Чтение онлайн

Ввысь поднялся известный нам уже Матаришван — "посланник Вивасвата", родоначальника людей и отца Ямы. Подвигом этого арийского Прометея стала добы­ча подземного огня, охранявшегося от дэвов асурами...

От Савитара, подземного Солнца и воплощения Варуны, получили бессмертие Рибху ("работа") — трое братьев-мастеровых. Так наградили их боги за подвиги, совершенные в течение года. А подвиги были такие: переделка на 4 чаши (фазы Луны) божественного куб­ка для напитка бессмертия, изготовление колесницы для божеств утренней и вечерней зари, возвращение молодости своим престарелым родителям, учреждение трехсезонного календаря, проведение 12 дней у самого Солнца (очевидно, в период зимнего солнцестояния)... Образу Рибху соответствуют подкурганные захоронения ремесленников.

Покойник "обретал возможность воскресения" после ритуального присоединения к годовому циклу. Этой це­ли служили обнаруживаемые в курганах обсерватории и календари. Помимо практического, они имели и маги­ческое назначение. Расшифровать их можно, лишь об­ладая календарными кодами, доныне хранимыми индийскими брахманами. Так, 21 было излюбленным числом Солнца и года "Ригведы": трижды по семь ша­гов Вишну, трижды семь поленьев костра жертвенного

Пуруши и прочее. А расшифровывается это число так: 12 месяцев+5 времен года+3 мира+1 солнце = 21-член­ный год. 17-членный год, составленный из первых двух чисел, посвящался Праджапати — "отцу существ". Цикл в 100 лет символизировал человеческий век и раскла­дывался на 60 дней и ночей месяца+24 годовых полу-месяца+12 полных месяцев+3 времени года+1 солнце...

Яркие примеры календарной магии представлены в памятниках, о которых мы многократно уже говорили: в погребениях "космических странников" из VI— VIII слоев Высокой Могилы.

На стенках гробницы кеми-обинского, древнейшего из них, погребения магия календарных чисел отразилась в количественных соотношениях отрезков и точек, со­ставляющих изображения (рис.15). Обыгрывалось число 28 (то есть 21+7, см. выше) — усредненная про­должительность синодического и драконического меся­цев (29+27)/2 лунного календаря. Знаки времен года на

боковых, восточной и западной, стенках перемежались изображениями стражей миропорядка на стенках торцо­вых. Последние соответствуют, как мы уже знаем, Мит­ре — Варуне и Яме — Ману. Именно в такой последова­тельности, двигаясь, как принято в ритуалах, правым плечом вперед, должен был "пройти" мимо божеств по­гребенный: с севера на юг, а затем с юга на север, "пу­тем смертных" и "путем богов".

Ступай, ступай прежними путями,

Где прошли наши предки!

Обоих царей, радующихся жертвоприношению,

Яму и Варуну — бога ты должен будешь увидеть.

Погребение под VII слоем Высокой Могилы от­носилось к ямной культуре. Оно было перекрыто до­сыпкой в виде бычьей головы — знака Тельца (рис.9). Прослежены его рот и глаза, выполненные в виде во­ронок. Во рту найдено 11 яйцеобразных комков охры, символизировавших, очевидно, остальные зодиакальные созвездия. Погребение под VIII, солнцеобразным слоем с расходившимися от него 12 лучами-дорогами было пе­рекрыто магической повозкой, 7 колес которой направ­лены в "русла потоков" зодиакальных созвездий весен­не-летнего полугодия (рис.28).

Несомненно, что Высокая Могила и некоторые дру­гие "пирамиды степей" сооружались под руководством высокопрофессиональных жрецов — не только храните­лей, но и творцов традиций. Это были выдающиеся зна­токи календарей и первобытных, еще не дифференциро­ванных зачатков науки — философии — искусства — религии.

Выше мы обратили внимание на то, что строители последнего, XI слоя Высокой Могилы знали о том, что представляли собой сооруженные тысячелетие назад VI—VIII слои. Это можно объяснить лишь существова­нием развитого фольклора и наследственного клана жрецов. Не было ли среди них Кашьяпы, Вишвамитры, Атри или еще кого-нибудь из риши — "сказителей", со­здавших древнейшие, II—VII циклы "Ригведы"? Такая возможность вполне вероятна. Ведь, помимо общего вывода специалистов, что ведийский ритуал старше "Ригведы" и сложился на прародине ариев, обнаружены и весьма специфические соотношения между курганным обрядом и сборником гимнов.

