Чтение онлайн

Глядя на небо, парень решил, что снег только усилится, поэтому, он решил пойти в дом. Свинцовые тучи предупреждали, что скоро начнется буря, а следом за ней - снегопад. В этом году зима выдалась теплая, но снежная. Для урожая это было полезно, поскольку, под такой шапкой снега, земля не промерзнет слишком глубоко, а значит, отдохнет, и даст свои плоды. Так говорили взрослые, по крайней мере, тогда он еще верил им. Все изменится через несколько лет, когда родители разведутся, отец уедет в другой город. Здесь все поменяется, летом огород будет зарастать сорняками и прочей травой, до него уже не будет никакого дела. Стас иногда копал несколько грядок, сажал в них редис, или зеленый лук, но это была лишь попытка вернуть все, как было раньше, его одолевало нежелание верить в случившееся. Хотя, он очень любил наблюдать за рассадой в доме, просматривать сорта семян, посаженных в деревянные ящики с землей, стоящие на всех солнечных подоконниках. Каждое утро, просыпаясь, он первым делом шел проверить, как же за ночь выросла рассада, ждал, когда ее можно будет высаживать.

Еще одним летним занятием было путешествие по чердаку, на который вела металлическая самодельная лестница, заржавевшая и обветренная от времени пребывания на улице. Там, наверху, Стас любил перебирать старые вещи, некогда заброшенные сюда за ненадобностью. Он не боялся темноты чердака, но, иногда все же, по телу пробегали мурашки, и это чувство было скорее приятным, чем пугающим. Там он мог находиться часами, рассматривая различные альбомы с марками, или журналы с автомобилями, с роботехникой, и прочими научными и техническими изобретениями.

Окно чердака выходило в огород, на его солнечную сторону, поэтому, Стасу не были нужны никакие осветительные приборы, перед самым окном было достаточно дневного света. Никто его не отвлекал, никто не наблюдал, можно было спокойно читать журналы или книгу, слушая шелест яблони на ветру, и умываться в лучах солнца.

В те времена жизнь казалась прекрасной и беззаботной, можно было часами слушать пение птиц, жужжание насекомых, и не смотреть на часы, все время куда-то опаздывая.

Иногда, с друзьями Стас ходил на болото, расположенное в пяти минутах ходьбы от его дома. Спустя годы, оно пересохло, и там построили магазин одежды. Но, в детстве, они часто ходили ловить туда рыбу, кататься на лодках, просто отдыхать на природе. В первый раз в жизни он катался на лодке со своим другом детства Мишкой, который, через пару лет уехал, вместе с родителями в Челябинск. Так они с тех пор и не виделись.

Как всегда, Мишка зашел за Стасом с утра пораньше, и они отправились кататься на лодке. Родителям, конечно, ничего об этом не сказали, иначе, они бы не отпустили молодежь одних, поскольку, были в курсе, что лодка у причала дырявая.

Парни это заметили, когда уже отплыли от берега на значительное расстояние, а лодка, под их весом, стала заполняться болотной водой. Одним веслом на двоих, стали они грести быстрее к берегу, крича при этом на всю округу, так как оба не умели плавать. Лодка ушла на дно вместе с ними возле самого берега, а они продолжали стоять и вопить, что было сил. В лодке, которая уже лежала на дне, с водой по пояс.

Затем два часа сидели на лавочке в тени деревьев, ждали, пока высохнут шорты на солнце, развешанные на камышах.

День за днем они придумывали разные увеселительные приключения, никогда не сидя на одном месте. Сейчас, вспоминая о детстве, Стас погружался в эти невероятные минуты, которые проживал когда-то, даже не задумываясь о том, что все светлое и яркое осталось позади. Были и после счастливые мгновения, но смотрел он на них уже по-другому, не видя внутреннего порыва счастья. С годами само понятие - счастье, приобрело совсем другое значение. Оно ужесточилось в требованиях, перестало проявляться в каких-либо мелочах. Он стал стремиться к счастью, пытаться получить его своими силами, но такой искренней радости уже не испытывал, как от счастья в детстве, непредсказуемого, спонтанного, и от того такого искреннего...

