Чтение онлайн

– Так ведь рыба чья? – спросил Дудиков. – Народная. То есть вы у народа берёте, а деньги не платите. Это неправильно.

– А я разве не народ? – удивился Калюжа.

– Ну, это мы ещё посмотрим, - сказал Семён. – Вот вы кем работаете? Что делаете?

– Слесарь я, - ответил мужик, вытерев нос рукавом свитера. – Прессы делаю, чтобы детали всякие штамповать.

– А вы хотите рыбу ловить и налоги не платить?

– Хочу, - уверенно кивнул Калюжа.

– Тогда вы должны служить народу другим способом, - продолжил Семён.
– Идите ко мне работать, на государственную службу.

– А что же я у вас буду делать?

– Ну, сейчас вы просто слесарь, - объяснил Дудиков. – А будете главный слесарь. И будете делать самый главный на Земле пресс. Согласны?

– Ну так это… Ну да.

– Отлично, договорились, - Дудиков снова пожал руку Калюже и продолжил путь.

«Надо же, - подумал Илья Владимирович, - такой большой человек, а заботится о каждой мелкой сошке. Ведь это сколько же сил и времени нужно иметь, чтобы ни о ком не забыть». И он проникся таким всепоглощающим чувством к этому человеку, что даже не мог подобрать для этого чувства подходящего слова, разве что букву – к примеру, «Б».

Семён же как раз добрался до женщины в народном костюме и поинтересовался:

– Здравствуйте. Как вас зовут? По какому поводу так нарядно выглядите?

– Здравствуйте, - расцвела тётка.
– Я – Марфа Петровна. А повод у нас простой, Семён Иванович – вы к нам приехали! Праздник у нас.

– Ни к чему это, Марфа Петровна, - возразил Дудиков.- Это не праздник, а обычный рабочий момент. Я такой же человек, как и вы. Я просто делаю свою работу. А задача моя – чтобы работали на этой планете все. И чтобы все вносили вклад в общее дело. И я этот вклад чтобы собирал и справедливо распределял на те нужды, которые считаю единственно правильными. Вот вам же нужно, к примеру, сильное государство?

– Мне лично или в общественном плане? – растерялась Марфа Петровна.

– Ну, скажем, лично, - уточнил Дудиков.

– Тогда конечно, - ответила Марфа Петровна. – Если государство будет сильное, то и защитит оно, и поможет в случае чего.

– Правильно, - Дудиков выставил вверх указательный палец. – В случае чего – да. А пока надо самому государству помогать. Чтобы оно стало сильным. Поэтому сейчас не время праздновать. Надо работать. Строить, производить. И платить с этого налоги. Я вот подумаю ещё немного и, пожалуй, праздники запрещу. Ну, может, не все сразу. Но со временем – все. От них бюджету один вред. Вы согласны?

– Ну, вам виднее, - широко улыбнулась Марфа Петровна.

– В этом вы, безусловно, правы, - кивнул Дудиков и сделал шажок в сторону Ильи Владимировича.

– Здравствуйте, - произнёс Дудиков, и Илье Владимировичу понадобилась пара секунд, чтобы осознать, что слова обращены к нему.

– А…О! Здравствуйте! – Илья Владимирович с энтузиазмом потряс предложенную руку.

– Ну, а вы, уважаемый? Как вас зовут? Кем работаете? На что жалуетесь? – спросил Семён.

– Я-то?
– Илья Владимирович стал лихорадочно вспоминать, как его зовут.- Я ни на что не жалуюсь… Я рад стараться! Тюртяев Илья Владимирович, пенсионер я.

– Очень хорошо, - сказал Дудиков. – Хотя, конечно, плохо. Если вы рады стараться, тогда почему же вы пенсионер? Это же, получается, вы не работаете, а с государства деньги получаете? В чём же тут справедливость?

– Так это же… - пробормотал Илья Владимирович. – Справедливость в том, что я уже своё отработал, а теперь хочу отдохнуть.

– Эх, - покачал головой Дудиков. – Узко вы мыслите, Илья Владимирович, не по-государственному. Я, положим, тоже хочу отдохнуть. Но я вот пойду и отдохну. А на пенсию пока не собираюсь. А вам надо всеми силами государству пользу приносить. Рано нам ещё на покой. Я вот считаю, нам надо повысить пенсионный возраст. Иначе скоро всё государство уйдёт на разных иждивенцев – нет, я не вас имею в виду, вы же рады стараться, а вот некоторые элементы совсем не рады, им бы только на боку лежать да тянуть из меня деньги государственные. Вот вам, Илья Владимирович, сколько лет?

– Восемьдесят два, - сказал Илья Владимирович, выпятив грудь с орденами.

– Вот видите, какой вы ещё в таком возрасте крепкий и бравый! Ещё не все соки из вас вышли, так сказать. Значит, надо на пенсию уходить уж никак не раньше девяноста. Я так считаю. Готовы вы ещё поработать?

– На благо государства – готов! – воодушевлённо воскликнул Илья Владимирович.

– Это хорошо, - сказал Дудиков. – А государство – это я. Значит, вы и лично мне услугу окажете. И я этого не забуду.

– Благодарю за доверие! – гаркнул Илья Владимирович.

Дудиков слегка поморщился, кивнул и отошёл в сторону. Потом вдруг нахмурился и, словно бы что-то вспомнив, вернулся назад, к Илье Владимировичу.

– Я хотел вас спросить, – заговорил вдруг Дудиков, - а раньше вы кем работали?

– Я это… - сказал Илья Владимирович.
– По партийной части.

– Знаете, что? – Дудиков явно рассердился. – Никакой пользы от вас не будет. Какая уж сейчас партия? Вы, небось, и не умеете ничего толком. Так что нечего вам небо коптить. Пора вам уж и того, в расход.

– Так я уже! – воскликнул Илья Владимирович. – Я же и говорю – рад стараться. Я же уже и в гроб лёг на всякий случай.

– Ну, и хорошо, - кивнул рассеянно Дудиков. – Это правильно. Народные деньги экономить надо. А то – пенсия…

Семён задумчиво отошёл в сторону, глядя в розовый шевелящийся асфальт.

– Слушай, Рубель, - прошептал он, - может, хватит уже на сегодня? Тошнит от этих рож.

– Ну что ж, достаточно вполне, - пропел голос Рубеля в ухе.
– Но всё ж сказать хотелось мне – вы слишком строги и хмуры, в лице недостаёт игры. Вы смотрите на них в упор, и взгляд ваш – как немой укор, а лучше было бы…

– Хватит, понял я, - сказал Дудиков, улыбнулся и помахал народу рукой. – Поехали.

Возле них из серых клубов маразма быстренько сформировался просторный чёрный автомобиль, который раскрыл пассажирскую дверь, впуская Дудикова.

– Молодец, Семён, - сказал сидящий за рулём Морген в образе жирного хряка в кепке. – Всё очень правильно говорили. Но и Рубель прав. Ваша задача не столько набрать больше денег, сколько заработать уважение и любовь этих людей.

– Тут уж либо одно, либо другое, - возразил Семён.

– Не скажите, - Морген завёл машину, и она плавно поплыла над асфальтом, поднимаясь всё выше. – Я вам организую встречу с психологом, он вам разъяснит некоторые приёмы.

– Как скажете, - Дудиков пожал плечами.
– Куда едем?

– Да мы и не едем никуда, - ответил Морген. – Это вам только кажется.

Семён огляделся и увидел, что сидит совершенно один за огромным столом в просторном солидно обставленном кабинете.

В дверь робко заглянул Митька.

– Семён Иваныч, к вам министр финансов. Пустить?