Чтение онлайн

— Обо всех говорить не могу. Не стоит обижать моих коллег. Некоторых из них кое-кто хотел бы вообще заставить замолчать навсегда. Но, как бы там ни было, в моем случае все произошло именно так, как я тебе рассказал. Должен добавить и некоторые новые детали. Уверен, что они продолжение истории.

— Не отвлекайся на отступления. Дело следователя решать, что является продолжением, а что — нет. Говори, и попытаемся разобраться во всем вместе.

— Рон, — произнес Смит, — я уже начинаю сравнивать себя с полковником Шеффилдом, дело об ограблении которого поручено вести тебе.

— Откуда у тебя такая информированность?

— Пресса сообщила об этом, — Смит достал из кармана свернутую газету, протянул ее другу.

Инспектор прочитал на одной из страниц:

«Сегодня неподалеку от своего дома застрелен полковник разведслужбы С. Шеффилд. Пуля вошла ему в затылок и, выйдя в области левой глазницы, расплющилась о каменную ограду. Смерть наступила мгновенно… По предварительным данным, цель нападавших — ограбление. При полковнике не обнаружено ни одной ценной вещи или бумаги, за исключением дорогого перстня… Расследование этого преступления поручено старшему инспектору полиции Рону Джексону».

— Оперативно сработали газетчики, — оценил инспектор публикацию. И, обращаясь к Смиту, спросил: — А что тебя объединяет с Шеффилдом? Тебя тоже ограбили?

— Хуже, Рон. Пытались убить. Причем дважды за день.

— Расскажи об этом подробнее.

— Из редакции я ушел раньше обычного, — начал Смит. — Сел в машину и отправился домой. Час пик еще не наступил, и на шоссе было достаточно свободно. Тем не менее в мое авто врезался темный «Шевроле», который тут же умчался. Как я остался жив, до сих пор не могу понять.

— Но, Смит, тысячи автомобилистов гибнут в подобной ситуации, и никто не ссылается на идентичность их судеб с судьбой высокопоставленных офицеров.

— Я бы тоже не стал этого делать, но вскоре произошло еще одно событие… После столкновения нервы мои были столь напряжены, что я решил немного успокоиться. Лучшее место для этого — бар. Бросил машину, взял такси и поехал в ближайшее заведение. Там немного пришел в себя и домой решил добираться пешком. Надо сказать, что неподалеку от моего дома есть темный участок пути, где растут густые старые деревья и улица затемнена. Когда я проходил там, от стены отделился человек и с ножом в руке неожиданно бросился на меня. Сейчас я благодарю судьбу за то, что некоторое время провел в группе специального назначения! Выбитый нож остался торчать в одном из стволов. Но нападавший на меня человек исчез. Он рванул в сторону и убежал. Я был так ошеломлен, что не попытался задержать его.

Смит остановился. Он был по-настоящему взволнован. Рон спросил:

— Как ты думаешь, кто мог охотиться за тобой? Ты кого-нибудь подозреваешь?

— Я понятия не имею.

— Хорошо, пойдем другим путем. Ты говорил, что после просмотра фильма прошло четыре дня. Все это время ты жил спокойно, и никто на тебя не покушался. Наконец кто-то решил именно сегодня убрать тебя, причем это желание оказалось настолько обостренным, что были совершены подряд две попытки. Вспомни-ка все события дня в мельчайших подробностях. Только сначала ответь, ты никому не сообщил об истории с просмотром?

— Никому! Я ведь рассказывал тебе, что генерал выдал мне весьма строгие инструкции на этот счет.

— Кстати, Смит, о генерале. Ты давно виделся с ним?

— Я только звонил ему. Сегодня.

— Стоп! Вспомни, что ты еще делал сегодня такое, что так или иначе может быть связано с ним и со всем этим делом?

— Ровным счетом ничего. Лишь позвонил генералу, потому что увидел в газете фото убитого Шеффилда, — Смит на мгновение запнулся и тихо закончил: — Я узнал в нем человека, который руководил похищением профессора.

Инспектор внимательно посмотрел на своего друга. И с расстановкой спросил:

— Повтори, пожалуйста, кого ты узнал в полковнике Шеффилде?

— Руководителя группы, которая похитила Садлера. Я не мог его не узнать. У него была такая характерная отметина — шрам на правой щеке!

Рон покачал головой.

— И ты до сих пор молчал об этом?

— Но я же тебе сейчас рассказываю. В убитом Шеффилде узнал…

Инспектор перебил его:

— Помолчи немного. Я должен собраться с мыслями. Не каждый день получаешь такие подарки от друзей, да еще по служебной линии.

Рон поднялся со своего места. Подошел к окну. Выглянул на улицу. И, казалось, засмотрелся на автомобили, мчавшиеся по широкому шоссе. Затем, не оборачиваясь, спросил:

— Ты делился этим открытием с кем-нибудь?

— До тебя пытался сказать генералу по телефону, но разговор не получился.

— Так, дружище, здесь уже что-то есть. Ты хорошо помнишь разговор с тестем?

— Да.

— А мог бы ты его воспроизвести с документальной точностью?

— Думаю, что это не составит для меня труда.

— Тогда сделаем вот что. Я сейчас включаю магнитофон, — с этими словами Рон протянул руку к установке, — и ты наговоришь на него беседу с генералом. Только, пожалуйста, старайся ничего не пропустить. Передавай даже малейшие интонации.

Смит немного подумал, сосредоточился, вспоминая детали, а потом начал:

— Газету я увидел сегодня утром и сразу позвонил генералу. Я ему сказал…

— Стоп, — перебил Рон. — Давай построим беседу таким образом: говорить будешь, предварительно называя участников диалога, — «Смит», «Генерал». Понял?

— Да. Итак…

Смит: Добрый день, генерал.

Генерал: Слушаю тебя, мой мальчик.

Смит: Вы читали сегодняшние газеты?

Генерал: Да, я просмотрел их.

Смит: Обратили внимание на сообщение об убийстве полковника Шеффилда?

Генерал: Мало ли кого убивают в нашем городе… Смит, как ты смотришь на то, что мы с женой за ничтожную плату освободим вас со Сьюзен на весь сегодняшний вечер от Билла? Сказать по правде, я немного соскучился по сорванцу.

Смит: Это блестящая идея! Но я хотел вам сказать совершенно о другом…

Генерал: И не только я соскучился, но и жена тоже. Подумать только, шесть лет назад она говорила, что умрет в тот день, когда ее назовут бабушкой. Ей кто-то вбил в голову, что как только она станет ею, то годы побегут вдвое быстрее. А теперь души не чает в этом маленьком негодяе. Знаешь, что он сказал ей прошлый раз: «Я на месте деда посадил бы тебя под арест, пока ты не исправишься и не начнешь давать мне столько конфет, сколько я у тебя попрошу». Представляешь?