Чтение онлайн

– Да, да, я скажу. Я долго не могла уснуть. Я очень беспокоилась…

– Беспокоились за школу?

– Да. И за Шейсту тоже. Потом я начала думать о мисс Спрингер, об убийстве и о том, оставят ли родители девочек на следующий семестр. И я очень беспокоилась за мисс Вулстроу. Ведь это она создала нашу школу.

– Я понимаю. Но продолжайте. Итак, вы беспокоились и не могли уснуть.

– Да, никак не могла. Я даже считала до пятидесяти, но напрасно. Потом встала, чтобы принять аспирин, и случайно взглянула в окно. Наверное, потому, что я думала о мисс Спрингер… И увидела там свет…

– Каков был этот свет?

– Это был свет от фонаря. Такой же, какой мисс Джонсон и я видели раньше.

– Свет был точно такой же?

– Да, во всяком случае, мне так показалось. Возможно, чуть слабее, но сказать точно не могу.

– Хорошо. А что потом?

– А потом… – продолжала мисс Чедвик, голос которой внезапно дрогнул, – я решила посмотреть, кто там находится и что делает. Я оделась и вышла из дому.

– И вы не подумали позвать кого-нибудь с собой?

– Нет… Я так торопилась туда. Боялась, что этот человек или люди уйдут.

– Продолжайте, мисс Чедвик.

– Я быстро подошла к двери и только тогда подумала, что следует быть осторожной. Дверь была не заперта, даже чуточку приоткрыта. Я открыла ее и на цыпочках вошла туда. Элинор была там. Мертвая… – Она задрожала.

– Да, да, мисс Чедвик. Все правильно. Кстати, там была клюшка для гольфа. Это не вы принесли ее? Или, может, мисс Ванситтарт?

– Клюшка для гольфа? – переспросила мисс Чедвик. – Не могу припомнить… Впрочем, да… Кажется, я взяла ее в холле, чтобы в случае чего воспользоваться ею для защиты. Когда я увидела Элинор, то, наверное, бросила ее. А потом я побежала обратно и нашла мисс Джонсон. Ох, не могу вспоминать об этом! Это будет концом «Мидоубанка»! – В голосе мисс Чедвик зазвучали истерические нотки. Мисс Джонсон поспешила к ней.

– Два убийства – это слишком много для нее, – сказала она. – Да и для любого в ее возрасте. Вы хотите расспрашивать ее еще о чем-либо?

Инспектор Келси покачал головой.

Спускаясь по лестнице, он заметил в нише груду старых продолговатых мешков с песком. Возможно, они остались со времен войны, решил он, но профессиональное чутье заставило его связать их с ударом по голове, нанесенным мисс Ванситтарт. Кто-то из этого здания, имеющий пистолет, но не желавший вторично рисковать, стреляя из него, воспользовался столь невинным, но смертельным оружием и, возможно, даже аккуратно вернул его на место. Келси остановился и внимательно осмотрел кучу мешков, но ничего подозрительного не обнаружил.

«Вот это выдержка! – сказал про себя Адам, незаметно наблюдавший за мисс Вулстроу. – Здорово, но непонятно».

Никогда еще он так не восхищался женщиной. Она сидела собранная и неподвижная, как будто не чувствуя, как рушится дело всей ее жизни. Время от времени звонил телефон, извещая, что еще одна ученица вернулась в школу.

Наконец мисс Вулстроу решилась. Извинившись перед инспектором и Адамом, она вызвала Анну Шапленд и отдала ей короткое распоряжение. Школа будет закрыта до конца семестра. Родители, которые не находят возможным держать своих детей дома, могут оставить их в «Мидоубанке» на ее попечение – их обучение будет продолжаться.

– У вас есть список фамилий родителей и их адреса, а также телефоны?

– Да, мисс Вулстроу.

– Сообщите всем до единого.

– Да, мисс Вулстроу.

Анна Шапленд направилась к выходу, но у двери замешкалась:

– Простите меня, мисс Вулстроу… Это, конечно, не мое дело, и это не жалость… Но не преждевременно ли все это? Может быть, после первой паники люди придут в себя и не стоит отправлять девочек домой? Мне кажется, так было бы лучше…

Мисс Вулстроу резко повернулась к ней:

– Вы думаете, я так легко сдамся?

Анна смутилась:

– Я знаю… вы можете подумать, что вмешиваться – это с моей стороны дерзость, но… Хорошо, я сделаю так, как вы приказали.

– Вы храбры, дитя мое, и мне приятно видеть это. Но вы совершенно не правы. Я не сдаюсь. А поступок мой основан на знании психологии. Если убеждать родителей забрать своих детей, они не сделают этого. Они подумают и решат, что лучше их оставить здесь. Или, на худой конец, решат привести их на следующий семестр. Если, конечно, он начнется, этот следующий семестр, – хмуро прибавила она, глядя на Келси. – Если вам удастся обнаружить убийцу, все кончится хорошо.

А инспектор Келси выглядел очень несчастным.

– Мы постараемся сделать все, что в наших силах, – сказал он.

Анна Шапленд вышла.

– Хорошая девушка, – сказала мисс Вулстроу. – И преданная… – Это было предисловием, после которого она кинулась в атаку. – И у вас абсолютно нет подозрений относительно того, кто убил двух моих учительниц? Пора бы вам это знать. И похищение… Но тут я обвиняю себя. Девочка говорила, что ее собираются похитить, а я не отнеслась к этому серьезно. У вас нет о ней новостей?

– Пока нет. Но я не думаю, что вам следует беспокоиться. Делом о похищении занимаются специальный отдел и контрразведка. Они найдут ее за двадцать четыре часа, от силы – за тридцать шесть, это приключение в их вкусе. Все порты, аэродром, вокзалы перекрыты. В каждом районе усилены полицейские патрули. Они найдут ее.

– Надеюсь, найдут живой, – мрачно заметила мисс Вулстроу. – Мне кажется, что тут действует кто-то, кто не слишком ценит человеческую жизнь.

– Они не стали бы с ней возиться, если бы намеревались так поступить, – сказал Адам. – Убить ее можно было без труда и здесь.

Он почувствовал, что последнее слово сказано напрасно. Мисс Вулстроу бросила на него взгляд.

– Это вам только так кажется, – сухо сказала она.

Зазвонил телефон. Она взяла трубку.

– Да?.. Это вас. – Она протянула трубку Келси.

Адам и мисс Вулстроу ждали, пока инспектор кончит говорить. Тот пробормотал что-то в трубку, вынул записную книжку, сделал в ней какую-то запись и наконец сказал:

– Понял, Олдертон-Прайорз. Это Уилтшир. Да, будем действовать вместе… Да. Я буду продолжать здесь. – Он положил трубку и немного помолчал. Затем посмотрел на них и сказал: – Его превосходительство эмир получил записку с требованием выкупа. Напечатана на новой «короне». Штемпель – Портсмут. Держу пари, что это липа.

– Где и как? – осведомился Адам.

– На перекрестках дорог в двух милях от Олдертон-Прайорз. Там пустошь. Конверт с деньгами должен быть положен под камень в два часа после полудня завтра.

– Сколько?

– Двадцать тысяч, – Келси покачал головой, – слишком непрофессионально.

– Что же делать? – спросила мисс Вулстроу.

Инспектор Келси взглянул на нее. Теперь это был другой человек – официальный, сдержанный.

– У нас свои методы, мисс, – сказал он.

– Надеюсь, они принесут успех, – покачала головой мисс Вулстроу.