Чтение онлайн

Нет, не такой уж и невинный лапочка этот маркиз Людоед! Ручки-то он целует, как заправский ловелас! Только это уже ничего не изменит. У него был шанс рассказать правду, он им не воспользовался. Поэтому Кэт принимается за дело с чистой совестью.

С чистой! Потому что я, абсолютно точно, совершаю доброе дело! Потому что сидеть в подвале семь лет – это негуманно даже к преступникам! А уж держать там слабую юную женщину…

Теперь надо было действовать осторожно, не торопиться, но и не медлить. Я понятия не имела, сколько времени продлится эффект сонных капель, которые я добавила в кофе, а мне надо было ещё найти ключ, освободить Юджени и вывести их с Марлен из замка. Спрятать мать и дочь я решила у Лиленбрука. Пусть старик и друг Ноэля, но он переменит мнение об этом злодее, когда узнает правду. Тем более, Саджолена тоже вступится за подругу… Саджолена – добрая… Она искренне переживала смерть Юджени… Когда узнает, что подруга жива…

Отсчитав полчаса, я на цыпочках вышла из комнаты.

Сначала постояла под дверью спальни госпожи Броссар, но там было тихо, а потом отправилась в кабинет Огреста.

Приоткрыв дверь, я увидела чудную картину – маркграф мирно посапывал, сидя в кресле, перед недопитой чашкой кофе и почти прогоревшей свечой.

Снотворное подействовало! Теперь – ключ…

Стараясь даже не дышать, я проверила все карманы одежды маркграфа, но ключа, о котором говорила Юджени, не нашла. Где же Огрест его прячет? Я методично перерыла весь кабинет и обшарила ящики стола, но ключ не обнаружила.

Где же… где же…

Куда бы я спрятала самое ценное, что у меня есть?

Снова приблизившись к маркграфу, я со всеми предосторожностями расстегнула на нём рубашку и похвалила себя за догадливость – на шее у Огреста висела цепочка, а на ней – тот самый старинный ключ с фигурными бородками. О-ла-ла, месье! Плохо вы храните свои тайны!

Чтобы снять цепочку, мне пришлось уложить графа головой себе на плечо. Он не проснулся, но вздохнул и смешно причмокнул губами. Ну просто милый мальчик, а не Людоед!..

Теперь – Юджени.

Я летела в подвал, как на крыльях. Юджени вскочила ко мне навстречу, и я торжественно показала ей добытый ключ. Он подошёл идеально, замок открылся легко, с двух оборотов, и вот уже пленница выходит на свободу, глядя на меня с восторгом и страхом.

– Ничего не бойтесь, - подбодрила я женщину, и обняла её за талию, помогая подняться по ступенькам. – Мы заберём Марлен и спрячем вас у Лиленбруков. Никто не посмеет разлучить мать и дочь, и вы больше не будете сидеть под замком.

– Не знаю, как вас благодарить… - пошептала она, - но что скажет Ноэль?

– Понятия не имею, что он будет говорить в своё оправдание, - сказала я жёстко. – Как по мне, его надо отправить под суд.

– Что вы! Что вы! – ахнула Юджени. – Он… он добрый.

– И это мне говорите вы? – возмутилась я. – Которая семь лет была под замком?

– Всё так странно… - сказала она и удручённо покачала головой. – И ещё мне страшно, барышня Ботэ… Правильно ли мы поступаем?

– Сейчас вы увидите дочь, и все сомнения рассеются, - сказала я, ободряюще ей кивнув. – Только не шумите. В замке есть ещё добрая нянюшка. Ей я не подливала сонных капель.

– Вы – отчаянная, - с благоговением произнесла Юджени.

– Идёмте, - я взяла её за руку, и мы вышли из подземелья.

К моему удивлению, Юджени прекрасно знала, где спальня Марлен. Она так и бросилась к её двери, но на пороге остановилась, в волнении прижимая руки к груди.

– Подождите, - пробормотала она, - мне надо успокоиться. Ноэль приводил меня сюда… Когда Марлен не было, конечно… Но сейчас я увижу её.. мою девочку…

– И она увидит вас, - сказала я, обнимая женщину за плечи. – И обрадуется.

– Всё так странно… - прошептала она, но я уже открыла дверь.

В детской горел маленький ночник, и в его рассеянном свете Марлен, спавшая в кроватке под пологом, казалась принцессой из сказки.

– Она такая красивая… - Юджени всхлипнула и беззвучно заплакала, зажав рот ладонью.

Я тоже чуть не прослезилась, глядя на неё. Семь лет в разлуке с дочерью – как материнское сердце это выдержало?.. Но теперь всё закончилось. Конец чёрным делам Огреста. Теперь все узнают правду.

– Давайте, лучше я разбужу Марлен, чтобы она не испугалась, - я погладила Юджени по плечу и подошла к кроватке. – Проснись, Марлен… - тихо позвала я. – Проснись.

Девочка открыла глаза – через силу, борясь со сном, и зевнула.

– Марлен, посмотри, кто к тебе пришёл, - продолжала я. – Твоя мама… Она здесь…

Глаза её сразу прояснились и широко распахнулись.

– Мама?.. – сказала она тоненьким голоском.

– Она здесь, она жива, как ты и говорила, - сказала я и махнула рукой, подзывая Юджени.

Та подошла медленно, двигаясь, словно во сне, и склонилась над кроватью.

– Доченька… - сказала Юджени, сглатывая слёзы, - доченька, ты меня узнаёшь?

– Конечно, она вас узнает, - сказала я, а в следующее мгновение Юджени вцепилась Марлен в горло и начала её душить.

Всё это не могло происходить на самом деле, но это происходило! Я промешкала всего пару секунд, а потом попыталась разжать руки Юджени:

– Стой! Отпусти! – закричала я, с ужасом глядя, как багровеет лицо Марлен.

Но разжать пальцы безумной женщины оказалось сложнее, чем разогнуть подкову. Будто я сражалась не с хрупкой тоненькой леди, а с демоном в человеческом обличии. Я бестолково царапала её и даже попыталась укусить, но получила такой удар локтём в бок, что не смогла удержаться на ногах и свалилась на пол, опрокинув стул.

– Юджени! Остановитесь! Ради всего святого! – закричала я, снова бросаясь на неё.

На этот раз я схватила её за волосы, но она даже не заметила этого, продолжая вжимать Марлен в подушку… Ещё немного и будет поздно!..

Дверь детской распахнулась, и я обернулась с надеждой на помощь, но на пороге стояла госпожа Броссар, а не милорд Огрест… Ещё бы… Ведь милорд Огрест спит крепким сном… Кэт, что же ты наделала…

– Держите! – крикнула госпожа Броссар, схватила и швырнула мне большую фарфоровую куклу.

Я поймала её, сразу сообразив, что надо делать, и со всей силы ударила Юджени куклой по голове.

Фарфор разлетелся вдребезги, а сумасшедшая ахнула и отпустила Марлен, прижимая ладони к макушке. Кажется, я заметила кровь, но любоваться на это было некогда.

Схватив девочку, которая надсадно закашлялась, пытаясь глотнуть воздуха, я бросилась к выходу.

– Марлен!!. – раздался позади жуткий, нечеловеческий вопль, но я не оглянулась.

– Бегите! Задержу! – госпожа Броссар посторонилась, пропустив нас, и захлопнула дверь.