Чтение онлайн

– Бытие, – поправила Тамара.

– Так не в рифму было бы, - возразил Рубель.

– А зачем вы говорите стихами? – спросила Тамара. – Это же трудно, да и смысл искажается. К чему эти ограничения – рифма, размер?

– Вселенная стихов полна, - ответил Рубель. – Услышит всякий, кто не глух. По венам пробежит волна – и ритм уже ласкает слух. И в каждом выдохе есть вдох, в зиме - весна, в морозе - жар, в поступках беса виден Бог, и рифмы – суть всех этих пар. Стихи и проза – всё одно, они рождаются не мной, и то, что мне сказать дано, не скажет кто-нибудь иной.

– Запутанно, но я вас поняла, - сказала Тамара. – Так что там насчёт тайн мироздания? Рассказывайте.

– Глаза расскажут лучше слов, - сказал демон.
– Мы с вами в небо полетим, и показать я вам готов, что движет мёртвым и живым.

– «Что движет мёртвым» звучит сомнительно, - заметила Тамара. – Это что-то из ужастиков про зомби. Но я согласна. Только не в купальнике же лететь.

– Во всех ты, душенька… Простите, плагиат, - поправился Рубель. – Красив купальник, что на вас надет. Но вы всегда вольны сменить наряд. Я подожду, спешить резона нет.

Тамара метнулась к гардеробу, затем в соседнюю комнату и через несколько минут предстала перед демоном в черных обтягивающих брюках, зелёной лёгкой блузке и туфлях на высоком каблуке. Она также взъерошила волосы и слегка накрасилась.

– Вы просто ослепительны сейчас, - торжественно произнёс демон, протягивая ей руку через окно.
– Всё, что б вы ни надели, вам идёт. Теперь же пригласить позвольте вас в короткий просветительский полёт.

Тамара взяла Рубеля за руку и почувствовала, как её ноги отрываются от пола, словно она лишилась собственного веса.

– Простите, - возмутилась она. – А как же законы физики? Закон сохранения масс, в конце концов?!

– Забудьте на мгновение о нём, - ответил демон, поднимаясь вместе с ней. – И верьте лишь глазам своим и мне. Порой мы от законов устаём. Считайте, что летаете во сне.

Рубель взмахнул крыльями, хотя уже было ясно, что для полёта они ему не нужны, и они с Тамарой плавно поплыли прочь от здания, поднимаясь всё выше и выше.

– Совсем не страшно, - удивилась Тамара, болтая ногами в воздухе. – Но я не узнаю Москву. Вон там раньше была гостиница «Красные холмы», а там – Кремль… А сейчас там какие-то уродливые столбы и странные железяки.

– Всё зыбко – и природа, и пейзаж, - ответил Рубель. – Забудьте о надёжности вещей. Всё, что придумать может разум ваш, вполне увидеть может взор очей.

– Но почему? – не поняла Тамара. – Что произошло с миром?

– Есть только хаос. Мир – его мираж, - сказал Рубель. – По счастью, я умею чудеса. Я, словно на бумаге карандаш, умею рисовать на небесах.

Рубель взмахнул крылом, и небо резко помрачнело, покрывшись яркими звёздами.

– Мадемуазель, взгляните-ка туда, - продолжил он, указав рукой на юго-запад. – Нет-нет, чуть дальше, справа от горы. Сейчас я докажу вам, что всегда смогу влиять на правила игры. Вы видите, строительство идёт? Людишки тащат кто бревно, кто дверь, кто лист железный, и из года в год стена крепчает. Вдумайтесь теперь – как может быть, что хаос не сровнял её с землёй? Ведь всё вокруг дрожит, как призрак сквозь магический кристалл, меняет суть, строение и вид едва ли не ежеминутно?

Тамара прищурилась:

– Я вижу очень смутно, что происходит там.

– Летим тогда поближе к тем горам, к чему глаза-то портить?

– Топор? – не поняла Тамара. – Какой топор?

– Без топоров нельзя никак, не спорьте, - отозвался демон. – Ведь нужно и ломать, и созидать. Да, тяжело, но мы не на курорте, мы хаос поворачиваем вспять.

