Чтение онлайн

Ничего не отвечая, Охаси повалился обратно на футон, повернулся лицом в другую сторону.

– Или, может быть, – горько усмехнулся Кейта, – нам просто не свезло.

– Про себя я точно знаю, что это не так.

– В смысле?

– Когда-то я был счастливейшим человеком на свете.

– Это как? – приподнялся на локте Кейта.

– А так. Я получил прекрасное воспитание, у меня была любящая мать и вдохновитель-отец. – Охаси тяжело сглотнул. – Позднее у меня появилась красавица-жена и прелестная дочурка. У меня была работа моей мечты.

– И что случилось?

– Неважно.

– Ты спился?

– Я не хочу об этом говорить.

– Как хочешь. – Кейта немного помолчал, затем продолжил: – Я знаю, что совершил большую ошибку. Родители говорили мне, чтобы я не шел в якудза. Но тогда я был молодым и глупым. На уме у меня было лишь то, как бы выглядеть покруче да послаще потрахаться. Помню, как однажды поехал в Асакусу делать себе татуировку. Причем лишь для того, чтобы впечатлить одну девчонку. Думал, раз уж я стал якудза, то у меня появятся и деньги, и престиж. В итоге она все равно ушла к другому парню. Сказала, он более солидный. А тебе, мол, нигде и ничего не светит. – Кейта вздохнул. – Лучше бы я послушал своих родителей! Клан якудза вовсе не заботился обо мне, как обещал. Всего лишь пара ошибок – да пара отрезанных пальцев. И мне дали пинка. И больше никто не пожелал принять меня в семью.

– Это не так, Кейта.

– Да так, Охаси. Я сам знаю, что грубиян и всех раздражаю. И людям не по душе, когда я рядом.

Охаси поерзал на своем футоне, поглядел туда, где в полумраке громоздилось крупное тело его собеседника.

– Ты один из нас, Кейта. Я, Симада, Така и Хори – мы теперь твоя семья.

Еле угадывающаяся в потемках голова Кейты повернулась лицом к Охаси.

– Правда? Ты действительно так считаешь?

– Ну разумеется.

Это, конечно, не соответствовало правде, но Охаси сейчас готов был сказать что угодно, лишь бы хоть сколько-то поспать.

– Спасибо тебе!

– Не за что, Кейта. Давай уже немного отдохнем.

Последовало недолгое молчание. Потом Кейта, уже в полусне, тихонько произнес:

– Знаешь, Охаси-сан, я уверен, что твоя жена и дочка по-прежнему любят тебя.

Охаси проглотил внезапно набухший в горле комок.

– Спокойной ночи, Кейта.

Той ночью, как и на протяжении многих ночей, ему снился Токио.

Но теперь все было как-то по-другому. Он все так же разгуливал по городу, катя перед собой тележку, однако небо в этот раз было пурпурно-оранжевым. Улицы были пустынными, ни одного человека не было видно. Он двигался в окружении осыпающихся небоскребов, покрывшихся блеклой патиной, и видел, как вдалеке, вдоль бухты, домa отчасти ушли в грунт. Земля еще раз содрогнулась, и здания рассыпались на части и исчезли. Ликвификация, или разжижение грунта, – вот как это называется по-научному. На этом землетрясение прекратилось, и все вокруг снова застыло в неподвижности.

Поезда стояли пустыми, проржавевшими вместе с рельсами. Круглосуточные лавки выглядели так, будто подверглись бандитскому налету. Продукты обрушивались с полок, и все это выкатывалось, вываливалось, вытекало на улицу – однако было гнилым и несъедобным. Пустые алюминиевые банки из-под кофе горами громоздились там и сям. Повсюду были мусор и развалины. И никаких людей.

И так он шел по городу, пока не столкнулся со своей давнишней подругой – кошкой окраса калико.

– Давай за мной! – позвала его кошка, запрыгивая на высокую стену. – Ну же!

– Я так не могу.

– Нет, можешь. Просто попробуй на четырех лапах вместо двух. Так намного удобнее.

Он опустился на карачки – и действительно сразу почувствовал себя легче и проворнее. Он тоже запрыгнул на стену, опустившись рядом с кошкой, и та поглядела на него с самодовольной уверенностью. Он заметил в ее глазах собственное отражение. Теперь он тоже был котом, и они понимали друг друга без слов.

Вместе они стали карабкаться на верхушки крыш, поднимаясь к самым вершинам разрушающихся небоскребов. Они лазали по деревьям, пробирались через узкие щели в укромные закутки, ловили мышей и просто бегали наперегонки по пустынным улицам.

И город принадлежал только им.

– Ну так и что с ними случилось?

– С кем?

– Ну, с твоей женой и ребенком?

Охаси оставил его вопрос без ответа.

– У тебя ведь вроде дочка была, верно? – не унимался верзила.

Охаси быстро взглянул на Кейту. В вопросе не чувствовалось никакого злого умысла, что, впрочем, не делало его менее нежелательным.

– Давай поговорим о чем-нибудь другом?

– Почему ты всегда этого избегаешь?

– Чего я избегаю?

– Разговора о прошлом.

– Потому что это тебя не касается, Кейта.

– Неудивительно, что они от тебя ушли.

– Что ты сказал?

– Я сказал «неудивительно, что жена с дочкой от тебя ушли».

– Да как ты смеешь!

– А что? Ты никогда ни о чем не рассказываешь. Ты просто заносчивый старикан, который мнит себя лучше других. И мне уже невмоготу сидеть тут взаперти с напыщенным старым мудилой!

– А уж мне-то как невмоготу – сидеть с отбракованным недоякудза, что вечно распускает нюни!

– Пошел ты к черту, старый пень!

Тут раздался громкий стук в дверь, и почти в то же мгновение она распахнулась.

– Какой смысл стучаться, если вы все равно вламываетесь в любой момент? – проворчал здоровяк.

– Кейта, уймись уже! – бросил ему Охаси.

В дверях, сдвинув брови, стоял сурового вида тип.

– Кто из вас двоих это сказал?

– Вот он, – указал Кейта на Охаси.

Охранник тяжелым взглядом вперился в Охаси.

– Гляди ты, умник какой!

– Я вовсе не…

– И слышать ничего не желаю! Оба наказаны. Завтра весь день сидите в камере.

Он резко захлопнул дверь, и снова стало тихо.

– С-сволочь, – прошипел под нос Кейта.

Охаси снова завернулся в футон, но был теперь слишком зол, чтобы уснуть.

Поворочавшись немного, он снова сел и принял свою привычную профессиональную позу.

– Так и быть, Кейта. Ты хотел услышать историю? Я тебе ее расскажу… Жил когда-то один человек по имени Охаси, у которого было все и который все это потерял…

Весь подобравшись, Охаси сидел, поджав под себя ноги и простерев руки вперед, к слушателю, в гордой и величественной позе ракугоки, которым он был и которым будет всегда.

По крайней мере, это у него невозможно отнять.

– Тебе не кажется, что он очень сильно смахивает на Дхалсима? – наклонившись поближе, прошептала мне на ухо Киоко.