Чтение онлайн

Первый час пути прошел тихо и мирно. Как будто я на прогулку выбрался.

Это — так говорят. Сам я, никогда в жизни ни на какую прогулку не выбирался. Ни раньше, ни сейчас тут, на Каторге.

Не до прогулок мне было. Это, у кого в брюхе не урчит, могут без дела прогуливаться.

На втором часу ходьбы по дороге, число спетых мною песен уже на третий десяток перевалило, только я на пригорочек вышел, как справа от меня над лесом, довольно далеко, но различимо, взвилась струя огня. Именно — струя, я ничего не путаю.

Почти одновременно там же ухнуло, негромко, на пороге различимости, но я услышал. Слух у меня хороший.

Что это?

Не о таком ли Пузан рассказывал? Ну, что у него в фактории распаковалось и в небо врезало.

Так, значит, летун ещё должен быть!

Или, мне его из-за деревьев не видно? Я же на дороге, а стволы деревьев вокруг её вон как вверх вымахали.

А, нет, вот и он. Правда, далеко летун, рассмотреть его в деталях почти невозможно.

Летун, уже сверху вниз, тоже струю огня пустил. Попал, не попал — мне отсюда не видно.

Это что же получается, распаковки между собой войну начали? Лежали-лежали и на тебе…

Ничего хорошего от этого не будет.

Полетят теперь клочки по закоулочкам…

Глава 20 Назад или вперёд?

Да, уж…

Полетят клочки по закоулочкам…

Мне бы таким не перепало! Например, по любимой моей головушке. Пусть, она сейчас и в шапке бывшего владельца фактории, но не в стальном же шлеме!

Свою шапку я потерял, когда ружья северян собирал и за спиной их пристраивал. Смахнул и сразу не заметил, а потом уже и возвращаться не стал.

Может, вернуться? Под железным люком в схроне Пузана пересидеть?

Мысль, конечно, хорошая…

Я затоптался на одном месте, нет — даже несколько шагов назад сделал. Затем — остановился.

А, люди в Речном, как же? Вон оно, лекарство для них, в моём кармане. Пусть, каждый из них мне не сват и не брат, но…

Нет, нехорошо в сторонке отсиживаться, когда беда у них, совсем нехорошо. С меня, конечно, икону писать нельзя, много чего за мной числится, но там — «гниль».

По крайней мере, я дойти до них попробую. Совсем край будет — вернусь обратно.

В этот самый момент земля под моими ногами задрожала, я чуть не упал, еле на ногах устоял.

Что ещё за новости?

За спиной у меня что-то треснуло. О следующем, что я сделал, гадать даже не надо — повернулся.

Покрытие дороги, оказывается, тоже может ломаться. Никакое оно не вечное. Сейчас, дорожное покрытие, метрах в двадцати от меня, вспучивалось и шло трещинами.

Я раскинул для равновесия руки в стороны, раздвинул и немного согнул ноги в коленях.

Какой тут идти или бежать! Устоять бы!

Покрытие дороги лопнуло и начало распускаться лоскутами в стороны, а из отверстия, что образовалось между ними показался… червь.

Другой ассоциации мне в голову не пришло.

Тут, на Каторге, червей нет. Вернее, я их не видел. Может, и есть где.

То, что вылезало из земли, на огромного червя и походило. Был он, правда, металлический, блестящий и подрагивал крайне отвратительно. Что-то с него ещё и капало.

Прыжку, который я совершил, любой бы спортсмен-чемпион позавидовал. Попроси меня повторить — ни за что бы не сделал. У меня как-то получилось не только в воздух взлететь, но и там почти на сто восемьдесят градусов повернуться. Только-только я лицом к червю находился, а сейчас — почти точно спиной. После этого я и попрыгал по дороге подальше от чудища. Никакой мысли вернуться в схрон у меня уже не было — между ним и мной возникло это металлическое препятствие.

Что-то на бегу я ещё и орал. Вроде как — мама, роди меня обратно!

Кому-то это может смешным показаться, но — сами в такой ситуации окажитесь, тогда и посмотрю я на вас!

Я бежал, пока не свалился.

Упал, и отдышаться не мог.

Ноги, руки — меньше, — ходуном ходили. Било меня дрожью как зайца в стадии умирания. Только, пена изо рта не шла.

Всё… Больше не могу… Приходи и ешь меня червячина!

Но, видно у монстра были другие, более приоритетные занятия. Когда я смог сесть, его в поле зрения не наблюдалось.

Так…

А, ружьё моё где?

Нет ружья.

Где-то я его обронил. Про-лю-бил, называется!

Шапку Пузана — тоже.

Да, что же такое делается!!! Уже вторую шапку я за эту дорогу в Речной теряю! Ладно, первую — в теплой зоне, там она у меня была подвернута и на затылок сдвинута, спала, а я и не заметил! Тут-то, она у меня была на уши натянута!!! Сейчас, наверное, её червь примеряет…

Меня, на всем этом переживательном фоне, ещё и на смех пробило. Сижу и ржу как ненормальный.

Руками я на землю опираюсь, а они до сих пор подрагивают. Ноги пока не болят, но к вечеру я ковылять начну. Растянул я там все жилочки-поджилочки пока от червя скакал.

В боку ещё покалывает…

Ну, хоть жив — это радует.

Лекарство-то хоть на месте? Его я не вытряс на бегу?

Нет, оно из кармана не выпало. Ну, хоть что-то.

Сзади — червь, впереди — неизвестность. Её я и выбрал. Вдруг, впереди, до самого Речного — всё лучше лучшего? Никаких тебе распаковок и гостей из-под земли?

Жалко, что теперь я только с ножом. Патроны есть, но выстрелить их не из чего. Имеется запасное ружьё у меня в ухороночке, но, это, до неё нужно крюк порядочный делать.

А, может и сделать? Всё не с голой задницей вперёд переться, а потом ещё и возвращаться обратно нужно будет.

Глава 21 Про суровые лесные законы

Это, как называется?

Я стоял перед местом своей ухороночки.

Сутки почти сюда шел и всё напрасно.

Кто-то здесь до меня побывал, причем — совсем недавно.

Всё, суки, выгребли, ничего не оставили!

Нормальные лесовики так не делают. Найти чужую ухоронку, не так уж и сложно. Они же, как замки — от честных людей делаются. Любой замок воры всё равно вскроют, а лесовик — твою ухоронку обнаружит. Обнаружит, но ничего не возьмет. Это, если совсем уж его не прижимает. Тогда, чуть-чуть отщипнет самого ему необходимого, если есть возможность — из своего что-то взамен туда поместит, может даже — из им в лесу найденного. Часто, даже записку оставит. Был де тут я, скоро как могу, верну с лихвой.