Чтение онлайн

– - Сделаем так. Утроим заряд, тогда не придется с ним нырять, -- только забросить. Сашка и Серега -- на страховке. Сразу после броска втягиваете фалом Боцмана в люк, и включаем двигатели. У нас будет десять секунд. Надя, слышишь.

– - Все поняла.

Пасть поднималась справа-снизу неторопливо и неотвратимо. Во время экскурсии с учениками на металлургический завод случилось заглянуть в мартеновскую печь, увидеть кипящий, брызжущий искрами металл. Пасть чудовища выглядела в разы больше, и "мартен" был обсажен по кругу длинными, загнутыми внутрь зубами. Федор отделился от корпуса "Витязя" и поплыл навстречу рыбе, прижимая к груди полуметровый шар фугаса. Фал -- страховочный трос -- змеился, вспыхивая отблесками на сгибах, следом.

Очевидно, рыба не видела Боцмана подбитым глазом, и это увеличивало наши шансы.

– - Та, рядом с Луной, была поменьше, -- прошептал в тишине Леха.

– - Помолчи. Черт! Он не дотягивается.

Боцман не рассчитал траекторию и теперь проплывал ниже нижней губы. Мы видели, как он отчаянно пытается оттолкнуться ногами и приблизиться к цели, но вакуум не твердая опора. Внезапно рыба сильнее раскрыла рот, и ее нижние зубы оказались на уровне груди Федора.

– - Ну, давай!
– - я заговорил вслух.

Федор толкнул снаряд вперед, перевалил его через зубы и нырнул вниз. Фал натянулся и потащил гарпунера к шлюзовому люку.

– - Надя, приготовились, -- на панели загорелась лампочка захлопнувшегося шлюза.
– - Три, два, раз, поехали.

Ускорение придавило к спинке. Свалился и покатился на боку к выходу не привыкший к перегрузкам Слоник. Экран кругового обзора осветила яркая вспышка оставшегося позади взрыва.

Полет получается крайне насыщенным и утомительным. Начавшись боем со спецназом службы безопасности, взрывом космодрома, продолжает грузить мои уставшие от впечатлений совесть и душу трупами людей(а теперь и рыб), которым до конкретного меня в сущности и дела не было. Они решали свои задачи, а я со своими экипажами оказался на их пути. Жизнь окрасилась в цвета безнадеги: рок, судьба или нечто, сзади нависающее над плечом и шипящее в ухо с назойливым постоянством.

Усталость материализовалась булыжником в голове. Попытки заговорить, повернуться, перевести взгляд переваливали камень в черепной коробке и вызывали мучительную боль. Излечить ее можно только сном, но через три часа посадка на Приют Путника, и доверить сложный маневр Сереге или Боцману нельзя: маловато пока у ребят опыта.

В кресле второго пилота Федор. Серега с радостью перегрузил свои служебные обязанности на Боцмана и часами пропадает в кабинке "интим-связи", воркуя со Светкой о возвышенном, "неземном" и, просто, высоком. После победы над рыбой ребята зациклились на защите животных. Серега второй раз отказался есть мясо, смотрел во время обеда осуждающим взглядом и выдал фразу: "Защита животных -- священный долг каждого цивилизованного человека!"

– - Говоря "цивилизация", человечество себе льстит, -- скривился в ответ Леха, -- а игры в защитников природы -- придумка пастырей-кукловодов, для обеспечения себя послушной паствой.

– - Федор, а кто направил Добрый нас перехватывать?

– - Генерал Иванофф, -- Боцман отвлекся от наблюдения за космосом и повернулся с креслом в мою сторону.
– - В следующий раз осмотрительнее будешь выбирать начальство.

– - Так он жив?
– - не люб мне был генерал, но и смерти я ему не желал.

– - Когда вы разнесли космодром, отделался синяками, помчался на запасной командный пункт и начал рвать и метать, -- Федор радостно улыбнулся.

– - Федя, космодром "разнес" генерал: подорвал Заряды самоликвидации, которые мы оставили на складах, но меня, тем не менее, сжигает чувство вины за гибель космодромной обслуги и душечки Ксюши.

– - Не заморачивайся, -- Федор отмахнул рукой, дурашливо приосанился и забасил голосом пастыря.
– - Нет на тебе невинной крови, отрок.
– - Он засмеялся и продолжил обычным тоном.
– - Вечером космодромная богема наливалась в "Веселом Такелажнике" по случаю Ксюшиной днюхи, ну, ты в курсе. Когда выпили за Ксюшу по пятой, пришли Колян и Витек и рассказали, как классно оторвались в драке с отличным мужиком. Начали пить за тебя и за благородство в бою. Ксюша сказала, что поцелует того, кто будет брать с тебя пример. Все пообещали стать благородными героями космоса и начали целовать Ксюшу и пить за твое здоровье. Потом вспомнили. что я твой друг, и начали пить за меня, а я -- целовать Ксюшу, в общем, бедлам, разврат и моральное падение всех присутствующих. На третьем круге, в восемь утра, меня погрузили на гравипед, оттуда в Добрый и отправили на рыбалку. А через два часа космодром взорвался, только никого, кроме Службы безопасности там не было. Все валялись пьяные в Веселом Такелажнике.

– - Умеешь успокоить, а девицы рядом с генералом не было?

– - Резкая и спортивная в обтягивающем камуфляже?

– - Она, моя бывшая.

– - Крутилась у стола во время видеосвязи. Ты здорово разозлил девушку: генерал дал команду взять транспорты на абордаж, а вас живыми, но девушка бросилась, как пантера, брызнула в Иваноффа ядовитой слюной, и генерал велел стрелять на поражение. Я решил не участвовать и сбежал.

– - Слюна, точно, ядовитая?

– - Китель у генерала задымился.

– - На Добром много народу... было?

– - Пара министров с лакеями -- цирюльниками, поварами. Этого дерьма не жалко. Экипаж.

– - Жаль коллег.

– - Жаль, -- эхом отозвался Боцман.

ГЛАВА 17 Приют Путника

Клептомания -- любимая болезнь землян:

чем больше воруешь, тем больше хочется.

Справочник молодого терапевта

Булыжник кое-как умостился в голове, перестал ворочаться и теперь давил затылок равномерной тупой болью. Стараясь не беспокоить его лишний раз, я присматривался к понемногу вырастающей в центре экрана планете Приют Путника.

 Подошла Нэлька, тихо прижалась, уютно засопела в ухо.

– - Твой дом.

– - Да.

Как-то умудрялись до сих пор не вдаваться в дела и планы друг друга. С первой встречи стрелочка моего сердечного компаса всегда была направлена к Нэльке и всегда доносился ответный теплый сигнал через расстояния и время. Непрерывные теплые волны нежности.

– - Все, перестала болеть, -- Нэлька двумя руками взлохматила мне волосы, и я, все еще не веря, осторожно потер пальцем переносицу.

– - Даешь, сестричка. Ты сама лекарство -- можно к ранам прикладывать.

– - И к душевным тоже, -- с грустной серьезностью выговорила девочка.

– - На чужое поле не влезай, -- шутливо чиркнул по Нэлькиному носу пальцем.
– - Душевные раны моя епархия. Давай-ка рассказывай, какой ветер сорвал тебя с Земли ранее завершения разведывательно-шпионской миссии?