Чтение онлайн

Димка, узнав об этом, облегченно вздохнул — Динино осуждение его нервировало. Он был рад возможности передать через нее родителям, что он жив и здоров, но не более того.

— «Промыли мозги»! — с усмешкой повторил он ее предположение. — Если так — я за это благодарен. Хотел бы только знать, какой гад двенадцать лет назад решил, что я здесь лишний…

Ага, уважения к Великим Магистрам в нем не обнаружилось ни капли — и уже это опровергало возможность искусственного внедрения в его сознание новых установок. Ему нравились не Магистры.

Ему нравилось быть Ветром. Жить, учиться и тренироваться с гвардейцами. Потратив даром двенадцать лет, он старался сравняться с ними во всем, не давая себе ни единой поблажки, и уже многого добился, начиная с общего языка и заканчивая управлением здешними самолетами. Он знал, что Ветры его приняли, чувствуя их помощь, он увидел свои неизвестные прежде способности и силы, и ни за что бы не согласился распрощаться с обретенным здесь счастьем становиться героем.

Парни, действительно, были особенными. Если бы я не знала островитян, то влюбилась бы во всех сразу.

Ну, да.

Без объяснений. Классные они, вот и все. Что в них так цепляло — кто его знает, но с ними было именно хорошо. Спокойно.

Их первое короткое внимание, когда Капитан-Командор представил им меня на площади перед казармой, подарил полузабытое ощущение погружения в океан — единения с чем-то надежным и мощным, принимающим без условий.

Они были словно доспехи, охраняющие от любой опасности.

Все, как один.

Я их даже различать начала далеко не сразу, и то — приложив все силы мозга, хотя внешне они нисколько не были похожи. Какое-то излучение души, в которое теперь пришлось поверить, и по которому, очевидно, люди неосознанно узнают друг друга, было у всех них совершенно одинаковым, лишь Димка отличался слабым беспокойством.

Парни-островитяне были не такими. Хотя они, тоже прекрасно тренированные и способные освоить любую военную технику, точно также привыкли соблюдать жесткую дисциплину и субординацию, но каждый обладал чем-то только своим, исключительным, и никого из них другим заменить было бы невозможно.

Денис рассматривал Ветров на устроенном Капитаном-Командором марше с жадным интересом и, в конце концов, удивленно резюмировал:

— Оказывается, бывает и так…

Посмотреть было на что. Правительственная охрана располагала лучшим оружием и боевым транспортом, и объединенная мощь всего этого нас впечатлила: Дениса — расчетной эффективностью, меня — потенциальным злом, потому что арсенал предоставлял большие разрушительные возможности в достаточно широких территориальных границах, и тем, против кого они должны быть направлены, категорически не повезет. Радовало одно — все это предназначалось якобы для обороны.

Я узнала, что легкость, с которой мы проникли в резиденцию Великих Магистров, была обманчивой — просто Капитан-Командор знал, где нужно проникать и как обманывать следящие установки. Не знающего и не приглашенного верная гибель ждала еще до входа в атмосферу.

На самом деле бедная ресурсами и непригодная для проживания планета была вооружена до зубов, и к этим длинным наточенным клыкам прилагались на приличном отдалении еще и сильные когтистые лапы Армии Конфедерации. С периодичностью пять раз в сутки информация о благополучии резиденции направлялась командованию Армии со специальными курьерскими кораблями (с направлением нематериализованных сообщений по пробитым космическим каналам почему-то имелись проблемы, или такому способу не доверяли сами Магистры).

Все это мы с Денисом узнали, стоя за спиной Капитана-Командора, изучавшего качество наступивших в его отсутствие перемен, и потом, когда девяносто процентов всего живого в крепости погрузилось в «долгий отдых».

Ни я, ни он не могли спать и даже просто находиться в покое. Я испытала пугающее предчувствие неизбежного взрыва в собственном теле, когда, проверив Дину в отведенной для меня комнате, отправилась отсыпаться на ее кровати. Уже через две минуты меня начала колотить крупная дрожь, а от ног стало исходить тревожное какое-то тепло.

Я поднялась. От резкого движения ненадолго полегчало.

Сделав три круга по комнатке, я выскочила в коридор, и там наткнулась на Дениса. Он угрюмо хмыкнул, давая понять, что мы в одной лодке, и сразу предложил для обсуждения:

— Одно из двух: так исчезает кармическая грязь, или это бродит свежая протоплазма.

От его кожи поднимался пар.

— Склоняюсь к протоплазме, — клацая зубами, согласилась я.

Не договариваясь, мы пошли к лестнице, ведущей на жилой этаж. Капитан-Командор поднимался нам навстречу.

— Пройдет, — едва взглянув на нас, утешил он. — Примерно через неделю.

Я молча сругнулась, а Денис опять хмыкнул:

— Всё лучше, чем быть мертвым.

— А п-почему так? — поинтересовалась я. — И что делать?

— Двигаться. То, что мы пили на Ледниковой Планете, содержит не только протоплазму, но и много других веществ, концентрация которых в ваших тканях сейчас избыточна. Вам нужно разогнать их по всему организму — с кровью, гормонами и прочим.

Денис кивнул на тренировочный зал, что находился дальше по коридору.

— Там есть что-нибудь для перегрузки?

Капитан-Командор пошел вперед. Неужели мне придется заняться спортом? Ненавижу это со времен дрессировок в лагере террористов.

— Могу предложить тренировочный полет, — не оборачиваясь, сказал он. — Адреналин гарантирован.

Денису он это ответил или мне, было непонятно, и каждый зачислил предложение на свой счет.

— Нас не заподозрят в шпионаже? — спросил Денис. — Мы ведь военные тайны можем узнать.

— Будет нужно — заподозрят, — отозвался Капитан-Командор, — и без тренировочного полета. За кого ты боишься?

Денис остановился.

— За тебя.

Капитан-Командор остановился тоже.

— Зря. Я здесь только до отлета консула Земли с Диной. Сразу после этого меня лишат статуса, и я буду нежелательной персоной.

Все мышцы напряглись, кровь проникла в кожу. Дрожь исчезла.

То, к чему он был почти безразличен, вызвало у меня приступ отчаянья. Почему ни на Земле, ни здесь, где стольким людям он нужен, ему нет места?

— Не стоило показывать Магистрам зубы, — тихо сказала я.

— Это не зубы, это бивни, — с неизвестно откуда прорвавшимся мальчишечьим вызовом ответил он. — Я не собака. Я слон.

Мое же сравнение. Всё заметил.

По большому счету, он мальчишка и есть. Ровесник Дениса, ненамного старше меня, а я позволяю себе быть девчонкой.

И он не любит Великих Магистров.

— Я очень хочу тренировочно полетать, — примирительно сказал Денис, — но давай ограничимся тренажером. Мне ясно кажется, что я сюда еще вернусь, и тогда будет можно больше, чем сейчас.