Чтение онлайн

– Ага, - сказал я. – Прямо как в кино.

Сам Дурак повёл бровью, но ничего не сказал. Он открыл люк в полу, и мы, спустившись по трапу, оказались в захламлённом пыльном помещении, где я с удивлением увидел в углу потолка паутину.

– Сейчас попробуем что-нибудь найти, - сказал Сам Дурак, отшвыривая ногой ржавую железяку.

– А почему вообще столько шуму из-за этих Плит? – спросил я.
– Что в них особенного?

– Я – человек военный...
– ответил Сам Дурак, углубляясь в сваленный на полу мусор. – Положи на полку, - я принял от него огнетушитель или нечто похожее и стал озираться в поисках полки, которой не было.
– Поэтому я не люблю домыслов, слухов и легенд. А факты таковы... О, кажется, это подойдёт, - он протянул мне потёртые перчатки, и я, уронив огнетушитель, взял их в руки. – Так вот, известно следующее. Первое. Эти Плиты – очень древние, намного древнее нашей Империи. Второе. Они позволяют воздействовать на окружающее пространство с помощью задаваемых им различных команд. Третье. Никто из ныне живущих не знает точно всех их возможностей, и всё обучение пользованию ими основано на пробах и ошибках. Держи, - я взял у Сам Дурака откопанный из груды воздушных шариков гермошлем. – И давай передвинемся к следующей куче, я здесь всё обследовал.

Я чихнул и спросил:

– А были и ошибки в обращении с Плитами?

– О да, - сказал Сам Дурак, передав мне ботинки. – Если верить историкам, то целые государства канули в Лету, выбрав не ту клавишу. Поэтому никто не хочет рисковать, и пользуются теми крохами, что известны. О! Вот это как раз то, что я искал, - Сам Дурак извлёк из груды мусора грязный старый скафандр, напоминающий скорее резиновое трико, чем серьёзную защиту. – Пойдём, отмоем, и будем мерить.

Минут через двадцать я прыгал на одной ножке, напяливая на себя поверх джинсов мокрую и всё ещё вонючую резиновую кишку. Меня впечатлило, впрочем, как сами собой пристегнулись к штанинам ботинки, к рукавам - перчатки, а к воротнику – основание шлема.

– Хорошо, - сказал Сам Дурак, к тому времени тоже надевший похожий скафандр, только новенький. – Радио включается небольшим рычажком в перчатке, большим пальцем нащупаешь. Вот так, - он включил своё радио, захлопнул стекло шлема и продолжил говорить уже шипящим электронным голосом: - Теперь оружие.

Мы зашли в его каюту, где он навешал на себя гору разнообразного оружия, а затем обратился ко мне:

– С мечом обращаться умеешь?

– Нет, - ответил я.

Сам Дурак протянул мне маленький пластмассовый пистолетик:

– Тогда вот. Флистерный. Повесь на пояс. Может пригодиться.

– А как пользоваться?

– Очень просто. Слева предохранитель, под указательным пальцем спусковой крючок. Сверху огонёк зелёный. Если горит – заряжен, можно стрелять. Флистер несменный, заряжается от окружающей среды, так что боеприпасы не нужны. Он практически вечный. Стреляет сгустком энергии, бьёт несильно, но человека завалить можно с одного выстрела. Можно и лака, особенно если стрелять в голову или шею.

– А что такое флистер? – поинтересовался я.

– Микроорганизм такой, всасывает энергию и выбрасывает её при механическом воздействии. Выведен искусственно. Недостаток этого пистолета – низкая скорострельность. Как разрядится, примерно секунд сорок до следующего выстрела. Поэтому нужно думать, прежде чем стрелять. С другой стороны, это относится и к любому другому огнестрельному оружию. Ладно, пойдём к шлюзу.

Мы приблизились к двери, расположенной в конце коридора. Сам Дурак положил руку на её ручку и вопросительно посмотрел на меня.

– Удивительно, - сказал я. – Скафандр такой лёгкий, совсем не стесняет движений. Даже не верится, что он может защитить от перепада давления. Я вот, к примеру, на Земле видел в фильмах скафандры – они большие и тяжёлые, люди в них еле двигаются. А здесь и руки легко гнутся, и пальцы. Я – вот - даже прыгать могу! Э... А мы почему не выходим?

