостного образования, в котором объединены такие разноплановые категории людей, как собственники, управляющие, наемные работники. Интересы этих людей порой бывают взаимоисключающими (например, собственники заинтересованы во вложении полученной прибыли в развитие производства, наемные работники – в ее распределении и потреблении). Достичь баланса различных интересов позволяют умело составленные корпоративные нормы» [52] .

Действительно, предметом предпринимательского права являются отношения, связанные с предпринимательской деятельностью, где зачастую доминируют частноправовые, а не публично-правовые элементы (хотя не стоит принижать роль публичных норм в регулировании предпринимательского права). Кроме того, именно корпоративные акты зачастую выступают «внешней формой предпринимательского права» [53] , т. к. предприниматель, занимающийся определенным видом деятельности, организовавший «свое дело», может самостоятельно регулировать вопросы, возникающие в процессе его осуществления, с помощью корпоративных актов. С подобными аргументами трудно поспорить. Вместе с тем не стоит принижать роль и значение отношений, входящих в предмет иных отраслей права и связанных с предметом корпоративного права.