Как и в "Ригведе", блюстители курганного обряда не принадлежали к какой-либо единой археологической культуре, ибо хранили знания и ритуалы и "ямников", и "кеми-обинцев", и "старосельцев", и "катакомбников", и "срубников" (а в "Ригведе": "пяти арийских наро­дов").

В Индии профессиональными хранителями традиций являются кланы риши и каста брахманов. Подобные замкнутые объединения хранителей общественной муд­рости существовали и у других первобытных народов: волхвы древних русичей, друиды галльских племен, со­здавших Стоунхендж и десятки подобных ему сооруже­ний... На примере культа Аполлона мы познакомились со жрецами-астрономами, которые обслуживали древ­нейшие обсерватории Европы и странствовали для уточ­нения календарей от Британии до Алтая, от Малой Азии до Скандинавии. Очевидно, что подобные стран­ники могли распространять очень специфические знания, навыки, мифы, изображения, вещи.

А как происходило обособление мудрецов в среде разноэтничных племен Азово-Черноморских степей? С какими цивилизациями связаны были жрецы индо­иранской языковой общности до частичного переселения арийских племен в Индию?

Обособление различных, не только жреческих, но также ремесленных и воинских групп прослеживается в Юго-Восточной Европе с середины IV тысячелетия до нашей эры. Это было время начала становления Египта и Шумера, распада индоевропейской и формирования индоиранской общности.

Немаловажное место среди них принадлежит так называемому Новоданиловскому культурному типу, воз­никшему в среде поздней днепро-донецкой и ранней среднестоговской археологических культур. Возникнове­ние этого типа прослеживается в Мариупольском мо­гильнике, подобные памятники распространяются затем от Балкан до Кавказа, следы обнаруживаются даже на Ближнем Востоке.

Наиболее отчетливыми показателями далеких похо­дов "новоданиловцев" являются находки клювообразных молотов-клевцов из оленьего рога и, главное, скипетров в виде лошадиных голов. Навершия скипетров изготов­лялись преимущественно из полированного камня. Такие изделия найдены от Югославии до Дагестана. А от Приазовья до Ирана встречаются бронзовые им подра­жания. На всей этой огромной территории бытовали также крестообразные навершия булав, три находки которых в Мариупольском могильнике позволили нам выявить истоки символики арийской палицы-ваджры.

Особую подвижность и мощь придало "новоданилов­цам" приручение лошади и начало использования ее для верховой езды. Всадник с боевыми клевцом, була­вой или скипетром представлял собой в те времена неви­данную, непобедимую силу. Очевидно, именно эти пер­вые конники породили мифы о полумужчинах-полуко­нях (кентавры древних греков) или птицеподобных воителях (гаидхарвы ариев) — существах вероломных и доблестных, божественных и диких.

В историю культуры навсегда вошли "наимудрей­ший из кентавров" Хирон, учитель величайших героев и сына самого Аполлона, а также Гандхарва, "стоя­щий на своде небес". Такие образы находят соответ­ствия в захоронениях у сел Новоданиловка Запорож­ской области, Суворово Одесской области и других, которые были перекрыты камнями с календарными зна­ками или окружены ориентированными по небесным светилам кромлехами, что указывает на астрономичес­кие познания, на мудрость распорядителей погребаль­ных обрядов.

По-видимому, "новоданиловцам", древнейшим пред­ставителям формирующейся индоиранской общности, первым удалось замкнуть в единое кольцо так называемую Циркумпонтийскую культурно-историческую зону: области вокруг Черного и Азовского морей, заселенные разноэтничными племенами и народностями. Установи­лись столь тесные связи, что восточносредиземпомор­ское население проникало до Нижнего Подпепровья, а характерный для днепро-донецкой культуры погре­бальный обряд — вытянутые, посыпанные охрой покой­ники — обнаружен на кладбищах шумерских городов Ура и Эреду.