– Жду, когда ты шлем закроешь, – ответил Сам Дурак.

Я покраснел и захлопнул стекло, переключившись на радиосвязь.

В шлюзовой камере размером с маленький туалет Сам Дурак снял со стены моток красной верёвки и, разделив его на несколько частей, принялся цеплять концами к моему скафандру, своему скафандру и ещё к какой-то непонятной рыжей палке, которую достал из-за плеча.

– Это ещё что такое?
– спросил я.

– Увидишь, - ответил голос Сам Дурака в наушниках шлема.

Наконец распахнулась внешняя дверь, за которой открылась чёрная пугающая пустота. Я замешкался, не решаясь шагнуть в неё с края металлического пола, который казался последней надёжной опорой.

– Вываливайся, - приказал Сам Дурак и толкнул меня в спину.

Я шагнул вперёд и оказался в невесомости – видимо, компенсатор корабля снаружи уже не действовал. Нелепо раскинув ноги и руки, я медленно поплыл прочь от крейсера, зависшего надо мной многотонной бесформенной громадиной ржавого цвета. Он напоминал остов многоэтажного дома, ощерившийся стволами оружия, покрывшего все этажи, и выглядел чужеродным предметом в окружающем меня со всех сторон прекрасном бездонном космосе.

Звёзды оказались очень яркими, до боли в глазах, разноцветными и переливающимися. Они заполняли собой пространство, пугая масштабами Вселенной и реальной опасностью в ней затеряться. И поперёк этой Вселенной полз гигантский рыжий таракан, шевелящий усами.

– Фу! – завопил я, пытаясь сдуть таракана со внутреннего стекла гермошлема. – Фу! Как ты сюда забрался? Гадость какая...

Таракан свалился со стекла в воротник и принялся бегать внутри скафандра, вызвав у меня желание сбросить с себя всё это облачение прямо в открытом космосе и пойти на тот свет блевать. Меня тем временем притягивали за конец верёвки назад, к кораблю.

– Ты что разорался? – спросил Сам Дурак, поворачивая меня к себе лицом. – Что случилось?

– Таракан в шлеме... – пробормотал я.

– А, ерунда, - сказал Сам Дурак. – Он людей не ест. Представь, если бы это была змея или лоперданский хват, к примеру. В последнем случае в тебе бы крови уже не осталось.

Я представил в своём скафандре змею и неожиданно успокоился. Тем временем рыжая палка надулась до пары метров в длину и толщины хорошего бревна в диаметре. Из неё выросли две пары велосипедных педалей и ручки, за которые можно было держаться.

– Присаживайся, - скомандовал Сам Дурак. – И крути как следует, расстояние большое.

– А двигателя нет? – удивился я.

– Есть, - ответил Сам Дурак. – Но наша цель – подобраться незаметно.

Выбирая страховочный фал, я подплыл к палке, обхватил её ногами и сел верхом. Сам Дурак занял место передо мной, и мы налегли на педали. Палка заскользила прочь от нашего крейсера к скоплению звёзд впереди, в котором я уже мог, прищурившись, разглядеть корабли лаков.

Если наши поражали разнообразием форм и цветов, то у них всё было проще – флот лаков представлял собой груду чёрных и тёмно-синих треугольников, различающихся только размером. Однако Сам Дурак безошибочно выбрал направление к одному из них, в котором я скоро узнал «Лакеру». Она надвигалась на нас, и меня охватил страх, потому что я вспомнил существ, которые всего несколько дней назад захватили меня в плен. Теперь у меня, правда, с собой был игрушечный пистолетик, но зато у лаков никуда за это время не делись огромные гипнотизирующие глаза.

– А как уберечься от их гипноза? – спросил я.

– На меня не очень действует, - отозвался Сам Дурак. – Я привык. Первое время я отвлекал себя, представляя боль в правой ноге. А вообще лучше стараться в глаза не смотреть. Да ты не волнуйся. Погибнем – памятник, может, поставят. «Неизвестным героям одной из древних бессмысленных войн». Ну, или как-то так.

Внезапно наш снаряд, разогнавшийся уже до приличной скорости, уткнулся носом в невидимую преграду, спружинил и плавно отплыл назад, словно обидевшись.