Тамара вгляделась в приближающийся пейзаж, силясь понять, что же имел в виду синий мужик с крыльями. Огромная равнина была заполнена людьми, которые суетились на ней, словно мухи, облепившие труп великана. В центре толпы, исполняя роль этого трупа, возвышался каркас исполинского сооружения, напоминающего одновременно пирамиду и противоракетный бункер. Люди носили различные стройматериалы, пилили, рубили, копали, варили, клали кирпичи, заливали бетон, забивали гвозди и красили. На первый взгляд работа выглядела полным сумбуром, но сооружение росло чуть ли не на глазах. По стройке ходили менее суетливые люди в чёрной форме, похожей на военную, с хлыстами в руках. Они вели себя надменно и периодически пользовались кнутами, подгоняя рабочих. Всё происходящее освещалось прожекторами, установленными на нескольких деревянных вышках.

А вокруг этой равнины земля двигалась, шевелилась, то превращаясь в гору, то извиваясь в русло реки, то опускаясь глубоким ущельем, заросшим соснами. И только островок с железной крепостью оставался нетронутым, словно был заколдован.

– Но что они все строят? Зачем? – спросила потрясённая Тамара.

– Здесь будет жить правитель всей Земли, - певуче произнёс Рубель, лениво, но грациозно колыхая крыльями. – Царь Симеон Великий, полубог. Он строить этот замок всем велит, чтоб от врагов найти защиту смог.

– Что за царь? – Тамара выпучила глаза и чуть не выпустила руку демона от изумления.
– У нас же тут вроде как демократия.

– Всё лишь иллюзия – и царь, президент, - ответствовал Рубель. – Нет времени, нет власти, есть лишь он – незримый Морген. Он лишь ждёт момент, чтоб показать, насколько он силён.

– Я вижу тут противоречие, - заметила Тамара. – Времени нет, а Морген – ждёт? И кто такой Морген вообще? Да и какова ваша роль в этой истории?

– Лишь я творить средь хаоса могу. А Морген – это хаос во плоти. Мы все - лишь миражи в его мозгу, и помогаем Моргену расти. У Моргена есть множество личин, и лишь одна из них в подлунном мире. Другие мы не видим без причин, хотя он весь сильнее, глубже, шире.

– Что-то уж больно сложно, - Тамара задумалась на мгновение. – Но летать мне нравится. И, поскольку раньше я не летала, то похоже, что я просто во сне. Так ведь?

– Мы все во сне с какой-то точки зренья, - согласился демон, и его лицо на мгновение стало грустным. – Но полетать и я совсем не прочь. Давайте плыть вот в этом направленьи, где, кажется, чуть-чуть прозрачней ночь. Вы видите – вздымаются громады остовов ржавых? Множество ракет, орудий смерти мощных, величавых. Меня волнует их поносный цвет. Всё здесь моё – и люди, и ракеты, незыблемо, поскольку я силён. И если враг мой вступит на планету, он, несомненно, будет побеждён.

– А кто ваш враг?
– спросила Тамара.
– И я всё-таки не понимаю, в чём та тайна мироздания, о которой вы хотели мне рассказать?

– Мой враг – такой же блеф, как эти пушки, - лицо Рубеля осенила довольная и хитрая улыбка. – Он создан Моргеном, чтоб больше нам везло. Вы видите у ёлок там верхушки? Присядем. Что-то чешется крыло...

– Ваши стихи, - сказала Тамара, вместе с Рубелем опускаясь на мокрую скользкую ветку, - мне порядком надоели. Вы можете говорить более чётко?

– Ну что же, - Рубель отпустил руку Тамары и она, вскрикнув, заскользила по ветке вниз, цепляясь ногтями за хвою. Рубель в мгновение ока оказался рядом и снова схватил её за руку. – Никто не любит поэзию, - грустно произнёс он. – А в прозе всё это не звучит. Так вот, главная сила во Вселенной – это удача. Чтобы накопить больше силы, Моргену нужен хаос, но хаос управляемый. С созданием хаоса у Моргена всё отлично получается. А порядок в хаосе навожу именно я. Враг же выдуман Моргеном для того, чтобы дать людям повод поверить в нашу силу. Ведь именно вера силу и придаёт. Только не людям, как принято считать, а нам. Так что, как видите, я играю очень большую роль в этой истории. Вот, к слову, если бы я сейчас не дал вам руку, вы бы упали с высоты метров в пятьдесят. И заметьте – больше никто в этом мире не смог бы подать вам руку.