– Стас, подъем,- послышался голос Сани, и он открыл глаза, осмотрев помещение отделения.

– Что случилось?- Спросил спросоньи парень.

– Обед случился, пошли, а то, голодный останешься.

– Сам обеды ношу, и сам могу остаться без обеда,- филосовски произнес Стас, поднимаясь с кровати,- прямо, парадокс.

4

– Станислав, проходи,- Елена Александровна, по обычаю пригласила парня внутрь кабинета, предложила ему стул напротив своего рабочего места,- как дела у тебя? Не стали будить на утреннем обходе, спал ты, вроде бы, хорошо.

– Да, спасибо, выспался. Чувствую себя хорошо, жалоб нет.

– Это радует. Могу я высказать свое профессиональное мнение о твоей личности?

– Да, разумеется.

– Хорошо. Насколько я тебя уже успела узнать, ты не замкнутый человек, комфортно чувствуешь себя в коллективе, как я заметила из личных наблюдений, так и по рассказам медсестер и санитаров. Твои проблемы со здоровьем благополучно завершились, у меня больше нет поводов тебя здесь держать. Но, мы так и не добрались до конца твоей истории, поэтому, мне непонятна причина твоего срыва до конца. По твоим рассказам, ты вел себя вполне мужественно во всей той ситуации, принимал решения, выручал товарищей. И это не соответствует твоему психическому состоянию на момент твоего появления в этих стенах. Дальше случилось что-то такое, от чего ты не смог защитить свой разум?

– В некотором роде, да. Мне было постоянно страшно, особенно, когда они загнали меня в гараж, откуда не было выхода, и где я находился в полном одиночестве. Это было жутко, но я выдержал.

– Что же тогда может быть ужасней, чем это?

– Тут дело не в одной какой-то причине, или вида смерти, тут был синдром снежного кома, когда одно наваливалось на другое, переплеталось с третьим, и так далее. Если рассказать в двух словах, то для вас это так и останется загадкой, так как эти 2 слова не будут передавать всего смысла случившегося. Я знаю, что вы не выпишите меня, пока не услышите, чем все закончилось, с моих слов, и началось со слов репортеров и полиции.

– Я не в праве тебя здесь задерживать против твоей воли, но, ты прав, насколько это возможно, я бы хотела оттянуть твою выписку до завершения истории.

– Тогда, вы услышите ее до конца, мне самому не хочется останавливаться на этом месте. У меня есть один вопрос к вам.

– Я слушаю, Стас.

– Как мне будет в дальнейшем с работой? В моей медицинской карточке появится какая-нибудь страшная статья, с которой меня будут избегать во всех приличных заведениях?

– Нет, даже не думай об этом. По документам, ты находишься на стационарном обследовании, по настоянию твоей матери, и по направлению от Курганского государственного университета.

– Это я и хотел услышать,- улыбнулся парень.

– Может, чаю?

– Нет, спасибо, только пообедали.

– Ну, тогда не будем терять время, Стас. Ты закончил на том, что вы вырыли яму, замаскировали ее, и стали ждать этих существ.

– Да, в тот вечер все осталось, как и накануне, за исключением места засады. Сделали мы его на славу, со стороны было совершенно незаметно, что есть какой-то подвох. Конечно, оставался тот ничтожный шанс, что существа пойдут через поле, и случайно провалятся в укрытие.

– Снова ты находился с пультом в ту ночь?

– Нет, тогда пошел Георгий, он, как истинный охотник, имел желание находиться непосредственно в режиме охоты, а не отсиживаться в тылах. Мы ему объяснили, что нужно делать, как вести себя, если что-то выйдет из-под контроля, и прочее. Он внимательно слушал, не перебивая, потому что, сам понятия не имел никакого, как бороться с этим зверьем. А мы, как-никак, нескольких уже положили к тому времени, у нас имелся богатый жизненный опыт борьбы с ними.