Чтение онлайн

К нему я и решил подойти. Не к северянам же, которые сидели ко мне всего ближе. Один из них, по непонятной причине, на меня что-то больно пристально глаза пялил.

Ну, за погляд я денег не беру. Однако, рожу смотрящего я, на всякий случай, в своей памяти отложил.

Северяне, они… не люди. Нет, такие же как мы, на двух ногах и при двух руках, с глазами, ртом и всем прочим, но не с нашей планеты. Где-то там у себя, они тоже проштрафились и поэтому на Каторгу загремели.

Такие, да немного не такие. Черты лица у них, грубые что ли. Одним словом — рожи. Они нас — недолюбливают, мы — отвечаем взаимностью. Хотя — везде имеются исключения.

Я, аккуратно огибая сидящих, двинулся к высмотренному мною лесовику. Все, мимо кого я шел, выглядели усталыми, какими-то замученными, радости на их лицах не читалось.

Кто-то поднимал на меня глаза, кто-то даже бровью не повел.

— Привет, Костыль, — поприветствовал я сидящего.

— Садись, Кощей, — лесовик выговорил это с некоторой задержкой, как бы что ли не сразу меня узнал.

Находящиеся рядом с ним, через одного, мне только кивнули.

Ну, а что я ожидал? Что они мне на шею бросятся?

— Как тут? — решил я прояснить ситуацию у знакомца.

— Что, как? — ответил он безразлично, не глядя на меня.

— Ну, хотя бы, как кормят? — мой вопрос не отличался оригинальностью, но был важным. Вещмешок-то мой, вместе с ружьем, на пригорочке остался.

— Терпимо. Вот там, сам бери. — рука сидящего указала направление, куда-то в сторону цилиндров и колеса на стойках. — Сколько надо, столько и возьми. Разберёшься.

Говорил всё это лесовик как бы через силу, слова из себя выдавливал.

Странный он какой-то. В поселке я его совсем другим помню.

Я встал, зашагал в указанное место. Пока шел, заметил, что некоторые из сидящих откусывали что-то от белых брусочков, похожих на кусочки мыла, и жевали.

Такие же были сложены горкой на п-образной конструкции, сверху размером метр на три, высотой мне по пояс.

Угадайте с первого раза, какого она была цвета? Правильно, зеленая…

Сколько взять?

Один? Два?

Полные руки этой пищи у сидящих я не видел.

Решил взять один. Не хватит — ещё раз подойду. Лесовик сказал же, что тут еду можно брать без ограничения.

Так, а пить тут что? Что-то ничего не видно.

Вот ведь, не догадался сразу и про это спросить…

Глава 33 Я иду на испытания

— Этот?

— Этот.

Сплю я чутко. В таких местах, как сейчас — вообще одним глазом.

Привычка у меня такая, ещё со времен исправиловки для малолеток. Там будешь крепко спать, можно и совсем не проснуться.

Рядом со мной стояли два северянина.

Что им надо? За каким таким делом они ко мне приперлись?

Ещё и личность мою уточняют…

— Вставай. — находящийся ко мне ближе, толкнул мою ногу своей.

Что-то совсем страх они потеряли!

Распинался, сука!

Давно его уму-разуму не учили!

— Что надо? — секунды не прошло, как я уже был на ногах. Причем, напружиненный весь — кому угодно харю могу начистить.

— Пошли, — говорил северянин с акцентом, но понятно.

— Тебе надо, так иди, — окрысился я.

— Пошли, пошли, — подключился к разговору стоящий рядом с тем, кто меня пнул.

Я его, утырка, запомнил!

Как он меня, так и я его. Не спущу.

Порву…

Когда? Когда мне надо будет.

Я зевнул. Честно говоря, спал я плохо. Заснул быстро, почти сразу как кусок этого белого «мыла» сжевал. По вкусу эта местная еда мыло и напоминает. Хотя — питательная. Идти за вторым куском не потребовалось.

Запивать съеденное тоже не было нужды. Какое-то это «мыло» — два в одном.

— Пошли, — первый северянин в который уже раз повторял одно и то же.

— Куда? — не торопился я с сойти с места.

— Туда. — северянин указал в сторону зеленого колеса на стойках. — Испытание.

Наш разговор разбудил Костыля.

— Иди. Надо, — успокоил он меня. — Так тут положено.

Сказал и опять спать начал устраиваться.

Кем — положено? Зачем — положено? Хоть бы объяснил немного…

Кстати, почему северяне тут командуют? На какие-то испытания людей водят?

— Зачем? — я не торопился куда-то сломя голову по первому слову каких-то нелюдей бросаться. Пусть расклад прояснят.

Морды северян, и так иссиня, приобрели васильковый цвет.

Сердятся?

Сердятся…

Да, хоть лопните…

— Смотреть будут, куда тебя. — я еле-еле разобрал мне сказанное.

Ой… Сильно сердятся…

И так они по-нашему кривенько говорят, а когда не в духе — их вообще хрен поймёшь.

Вот когда боятся, сразу понятно лопочут. Такая у них есть особенность.

— Не сможешь — на поле, распаковкам на мясо. Сможешь — дальше на испытания, — это уже второй, который не пинался, мне всё же удосужился пояснить.

Во как! Кажется, знаю я, где это поле! Что-то туда, на эти игрища мне идти никакого желания нет.

Кто-то что-то мутит, а нас на переработку!

Совсем уже берегов не видят!!!

— Пошли, — наконец дал я согласие.

— Успехов, — не открывая глаз пробормотал Костыль.

Судя по всему, он это испытание уже прошел. Может и не одно. Больно уж вид у него вымотанный.

— Что там? — я остановился, едва сделав шаг. — Что хоть делать надо?

Я наклонился и потряс за плечо Костыля. Пусть расскажет, буду хоть знать, что меня ждет.

Вроде и наш, а хуже северянина! Ишь, спать ему желается, слово лень ему сказать!

— По колесу надо будет шагать. Сколько сможешь… — Костыль зевнул. — Ты уж постарайся.

Лесовик сел, потянулся, опять зевнул.

— Трудно? — не спешил я идти за северянами.

Они, синие-пресиние, поняв, что я за ними не иду, уже обратно ко мне возвращались. Шипели ещё что-то по-своему.